Джо Беверли - Колдовство

— Как бы она ни называлась, она не может иметь отношения к моему решению жениться на твоей сестре. Но раз она ей так дорога, почему она забыла ее в том доме?

— Она не забыла. — Лора бросила на графа обеспокоенный взгляд, потом добавила:

— Она не хотела, чтобы вы ее увидели. А потом вернулась за ней…

Граф всплеснул руками:

— Ты хочешь сказать, что твоя безмозглая сестра оставила статуэтку в старом доме, не желая быть уличенной в своей слабости?

Лора вскочила на ноги, разъяренная, как обиженный котенок:

— Мэг вовсе не безмозглая. Уверяю вас, милорд, все это совсем не вздор!

Он оставил ее слова без внимания:

— Значит, она выбралась из дома до рассвета, чтобы забрать со старого места статуэтку?

— Да, милорд.

— Безмозглая, — повторил он, не обращая внимания на возмущенную Лору. — Допустим на секунду, что твоя сестра действительно верит в этот абсурд и хочет заполучить обратно своего чудесного идола. Но сэр Артур уже унес его?

— Полагаю, так, милорд.

— Ну, не дуйся. Зачем ему это?

— Я не дуюсь. Я сержусь на вас. Знала же, что вы ни за что не поверите.

— И была права. Но я верю, что ты в это веришь. И что твоя сестра в это верит. — Граф чуть не рассмеялся от столь простого, чтобы не сказать смехотворного, объяснения. — Так зачем, как ты думаешь, сэр Артур украл эту каменную статуэтку? Кстати, какого она размера?

— Не очень большая. Она плоская, вырезанная в камне, высотой примерно один фут.

— Значит, он мог унести ее один?

— О да. Даже я могу, хотя она и тяжелая. — Похоже, Лора перестала сердиться и продолжала хмуриться лишь от воспоминаний. — Сэр Артур, наверное, узнал о Шиле от нашего отца, когда тот был смертельно болен. Если так, то, быть может, и он верил в ее волшебную силу… — в глазах Лоры мелькнула догадка, — и хотел загадать какое-то желание. Но необходимой силой обладают только женщины, милорд. Насколько мне известно.

— А точнее — только твоя сестра.

Граф постарался скрыть свой скептицизм, но заметил, как догадка снова мелькнула во взгляде Лоры.

— И наша мать. Если вы мне не верите, милорд, то как объяснить то, что вы женились на простой женщине, которую впервые в жизни увидели перед алтарем?

Он вытянул руку и стал один за другим загибать пальцы.

— Во-первых, я был вынужден жениться поспешно из-за обещания, которое дал бабушке давным-давно. Во-вторых, я выбрал твою сестру, потому что одна из моих горничных доводится сестрой вашей бывшей служанке и это она мне ее предложила. В-третьих, я предпочел женщину, которая будет благодарна мне, любой, которая ждала бы благодарности от меня. Понимаешь? Логично и правдоподобно. Никакой магии не требуется.

Лора сникла.

— Должна признать, милорд, это звучит убедительно.

— Умница. Итак, Мэг — догадываюсь, что ее всегда так называли, — Лора утвердительно кивнула, — итак, сегодня Мэг пошла к сэру Артуру, чтобы забрать у него статуэтку. Пошла одна, так как боялась признаться мне, что… — Он сокрушенно покачал головой. Господи, она действительно в это верила! — …что она каким-то образом с помощью своей статуэтки заставила меня на ней жениться. Невероятно! И вполне может спровоцировать женщину на убийство.

— Нет, не правда! — Лора снова превратилась в рассерженного котенка. — Мэг — самый тихий, самый благоразумный человек на свете. Она никогда не волнуется и не склонна к авантюрам.

Граф удивленно поднял бровь:

— Неужели мы говорим об одной и той же женщине?

Лора захихикала, прикрыв рот ладонью.

— Тем не менее это правда, милорд. Она… не… я ее очень люблю, но она слишком уравновешенная. И такая практичная. Ей пришлось такой стать.

Сакс вспомнил о причудливой вышивке на белье жены и подавил усмешку. Господи, при мысли о своей уравновешенной, практичной и совершенно безмозглой жене он возбудился. Ему захотелось, чтобы она немедленно оказалась здесь, с ним, захотелось продолжить соблазнение, которое он так глупо прервал. Он мечтал увидеть ее — взволнованную, непрактичную и исключительно безмозглую — в своей постели. Будь прокляты дурацкие демоны, которые остановили его прошлой ночью! Как он мог подумать, что она сплела для него паутину вместе с его бабкой?

— Что нам теперь делать, милорд?

Граф очнулся от своих мыслей.

— Искать ее. Забудь про убийство. Это как раз легче всего уладить. — «При условии, что она действительно невиновна», — добавил он про себя. Он готов был поручиться, что жена его не имела порочных склонностей, но иногда бывают веские причины для убийства. Не мог ли сэр Артур завлечь ее в свой дом, чтобы изнасиловать?

— Однако меня немного тревожит, что она одна бродит по улицам, — сказал он. — Ты не знаешь, куда она могла пойти?

Лора покачала головой.

Граф был близок к тому, чтобы самому отправиться на ее поиски, но сейчас это было бессмысленно.

— А куда бы ты пошла на ее месте? — спросил он, нервно шагая по комнате. — Если бы тебе пришлось бежать от разъяренной толпы, куда бы ты направилась?

Но Лора лишь недоуменно качала головой, глядя на него широко раскрытыми глазами.

— Не знаю, наверное, пришла бы сюда.

— Неглупая мысль, даже несмотря на неизменную толпу на площади и констеблей — черт бы их побрал. А куда еще?

— Может быть, к преподобному Билстону? Или даже к доктору Пирсу, учителю Джереми.

Сакс вышел в холл, позвал слуг и послал записки по обоим адресам, без особой, впрочем, надежды. Если бы его жена была в одном из этих мест, ему бы уже сообщили.

А кстати, почему она не послала ему записки? В каком таком месте она может прятаться, откуда нельзя посылать вестей? А что, если она ранена? Или мертва?

Он все еще стоял посреди холла в раздумьях, когда кто-то постучал в дверь. Стук был тихий, но настойчивый. Граф с надеждой поспешил к двери вместе с дворецким и широко распахнул ее, готовый высказать графине Саксонхерст все, что он думает о ее сумасбродном поведении.

На пороге стояла его кузина Дафна.

— О, ради всего святого! — воскликнул граф и хотел было уже закрыть дверь перед ее носом, но что-то в выражении лица кузины остановило его. Страх? Он снова пошире открыл дверь. — Входи. Но если тебя тоже обвиняют в убийстве, "я пальцем не пошевелю, чтобы помешать тебя повесить.

Дафна шагнула внутрь.

— Саксонхерст, ты свинья. Я тебя презираю. Даже если бы ты был последним оставшимся на земле мужчиной, я бы за тебя не вышла.

Граф захлопнул дверь перед беснующейся толпой.

— Тогда мы, несомненно, прекрасно поладили бы. Впрочем, я уже женат.

— Но недолго будешь оставаться женатым.

— Что?

Дафна огляделась: