Эйна Ли - Любовные хроники: Люк Маккензи

— Не удивляйтесь, если мы вдруг к вам нагрянем, — вмешалась Синтия. — Если мы не уедем в Сиэтл, я не решусь остаться здесь с дочерью. Не нравятся мне жители Стоктона.

Не в силах смотреть, как Синтия прощается с Джошем, Хани отвернулась. Потом, заливаясь слезами, женщины обнялись.

— Я напишу тебе, как только мы устроимся, — пообещала Хани подруге.

— Только не забудь, — пролепетала Синтия, утирая платочком глаза. Затем она взобралась в дилижанс.

Поцеловав Мелиссу, Хани передала ее матери. Дуг обнял и поцеловал миссис Маккензи, сел в дилижанс и закрыл дверцу.

— Я люблю тебя, Хани, — прошептала Синтия, протягивая в окошко руку и сжимая пальцы подруги. — Я буду скучать по тебе.

— Я тоже тебя полюбила, — улыбнулась сквозь слезы Хани. — И ты мне напиши. — Руки женщин расцепились, когда дилижанс медленно тронулся в путь.

Обнявшись, супруги смотрели вслед удаляющемуся экипажу.

— Суждено ли нам еще увидеть их, Люк, как ты думаешь?

— Конечно, — улыбнулся Маккензи. — В конце концов, Техас не так далеко отсюда, как Вашингтон.

— Уж скажешь — недалеко! — возмутилась Хани.

— Послушай меня, сойка. Через пару лет наша страна будет так изрезана железными дорогами, что ты с легкостью сможешь за два-три дня доехать куда угодно. — Взяв Джоша на руки, Люк продолжил: — Пойдем собирать вещи. Нам еще многое надо упаковать, а завтра и мы отправимся в путь.

На следующее утро Люк отправился передавать шерифскую звезду своему преемнику, а Хани собрала все пожитки и приготовила их для погрузки в фургон. Поскольку дом, мебель и большая часть домашней утвари принадлежали городу, то с отъездом Люка в дом шерифа должен был вселиться Мэтт Бреннан, новый шериф. В знак особого расположения Хани оставила Мэтту свои занавески — Бреннан был одним из немногих в Стоктоне, кто с уважением относился к ней.

Погрузив в фургон корзины и коробки и устроив Джоша с Амиго, Люк подсадил жену на сиденье.

— Вы готовы, мисс Маккензи? — улыбнулся он.

— Техас, мы едем, жди нас! — весело крикнула Хани.

Тем временем неподалеку от дома шерифа в густых зарослях прятался Чарли Уолден. Он внимательно наблюдал за сборами Маккензи в дорогу. При взгляде на Люка глаза негодяя наливались злобой. Презирая всех представителей закона, Уолден смертельно ненавидел и жаждал ему отомстить. Шериф убил одного его брата — Бо, а другого — Билли Боба — отправил за решетку. И все лишь из-за того, что они прикончили какого-то паршивого игрока в покер!

Чарли закипал все сильнее, вспоминая, что этот мерзавец шериф укокошил еще и троих членов его банды. Черт, пусть этот скверный городишко будет ему благодарен за то, что он не спалил его, как поступал всегда во время войны, промышляя в те далекие времена на пару с Квонтриллом!

Одного Уолден не предусмотрел — женитьбы Маккензи и его отъезда из Стоктона. Бандиту пришлось изменить свои планы. Поначалу-то Чарли задумал устроить шерифу медленную и мучительную смерть, но прежде убить у него на глазах собственного сына. А теперь ему придется поторопиться отправить его на тот свет и лишиться возможности наблюдать за медленной агонией. «Ведь Бо мне был почти как сын, — с горечью подумал Уолден. — Глаз за глаз».

Увидев, что шериф забирается на козлы, Чарли достал пистолет, прицелился и спустил курок.

У Хани внутри все оборвалось, когда она услышала выстрелы. И тут же она увидела, как скривилось от боли лицо ее мужа.

— Сойка… — прошептал он, падая на землю.

— Люк! — закричала девушка, спрыгивая с сиденья и опускаясь рядом с ним на колени. — Помогите! Кто-нибудь!

К ней подбежал преподобный Райт.

— Что случилось? — спросил он.

— В Люка стреляли! Ему нужна помощь!

— Но город теперь без доктора, — упавшим голосом сказал священник.

Хани прижала голову мужа к груди.

— Люк, Люк, ты слышишь меня? — Маккензи был без сознания, грудь его тяжело поднималась и опускалась. Сунув руку ему под рубашку, Хани почувствовала слабое сердцебиение. — Пожалуйста, кто-нибудь, помогите…

Тут кто-то дотронулся до ее плеча. Вздрогнув от неожиданности, девушка обернулась и увидела Мэтта Бреннана.

— Отойдите в сторонку, миссис Маккензи.

— В него стреляли, Мэтт, — пробормотала Хани, до которой не дошел смысл его слов.

— Знаю. Позвольте мне взглянуть на него. Хани опустила голову Люка на землю и отодвинулась в сторону. Мэтт перевернул Люка и осмотрел раны.

— Одна пуля прошла через ногу навылет. Кажется, это ранение неопасно. Но есть и еще одно — в спину. Давайте отнесем его в дом и попробуем остановить кровь.

Подняв голову, Хани увидела толпу любопытных — к ним-то и обращался Бреннан.

— А вы видели, кто в него стрелял, миссис Маккензи? — спросил Мэтт, помогая девушке подняться.

— Все произошло так быстро и неожиданно, — покачала головой Хани. — Люк хотел взобраться на козлы, но тут раздалось несколько выстрелов, и он упал.

— Пойду осмотрю все там, — пробормотал Мэтт, направляясь к зарослям.

Все еще не придя в себя, Хани словно в тумане слышала, как пастор Райт давал указания другим мужчинам, которые понесли Люка в дом. Вдруг девушка вспомнила о Джоше. Оглядевшись вокруг, она увидела, что мальчуган по-прежнему сидит в фургоне. Он побелел как полотно и дрожал как осиновый лист.

— Пойдем, золотко, — проговорила она, взяв ребенка на руки, — нам надо вернуться в дом.

— Мой папа умрет? — Джош поднял на нее не по-детски серьезные глаза.

По щекам Хани потекли крупные слезы.

— Не знаю. Мы будем молиться о нем и постараемся не сдаваться, — прошептала она. Джош покачал головой.

— Зато я знаю, — всхлипнул он. — Папа оставит меня, как уже оставила мама. И ты тоже бросишь меня.

— Я ни за что не оставлю тебя, Джош. Обещаю! Я никогда не расстанусь с тобой.

Она обняла ребенка за плечи, и он крепко прижался к ней.

— Посиди пока на ступеньках, Джош, а мы попытаемся помочь твоему папе, — вымолвила Хани.

Девушка бросилась в дом, а к Джошу подбежал Амиго. Пес улегся рядом с мальчиком, положив голову ему на колени.

Люка положили животом на кухонный стол, и над ним склонился Делмер Куинн.

— Да, — заключил он, осмотрев раны, — одна пуля застряла под правой лопаткой, а вторая прошла навылет — как и сказал Мэтт. Надо постараться остановить кровотечение.

— Я принесу простыню, — выбегая к фургону, крикнула Хани.

Вернувшись в дом, девушка разорвала простыню на длинные полоски; несколько полосок Делмер сложил в квадратные подушечки.

— Какой вы аккуратный, мистер Куинн, — пробормотала она. — Надо обязательно вынуть пулю из плеча. Вы поможете мне?