Юлия Леонова - Не говори мне о любви

- Прощайте, Катрин, - вздохнул Ник, глядя ей вслед, когда она, развернув каурую, поспешила вернуться к брошенной ею посреди дороги Мари.

Возвращаясь к княжне Белозерской, Катя в душе ругала себя за эту ребяческую выходку. Своим поступком она только подтвердила подозрения Мари о своих отношениях с Ником, и можно было не сомневаться, что об этом вскоре станет известно многим. Лихорадочно придумывая на ходу правдоподобную причину, которой можно было бы объяснить ее поступок, она медленно подъехала к Маше, которая, обидевшись на столь явное пренебрежение ее особой, демонстративно отвернулась.

- Прошу прощения, - сохраняя невозмутимый тон, произнесла Катя. - Я вдруг вспомнила, что моя бабуля собиралась с визитом к Елецким на будущей неделе, чтобы решить какие-то земельные вопросы с Сергеем Васильевичем, и хотела узнать у Николая Сергеевича, будет ли его папенька в имении к тому времени.

Катерина и сама понимала, что сочиненное ею на ходу объяснение выглядит более чем надуманным. Но Мари сделал вид, что поверила ее словам, и они продолжили прогулку, не возвращаясь более к этому.

Возвращаясь в Отрадное, Елецкий был зол на себя. Зол за то, что не мог заставить себя держаться от Катрин подальше - по-видимому, ей разлука давалась куда легче, чем ему. А может, и не любила она его вовсе. С того самого момента, когда он увидел ее в парке возле Александровского дворца, желание увидеться с ней наедине, поговорить целиком завладело его помыслами. Но стоило им встретиться, и все стало во сто крат хуже. Катя, поначалу не совладав с желанием, что владело ей так же, как и князем Елецким, уступила ему, но после, чувствуя за собой вину, твердо решила держаться от него подальше. Умом Николай понимал, что это решение единственно верное, но принять его отчего-то был не в силах. Как он сможет, находясь в непосредственной близости от нее, демонстрировать свое полное равнодушие? Он уже смирился с тем, что, возможно, никогда не увидит ее более, но судьбе было угодно сыграть злую шутку, вернув ее, вновь заставить его терзаться несбыточными желаниями и надеждами. А ведь еще был сын, о котором он так и не поговорил с ней, сведя весь разговор к словесной пикировке, что причиняла боль им обоим. И как же некстати оказалась эта сегодняшняя встреча с княжной Белозерской! Вряд ли теперь удастся избежать огласки, даже если Катерина и сумеет правдоподобно объяснить Мари их встречу в столь неурочный утренний час и в столь неподходящем месте.

Глава 17

Вернувшись домой, Николай разыскал Никифора и велел тому к завтрашнему утру подготовить все к отъезду. Настало время вернуться на службу. Его короткий отпуск подошел к концу, пора было возвращаться в Царскую Славянку. Вспомнилась случайная встреча с сыном в парке Александровского дворца. Николай улыбнулся своим мыслям. Подрос, вытянулся, ничем уже не напоминая того карапуза, которого он когда-то держал в своих руках в имении Гурьевых. Многое он бы отдал, чтобы иметь возможность вновь увидеть его, коснуться, провести ладонью по мягким кудрям, а более всего - назвать своим. А что, если Алешка Станислава отцом считает? - кольнула прямо в сердце невесть откуда взявшаяся мысль.

Пройдя в кабинет отца, Николай налил бренди на дно стакана. С громким стуком поставив на стол графин, он обернулся, услышав голос Сергея Васильевича.

- Что-то я не припоминаю, чтобы в нашей семье заведено было по утрам что-то крепче чая пить, - недовольно заметил Елецкий-старший.

- Ваше здоровье, папенька, - ухмыльнулся Ник, поднимая бокал.

- И что, есть причина? – кивнул на графин Сергей Васильевич.

- Как будто бы и нет, - ответил Николай, поставив на стол пустой стакан. - Считайте, что у меня еще одна дурная привычка появилась.

- Снова, поди, в Романцево наведывался? Пока ты за ее юбкой бегаешь, я тут подумал кое о чем, - присаживаясь в кресло, доверительно произнес отец. – Будь я на месте графа Войницкого, я бы от бастарда постарался избавиться. Вы сейчас служите вместе, и ты вполне можешь договориться с ним о передаче моего внука под мою опеку. Ты сейчас по службе занят, и Наталье я его не доверю.

- Помнится, папенька, Вы и сами были уверены, и меня убедили, что мальчик никакого отношения ко мне не имеет, - едва сдерживаясь, ответил Николай.

- Ошибался, с кем не бывает, - миролюбиво заметил Серей Васильевич, не сводя внимательного взгляда с сына.

Ник отошел к окну и отвернулся. Глубоко вздохнув, чтобы унять бушующий в душе гнев, он распахнул оконную раму, - не хватало воздуха.

- Что же Вы, папенька, всех по себе судите? – обернулся он. - Будь я на месте Войницкого, я бы даже слушать не стал, если бы мне кто предложил от ребенка любимой жены избавиться. У меня нет причин графа любить, но подлецом и негодяем я его никогда не считал.

- Такой уж прямо и любимой? – усмехнулся Сергей Васильевич. – Слышал я, будто не без твоей помощи сей союз свершился.

Ник скрипнул зубами, припоминая подробности того вечера, когда застал Войницкого с Катрин в музыкальном салоне.

- Выбросите эту мысль из головы и оставьте Катерину в покое! Будто мало на ее долю испытаний выпало благодаря нашему семейству. А о Наталье Вы подумали!?

- Наталья не твоя печаль, с ней я сам разберусь, – продолжал гнуть свою линию Сергей Васильевич. –То, что наследника у тебя нет – это ее вина.

- Побойтесь Бога, папенька! Да нет здесь ее вины! – взорвался Ник. – Видит Бог, ни в чем она не виновата - ни передо мной, ни перед Вами! Я! Я один во всем виноват! У меня не хватило духу Катерину сразу под венец повести, вопреки воле Вашей.

- Не смей голос на меня повышать! - поднялся с кресла Елецкий-старший и сделал шаг по направлению к Николаю.

- А не то что?! В очередной раз наследства меня лишите?! – усмехнулся Николай.

- Щенок! Забыл, с кем разговариваешь?! - князь Сергей наотмашь ударил сына по лицу и замахнулся второй раз, но Ник, отступив на шаг, перехватил руку отца. Из уголка разбитой губы сочилась кровь. Прищуренные глаза выдавали владевшую им ярость.

- Спасибо, что напомнили, папенька. Век буду помнить Вашу науку. Пора бы нам с Натали и честь знать - загостились мы у Вас.

Отпустив запястье Сергея Васильевича, он резко развернулся и направился к двери.

- Николай, вернись! – повысил голос князь Сергей, потирая онемевшее запястье после железной хватки сына.

Громко хлопнула дверь. Схватившись за грудь, Сергей Васильевич медленно осел в кресло.

Мальчишка, сопляк! Кабы был Дмитрий жив… Расстегнув высокий ворот мундира, Елецкий протянул руку к графину с бренди и трясущейся рукой налил его в оставленный сыном на столе стакан. Несколько капель расплескались и застыли на полированной поверхности. Он ведь только ради него старается! Ничего, сам приползет, когда прижмет: привык жить на широкую ногу, а на жалованье флигель-адъютанта не больно-то пошикуешь. Есть, конечно, еще Дубровка, что Василий Егорович этому паршивцу отписал, но едва ли ему доходов от имения хватит, чтобы концы с концами свести.