Мэри Спенсер - Поверь в любовь

– Неправда, неправда... не смей так говорить!»

– Оставь, Джим, – вздохнул Натан, – не лги – ни мне, ни себе. Я ведь не по собственной воле влюбился в Элизабет, просто так уж вышло. И ты прекрасно знаешь – я никогда не делал за твоей спиной ничего такого, за что мне пришлось бы краснеть! Ведь знаешь, правда?

Да, несмотря на весь свой гнев, на ревность и обиду, Джеймс был уверен в этом.

– Да, – выдохнул он, закрыв глаза и не замечая, что пальцы Натана, будто стальные наручники, впились ему в тело.

– Проклятие, ты знаешь и то, что Элизабет ушла от тебя вовсе не ко мне! Да, я ее любил, не стану отрицать. Но ушла она вовсе не из-за меня. Ты сам заставил ее уйти, Джим! Так что вини во всем одного себя!

Джеймс задумчиво покачал головой.

– Она любила тебя, – продолжал Натан, снова тряхнув Джеймса. – И до сих пор любит! Только ведь ты, идиот проклятый, все равно мне не веришь! Думаю, она будет любить тебя всю жизнь.

Джеймс опять покачал головой:

– Все равно...

– Похоже, тебе и впрямь все равно. Почему ты позволил ей уйти?! Как ты мог?! Мэгги – славная девчонка, и я чертовски рад, что она жива, но так из-за нее страдать?!

– Я всегда любил Мэгги, – тупо пробормотал Джеймс. – И всегда мечтал на ней жениться.

– Да, – пожав плечами, буркнул Натан, – воображал себя одним из трех мушкетеров! Болван несчастный!

Теперь оба, слегка покачиваясь, едва ли не касались лбами друг друга.

– Хорошо, что ты ее любишь, – выдавил наконец Джеймс. – Слава Богу, она не будет одинока. И станет тебе прекрасной женой.

– Давай останемся друзьями, Джим. Мы оба, и я, и Элизабет, хотим этого. Может быть, я хочу слишком многого... Знаю, тебе будет нелегко.

Внезапно Джеймс пришел в себя и громко рассмеялся.

– Ничто не помешает нам остаться друзьями, Нат. Только смерть! Но ты размечтался! Я вовсе не собираюсь крестить твоих ребятишек, как ты крестил Джона Мэтью! И на свадьбу к тебе не приду!

– Знаю. Я и не надеялся, не рассчитывал, что ты позовешь нас к себе или сам вдруг решишь заглянуть к нам. Все равно... просто считай и дальше меня своим другом.

– Конечно. К тому же слишком поздно уже что-то менять. Натан молча кивнул.

Наступила тишина. Вдруг Джеймс поднял голову.

– Бет не так-то просто любить. Она не из тех, кому явно нужен мужчина. Если ты любишь ее, тебе придется принимать ее такой, какая она есть. И не пытайся переделать ее, Нат.

– Зачем? Я и так люблю ее.

– Хорошо... это хорошо. Насколько же ты лучше меня, дружище! – Из груди Джеймса вырвался тяжелый вздох. – Послушай, Нат, мне бы хотелось помириться с Бет. Я виноват перед ней, очень виноват. Мне бы хотелось извиниться.

– Чего же ты хочешь от меня?

– Сам не знаю. – Джеймс устало опустил голову. – Просто хотел, чтобы все уладилось, чтобы никто ни на кого не держал обид. Элизабет ведь как-никак была моей женой. У нас был сын, и я бы не хотел, чтобы потом, увидев меня, она переходила на другую сторону улицы.

– Что ж, это справедливо, – кивнул Натан.

– Спасибо. – Подняв руку, Джеймс осторожно коснулся разбитого лица. – Проклятие! Похоже, ты сломал мне челюсть!

– Наверняка, – буркнул Натан. – Ты и не того еще заслуживаешь за то, что затеял эту дурацкую драку. Впрочем, – подмигнул он, – оба мы хороши! Как думаешь, впустят нас обратно?

