Патриция Кэбот - Целомудрие и соблазн

Еще секунда — и кучер, ужасно гордый своим проворством, помог Эмили забраться на сиденье. Правда, сначала ей пришлось приложить усилие, чтобы вырваться из цепких рук своей подруги.

Кэролайн мигом забыла о Брейдене и кинулась вдогонку.

— Эмми! — растерянно крикнула она. — Мистер Грэнвилл говорит, что ему нетрудно отвезти нас обеих…

Эмили поверх ее плеча посмотрела на Брейдена:

— Это очень мило с его стороны. — А потом повернулась к подруге: — Спасибо за помощь, Каро, но вам явно не помешает остаться вдвоем… Думаю, вам есть о чем поговорить…

Брейден видел, что Кэролайн собирается что-то возразить, но Эмили уже толкнула кучера, приказав ему трогаться с места. Когда Кэролайн вернулась к Брейдену, ее лицо было мрачнее тучи.

— Ну что, довольны? — осведомилась она. — Напугали ее до смерти.

— Напугал? — Брейден опешил от столь смешного обвинения. — Да не родился еще тот человек, который смог бы напугать леди Эмили! Помилуйте, это она меня напугала, а не я ее!

— Глупости! — Кэролайн сверлила его яростным взглядом. — Вам достаточно приподнять свою бровь со шрамом, чтобы у человека душа ушла в пятки! И вы не постеснялись сделать это, хотя знаете — знаете слишком хорошо, — что я не имею права оставаться с вами наедине! По правде сказать, мне вообще не следует с вами разговаривать! Кто-нибудь может увидеть, как мы здесь стоим…

— Ах вот как? — Это был интригующий — менее отважный мужчина назвал бы его тревожным — поворот событий. Но Брейден Грэнвилл сказал, беря ее за руку: — Тогда нам лучше убраться отсюда. Моя карета вон там…

— Нет! — Она испуганно вырвала свои пальцы из ладони Брейдена. — Нет! Вы так ничего и не поняли? Все кончено! Я совершила большую ошибку, когда вообще обратилась к вам за помощью. Я благодарю вас за все, что вы сделали… — Тут она умолкла, глядя на него снизу вверх, а затем спрятала лицо под широкими полями своей шляпки и спросила: — Вам удалось поговорить с моим братом?

— Конечно, — кивнул Брейден. — Мне удалось с ним поговорить. Вам больше нет нужды волноваться. Он не поедет в Оксфорд.

— Он не поедет… — Кэролайн удивленно посмотрела на него, не веря такому счастью. — Правда? Спасибо вам! Спасибо вам огромное! Но как вам удалось его уговорить?

— Ничего сложного, — небрежно отмахнулся Брейден. — У меня сложилось впечатление, что его самого не слишком-то привлекала эта поездка, так что мне осталось лишь перечислить ему все преимущества пребывания дома.

— Ну, — Кэролайн сосредоточенно сдвинула брови, — это и так было очевидно. Видимо, дело в том, что он услышал эти доводы от человека, которого уважает. Бедный Томми, его окружают одни женщины! Как будто он цыпленок у десяти наседок!

— Об этом он не упоминал, — усмехнулся Брейден.

Кэролайн с ужасом обнаружила, что он снова держит ее за руку. И снова попыталась вырваться.

— Ну что ж, я вам очень благодарна. Вы были очень добры — особенно к Томми. Но теперь мне пора. Вы должны извинить меня, потому что я…

Она вырвала у Брейдена руку, но избавиться от такого ловкого мужчины было не так-то просто. Кэролайн и глазом моргнуть не успела, как он продел ее руку себе под локоть и крепко прижал, не позволяя освободиться.

— И что же с нами случилось на сей раз? — осведомился он, стараясь не выдать снедавшее его волнение. — Мы решили взбунтоваться?

— Мне вовсе не до шуток, Брейден! — рассердилась Кэролайн, в который раз за это время стараясь выдернуть руку. — У нас нет никакого права заниматься этим… в общем, тем, чем мы занимаемся! Нам следует разойтись, пока никто не стал свидетелем этих глупостей…

Ее голос беспомощно задрожал и прервался, когда она увидела, как вдруг изменилось его лицо. Это показалось Кэролайн странным, особенно если учесть, что сама она смотрела на Брейдена отнюдь не ласково.

— Что случилось? — всполошилась она. — Что с вами?

Однако он все еще был потрясен и смотрел на нее во все глаза. Надо ли говорить, что он не собирался отпускать ее руку? Во всяком случае, не сейчас. И может быть, вообще никогда.

— Как вы меня назвали?

Пушистые ресницы вздрогнули и опустились. Кэролайн смотрела себе под ноги, в сторону — куда угодно, только не на него.

— Мистер Грэнвилл, — пролепетала она еле слышно. — Я именно так и хотела сказать: «мистер Грэнвилл»! А теперь давайте…

— Нет, вы назвали меня по-другому.

— Это получилось совершенно случайно, — заявила она, все еще избегая смотреть ему в глаза. — Ну почему вы не хотите меня отпустить? Я же сказала, что это опасно — стоять с вами на виду у всех…

— Повторите, как вы меня назвали.

— Мистер Грэнвилл…

— Повторите!

— Ох, ну ладно! — Она перестала вырываться и посмотрела ему прямо в лицо. Теперь ее щечки раскраснелись не от кроткого девичьего смущения, а от усилий, которые были потрачены на попытки вырвать руку из его железных пальцев. — Брейден! Добились своего? Довольны? Да, я так и сказала: Брейден! Теперь вы наконец оставите меня в покое?

И он действительно разжал пальцы. Кэролайн никак не ожидала такой покорности. Ее рука, получившая свободу, машинальным жестом потянулась к краям шляпки.

— Итак, — медленно проговорил он, — теперь извольте объясниться, что это за глупости насчет того, что нас могут увидеть?

Кэролайн снова опустила голову, глубоко вздохнула и начала:

— Не далее как пару часов назад я случайно встретилась с леди…

Резкое щелканье бича перебило ее — точнее, заставило подпрыгнуть на месте от испуга. И Брейден, подчиняясь внезапному порыву, обнял ее за плечи, готовый защитить от любой опасности.

Глава 25

Не далее как в двух футах от Кэролайн мороженщик уже занес руку, чтобы еще раз пройтись кнутом по костлявой спине своего одра, с трудом тащившего повозку.

— Ну, чего заснула? — рявкнул торговец. — Давай трогай!

Но на этот раз вместо приятного звука, возникавшего от соприкосновения кожаного кнута с облезлым боком животного, мороженщик услышал треск костей. Причем трещали его собственные кости — точнее, кости той руки, которую поймал Брейден Грэнвилл.

— Ой-ей-ей! — взвыл мороженщик. — Вы чего это делаете, сударь? Вы же мне руку сломаете!

— И поделом тебе, невежа! — рявкнул Брейден. — Нечего размахивать кнутом под носом у леди!

— Не говоря уже о том вопиющем факте, — к полному недоумению Брейдена, это Кэролайн выступила вперед, уперев руки в бока и обратив на мороженщика свой праведный гнев, — что вы жестоко издеваетесь над бедным животным! Вы только взгляните на эту несчастную лошадку! Кожа да кости! Когда вы кормили ее в последний раз? Или давали ей вдоволь напиться?