Розанна Битнер - Нежное предательство

Одри. Разве может он найти кого-нибудь, кто мог бы сравниться с этой девушкой?

– Не думаю, что могу скоро жениться, папа.

– Извините, сэр, – послышался голос Карте­ра. Слуга стоял в дверях, сжимая в руке газету. – У меня сегодняшний выпуск, сэр. Я подумал, что вам будет интересно прочесть.

Эдмунд отпустил руку Ли.

– Что там такого важного, Картер?

Дворецкий вошел в комнату, немного смущен­ный тем, что очевидно прервал откровенный раз­говор между отцом и сыном.

– Тревожные заголовки, сэр. – Он подал газету хозяину, тот развернул ее и начал просмат­ривать полосы.

– Черт! – неожиданно выругался он. – Кровь уже пролилась. Здесь говорится, что толпа сто­ронников отделения южных штатов забросала камнями союзные отряды в Балтиморе. Четыре человека убиты, – он глубоко вздохнул. – Хотя штат Мэриленд остался верен Союзу, все равно наших солдат убивают там камнями. – Эдмунд печально взглянул на сына. – Наступают ужас­ные времена, сын, как я тебе и говорил.

– Простите сэр, что вмешиваюсь, в другой статье сообщается, что мистер Роберт Э. Ли[5] подал в отставку и присоединился к Конфедера­ции, – вставил Картер.

Эдмунд снова тяжело вздохнул:

– Это означает следующее: Юг начинает фор­мировать собственную армию. – Он передал га­зету Ли. – Мне, конечно, хочется, чтобы ты побыл со мной подольше, но, совершенно очевид­но, тебе необходимо поторапливаться в Вашингтон. На днях я буду телеграфировать губернатору Моргану, чтобы он поговорил с президентом о твоем приличном назначении.

Ли взял газету, просмотрел полосы и заголов­ки. Одри, Джой, Бреннен-Мэнор, казалось, еще так далеки от происходящих событий. Конечно, даже если начнется настоящая война, военные действия нескоро докатятся до крайнего Юга. Может, все закончится быстрее, чем они предпо­лагают?

Глава 18

Подполковнику Ли Джеффризу было совер­шенно ясно, что война продлиться гораздо дольше и окажется более кровавой, чем предсказывали его отец и Беннет Джеймс. Стояла ужасная июль­ская жара, армия медленно продвигалась по ле­систым холмам Северной Виргинии. Было невы­носимо трудно тащить пушки через лес и густой кустарник. Колеса тяжело нагруженных повозок вязли в податливом иле мелких речушек и ручьев. Отрядам приказано двигаться маршем, придер­живаясь основных дорог по направлению укреп­лений конфедератов в Булл-Ран. Но большей ча­стью узкие грунтовые дороги представляли собой вязкое месиво, по ним одновременно могло прой­ти не более одного-двух человек. Несколько пол­ков составляли примерно тридцать пять тысяч человек и двигались по пересеченной местности и нешироким тропам, что делало продвижение из­нуряюще медленным. Настолько медленным, что о внезапности атаки не могло быть и речи. Это стало очевидным, как только их первая атака на подступах к Булл-Рану неподалеку от Блэкберна закончилась унизительным поражением.

Войска сосредоточились в Сентревилле, не­большой деревушке, где они размещались перво­начально и куда вынуждены были снова отсту­пить после поражения. Двенадцатый полк под командованием Ли Джеффриза, как и тысячи солдат других полков, ожидали дальнейших при­казов генерала Ирвина Мак Доуэла, которого Ли считал недееспособным, и вообще генерал мало кому нравился. У Ли были сильно обожжены руки. Он с яростью вспоминал все, что случилось с ним и его солдатами под Булл-Раном. Большин­ство новобранцев оказались совершенно необучен­ными, в то же время чересчур самонадеянными. Они шли к полю сражения, задыхаясь от пыли и жалуясь на жару и духоту, которые действитель­но были невыносимыми. Солдат стало трудно удерживать в повиновении, они часто нарушали дисциплину, то и дело останавливаясь, чтобы попить воды или поймать на какой-нибудь ферме курицу. Он слышал, что полк под командованием бригадного генерала Самуэля Хайнцельмана, ко­торый продвигался с другого направления, потра­тил много часов на переправу через ручей. Ручеек оказался неглубоким – по колено, однако солда­ты переходили на другой берег поодиночке через узенький мост. Хайнцельмана был ветераном Мек­сиканской войны, принимал участие в индейской кампании, но даже он не придавал никакого значения важности внезапного нападения.

Армия оказалась совершенно неорганизован­ной. Несмотря на то, что Ли и другие выпускники Вест-Пойнта занимались обучением солдат, часть офицеров не воспринимала войну серьезно. В пер­вый день, когда они вошли в Северную Виргинию, то продвинулись только на шесть миль. У конфе­дератов было достаточно времени для тщательной подготовки к приближению противника. Когда семнадцатого июля союзные войска достигли Ферфекс Кортхаус, мятежники уже покинули пози­ции, причем так быстро, что оставили на месте стоянки горящие костры, на которых готовилась еда. Вскоре стало известно, что конфедераты успели отступить на юг, избежав столкнове­ния с колонной Хайнцельмана. Отступая мятеж­ники сожгли железнодорожный мост Оранж и Александрия. Если бы Хайнцельман не заплутал в лесах, то мог бы захватить мятежников до того, как они отступили. Тем временем, генерал Мак Доуэл не знал точно, где находится полк Хайн­цельмана.

Федералы, может быть, завтра предпримут по­пытку атаковать, но если сражение будет снова проиграно, это произойдет, по убеждению Ли, только из-за бездарного руководства и ошибочных действий высшего командования армии.

Мак Доуэл наконец обнаружил полк Хайн­цельмана. Но холмы, покрытые непроходимым лесом, и запутанный лабиринт троп заставили генерала изменить стратегию. Он решил сначала взять Сентревилль, а не Садли-Спрингс. Вскоре после этого началось настоящее сражение. Полку Ли Джеффриза было приказано следовать за бри­гадным генералом Даниэлем Тайлером, который решил переправиться через Булл-Ран в местечке Блокберн. Без разрешения Мак Доуэла Тайлер открыл огонь по конфедератам из двух крупнока­либерных пушек. Конфедераты отступили. Сна­чала показалось, что первое столкновение принес­ло победу, но войска конфедератов залегли тремя линиями вдоль южного берега Булл-Рана. Когда федералы вышли на незащищенный берег реки, они открыли такой шквальный огонь, пули виз­жали и свистели во всех направлениях. Пушка федералов взорвалась. Мятежники принялись ра­достно кричать, торжествуя. Наступающие тоже оглушительно кричали, пытаясь подбодрить себя и устрашить обороняющихся. Никогда в жизни Ли не приходилось слышать такого шума. Он стрелял в мятежников и попал в нескольких, не зная, убил кого-нибудь или ранил. Это было незнакомое и, вместе с тем, страшное чувство, охва­тившее все его существо – он стрелял в людей. Но Ли знал, что ему придется привыкать.