– Не знаю. Вид у нас обоих – ого-го! Во всяком случае, за эти брюки тебе влетит от Элизабет будь здоров, так что готовься!

– Да уж, – подтвердил Натан, сокрушенно разглядывая перепачканные грязью брюки. – Да и Мэгги, держу пари, вытряхнет из тебя душу за то, что испачкал свой элегантный костюм! Небось сама же и выбирала, верно?

Друзья медленно двинулись к дому.

– Сам же знаешь, – проворчал Джеймс. – Я напялил все это только лишь для того, чтобы она утихомирилась! Да что ты, женщин не знаешь, что ли?

– Да уж. А Мэгги в особенности!

– Да? Ну-ну, посмотрим, как тебя встретит Бет, тогда и поговорим! Бьюсь об заклад, по сравнению с ней Мэгги покажется тебе сущей овечкой!

– Джим Кэган! Ты здесь? – откуда-то с крыльца донесся до них гневный голос Мэгги.

– Как ты сказал – овечкой? – прыснул в кулак Натан. Мэгги тем временем хмуро оглядывала двор. – Привет, Мэгги, – непринужденно поздоровался он, как будто со времени их последней встречи и дня не прошло.

– Привет, Натан, – сдержанно отозвалась она.

– Рад тебя видеть. Слышал, ты воскресла из мертвых? Мэгги сильно, как в детстве, стукнула его.

– Даже не пытайся заговаривать мне зубы, Натан Киркленд! Я уже несколько месяцев дома, а ты так до сих пор и не выбрался повидать меня!

– Виноват, – потирая плечо, кивнул Натан. – Да ведь и ты не подумала заглянуть проведать старого друга, верно, Мэгги?

– А для чего? К тому же ты ведь с ног сбился, обхаживая эту крошку, бывшую супругу Джима, разве не так? Где уж тут вспоминать старых друзей!

– Прелестна и мила, как всегда, – пропел Натан, взяв ее за руку. – Пойдем потанцуем, Мэгги, пока я тебя не придушил! Не возражаешь, Джим?

– Проваливайте! – проворчал тот, подталкивая обоих туда, где лился свет и гремела музыка. – Только не поубивайте друг друга. – И проводил их угрюмым взглядом.

Натан, обняв Мэгги за талию, ловко закружил ее в танце. Выглядели они довольно забавно – Натан, перемазанный с головы до ног, и чистая элегантная Мэгги. Хмыкнув, Джеймс оглядел себя и с сожалением покачал головой – судя по всему, костюм был окончательно испорчен.

– Напрасно ты это сделал, – вдруг раздался рядом голос Элизабет, и Джеймс резко поднял голову. Она стояла в дверях, и он видел только ее силуэт на фоне ярко освещенного зала. Удивительно, но ему вспомнился тот день, когда она согласилась стать его женой. Как он лежал на берегу океана и смотрел на нее, выходившую из воды, а солнце било ей в спину. Тогда он тоже не видел ее лица, но ничуть не сомневался, что она похожа на ангела. – Тебе не следовало драться с Натаном. – Элизабет решительно приблизилась к нему, и Джеймс, оцепенев от изумления, только и стоял как истукан, пока она, сокрушенно качая головой, пыталась привести его одежду в порядок. – Ты только посмотри... нет, ты только посмотри на эту грязь! – Она огорченно прищелкнула языком и решительно толкнула его, чтобы он повернулся. – Как мальчишки, ей-богу! – проворчала она. – Вам обоим должно быть стыдно! Нет, ты только взгляни на свои коленки! Это конец! Тут уж ничего не поделаешь!

Джеймс и не думал возражать. Он даже глаза закрыл от удовольствия, наслаждаясь ее прикосновениями.

Неодобрительно покачав головой, Элизабет вы – прямилась и отряхнула руки.

– Боюсь, твой костюм окончательно испорчен, – объявила она. – Ты доволен?

– Да, – тихо ответил он. Разве радость от того, что между ним и Натом больше нет недомолвок, не стоит одного испорченного костюма?