Джо Беверли - Колдовство

— Но недолго будешь оставаться женатым.

— Что?

Дафна огляделась:

— Ты, видно, не имеешь ничего против того, чтобы обсуждать дела в присутствии прислуги, но я к этому не привыкла. Где мы можем поговорить?

Граф быстро провел ее в свой кабинет.

— Распутничаешь в собственном доме? — глумливо ухмыльнулась Дафна при виде Лоры.

— До женитьбы частенько этим занимался. Однако это сестра моей жены. Не думаю, чтобы церемонии в данный момент были уместны. Итак, Дафна, что происходит?

— Скандал, вот что происходит, Саксонхерст. Вот к чему привел твой безобразный поступок! Эта… эта толпа снаружи! Они глазели в окно кареты так, словно готовы были меня съесть!

— Не волнуйся. Съесть они хотят мою жену, но они не знают, как она выглядит. По правде говоря, — добавил он, — тебе повезло, что они не приняли тебя за нее. О, ради Бога, если ты собираешься упасть в обморок, я дам тебе пощечину. — Дафна испугалась и снова Села прямо. — Итак?

Раздался стук в дверь. Вошел Прингл, неся на серебряном подносе скомканный лист бумаги.

— Записка для вас, милорд.

Сакс схватил листок, расправил его и быстро прочитал.

— Кто это принес?

— Посыльный из гостиницы «Квиллер». Я его задержал.

— Молодец. Я приду через минуту. — Как только дверь за Принглом закрылась, он повернулся к Дафне:

— Говори.

Та, однако, казалось, утратила всякий интерес к разговору, и с нее слетела вся ее чопорность.

— Ты получил записку?

— И это смешало твои планы?

Дафна подняла голову, и он снова увидел страх в ее глазах.

— Не надеюсь, что ты мне поверишь, но я пришла сюда, чтобы помочь.

— С чего бы это?

Губы у нее дрожали — то ли от обиды, то ли от волнения.

— Потому что это уж слишком! Я даже представить себе не могу, на что еще способна герцогиня. Кажется, она хочет, чтобы твою жену повесили.

Его страхи получили подтверждение, но он оставался внешне спокоен.

— Весьма удобный способ ликвидировать неудачный брак.

— Но подумай, какой разразится скандал!

Женщина говорила с пафосом, но он не мог не испытывать жалости к ней. Она всю жизнь провела в когтях драконши, и у нее не было его бунтарского характера. Более того, он-то всегда знал, что когда-нибудь освободится — достигнув определенного возраста, он должен был обрести свободу и состояние. Дафна же была приговорена пожизненно, если не выйдет замуж.

Тем не менее как можно вежливее граф сказал:

— Спасибо за твои любезные хлопоты, пусть они и предприняты по странному поводу. Тебе нужна карета, чтобы отвезти тебя назад?

Дафна отшатнулась:

— Ты не можешь отослать меня назад! Прошу тебя, Саксонхерст! — Она поджала губы, потом сказала:

— Я надеялась, что, если я помогу тебе, ты поможешь мне. Мы ведь были помолвлены с колыбели.

Граф, преодолев сильное желание выкинуть ее вон, взял затянутую в перчатку руку кузины:

— Успокойся, Дафна. Я помогу тебе, потому что мы родственники. И всегда был готов помогать на этих условиях. Тебе не обязательно возвращаться к ней. Договорились? — Она кивнула. — Я сейчас уезжаю, чтобы уладить дела своей жены, но Лора покажет тебе твою комнату. Есть ли что-нибудь, что я должен знать?

— Вроде бы ничего. При бабушке, разумеется, куча слуг, в том числе один мужчина, который мне не очень нравится. Это управляющий из ее поместья в Крикстоуне, но иногда она называет его своим телохранителем. Он довольно крупный мужчина.

— Надеюсь. У меня руки чешутся кого-нибудь отколотить.

Глава 17

Сакс вышел в холл и почти столкнулся с Оуэном.

— Что здесь, черт возьми, происходит? — спросил его друг.

— Ты не мог бы не исчезать в самый неподходящий момент?

— У меня была встреча в Сити.

— Ладно, пошли. — Сакс направился в каморку дворецкого в сопровождении Оуэна, по пути вводя его в курс дела.

— Магическая? — недоверчиво переспросил Оуэн.

— Ну что у тебя за страсть ко всяким подробностям? — воскликнул Сакс. — Важно то, что моя жена в опасности. Я иду поговорить с посыльным, потом — освобождать свою деву (как жаль, что она все еще дева!) от драконши. Идем со мной!

Испуганный мальчишка только и мог им рассказать, что записку вместе с двухпенсовиком ему просунули через решетку окна в цокольном этаже гостиницы «Квиллер» и велели отнести ее сюда.

Сакс задал ему несколько вопросов, потом обернулся к Оуэну:

— У нас здесь есть какой-нибудь мастер на все руки?

— Да, Сэт Пикок.

— Дай этому парню флорин и пошли кого-нибудь за мистером Пикоком.

Спустя несколько минут удивленного и сосредоточенного молодого человека подробно расспрашивали об окнах и оконных решетках, после чего Сакс распорядился:

— Проводишь меня к тому самому окну. Пикок, вели закладывать экипаж. Прингл, пальто!

Пикок помчался выполнять приказание. Прингл направился было к двери, но здесь вступил Оуэн:

— Тебя толпа разорвет. А если не разорвет, то будет неотступно следовать за тобой.

— Проклятие! — Сакс был близок к тому, чтобы вооружить свою челядь и принять бой, но, поразмыслив, улыбнулся:

— Их нужно обмануть! Прингл, найди мне какие-нибудь лохмотья!

Дворецкий степенно вышел, Сакс последовал за ним в помещение для слуг, чтобы отдать распоряжения челяди.

— Оуэн, останешься здесь, будешь оборонять замок. Я уже послал людей к Сидмаусу и на Боу-стрит. Скоро сюда должна прибыть вооруженная охрана, чтобы сдерживать толпу.

Он начал раздеваться, но Оуэн оттащил его в сторону:

— Сакс, а что, если она и впрямь убила этого человека?

— Я ее вызволю!

— А потом? Не можешь же ты жить с убийцей!

Сакс стащил с себя сюртук и швырнул его на стул. Нимз появился аккурат вовремя, чтобы подхватить бесценный груз.

— С этим мы разберемся позднее. Я не верю, что она способна на насилие.

— Каждый способен, были бы условия подходящими.

Сакс и сам это знал, но сейчас было не до размышлений. Свой вышитый жилет он уже швырнул камердинеру и начал снимать панталоны, когда вбежал коренастый конюх со свертком в руке.

— Мое лучшее воскресное платье, милорд!

Сакс одарил его улыбкой:

— Я возмещу. Получишь новое.

Вскоре он облачился в старомодные, весьма поношенные бриджи до колен и куртку и повязал вместо галстука цветной хлопчатобумажный шарф. Потом измазал сажей собственные белоснежные чулки и, к ужасу Нимза, стал тереть куском угля свои чудесные кожаные сапоги, пока с них не сошел весь блеск.

С серебряным подносом в руках вошел Прингл и чуть не отшатнулся при виде хозяина. Сакс взял с подноса другое письмо, на сей раз написанное на дорогой именной бумаге — «Сидмаус. Министерство внутренних дел» — и запечатанное официальной сургучной печатью.