Джо Беверли - Таинственный герцог

— Что же мне делать?

— Не обращать внимания, — ответила Пег. — Вы сделали там все, что могли, а завтра леди, которым вы хотите помочь, будут здесь, в безопасности.

— Но она расстроена.

— Оставьте их, мисс Белла, у вас есть собственная жизнь.

— Вы же знаете, что я не могу так поступить, — вздохнула Белла. — Я вернусь к Беллоне и последний раз схожу туда.

— Поступайте как хотите, — вздохнув, покачала головой Пег. — Вы всегда так делаете.

— Я просто узнаю, из-за чего беспокойство.

— А потом вас уговорят остаться помочь.

— Обещаю… нет, клянусь: завтра я уезжаю в Танбридж-Уэльс и начинаю достойную жизнь.

Подойдя к дверям дома леди Фаулер, Белла без труда придала себе строгий вид. Если это буря в стакане воды, она выскажет им все, что о них думает. Белла повернула дверную ручку, но дверь оказалась запертой, поэтому она резко постучала.

В Двери образовалась щелочка, но такая узкая, что Белла смогла увидеть лишь встревоженные глаза, а потом дверь распахнулась.

— О, Беллона! Слава Богу, вы пришли!

Это была Бетси Аберкромби, одна из приспешниц сестер Драммонд, и ее розовый носик стал еще розовее, словно она недавно плакала.

— Что происходит? — войдя, спросила Белла, и из ближайших комнат высыпали женщины.

— О, Беллона!

Бетси снова расплакалась.

К ним присоединились Клара Ормонд и Эллен Спенсер, но Белла не увидела сестер Драммонд. Ее подмывало развернуться и уйти, но она прибегла к панацее от всех бед.

— Чай! — распорядилась Белла. — Давайте попьем чаю и поговорим о делах.

Она еще не успела сесть, как начался рассказ. Леди Фаулер была на пороге смерти, и ее посещала только Агнес Хувер. Некоторые леди заявили, что тоже хотели бы помочь, но духота и запах…

— Что говорит доктор? — спросила Белла.

— Доктор к ней теперь не приходит, — ответила Мэри. — Она кричит, если к ней прикасаются. Агнес дает ей настойку опия.

— Вероятно, это все, что можно сделать.

Белле было жаль несчастную, чья жизнь продлилась дольше, чем можно было ожидать.

— А где сестры Драммонд? — поинтересовалась Белла, когда все, взяв чашки, принялись за чай.

— Сбежали! — объявила Бетси.

— Удрали! — воскликнула Гортензия.

— Украли серебро!

— Бросили нас в беде!

— Почему? — удивилась Белла.

Ответом было молчание — и отведенные; взгляды.

— Мы думали, — наконец заговорила Мэри, — что они распространяют бюллетени с новостями.

— Но в них содержалось и другое, — добавила Гортензия.

— Что именно?

— Ирландские вопросы.

— Их главным интересом всегда была Ирландия. — Сделав большой глоток чаю, Белла порадовалась, что положила в него много сахара. — Кто-нибудь из вас видел, что они печатали?

Она в упор посмотрела на Бетси.

— Сначала мелочи, — ответила та, отводя взгляд. — Добавления к спискам жестокостей и несправедливостей в отношении людей.

Белла не сводила с нее глаз.

— Дальше — больше.

— Почему никто не помешал им распространять такой материал?

Белла обвела взглядом женщин.

— А как? — пролепетала Эллен Спенсер, у которой был такой вид, словно она ожидала появления палача.

Вопрос был справедливым. Главная причина, почему Белла покинула этот дом, заключалась в том, что она хотела избежать столкновения с сестрами Драммонд, а она больше, чем кто-либо иной, была способна противостоять им.

— Раз их нет, худшее позади, — подытожила она, но все снова отвели взгляды. — Рассказывайте, — вздохнула Белла.

— Мы получили это всего час назад.

Мэри достала сложенный лист бумаги.

Развернув его, Белла прочитала:

«Будьте осторожны. Ваша работа привлекла внимание властей. Бегите, пока еще есть время».

Подписи не было.

— Это, возможно, просто желание посеять панику или даже шутка. Может быть, самих сестер Драммонд.

— Такое возможно, — не совсем уверенно сказала Мэри.

Но остальных это, по-видимому, убедило, и они с удовольствием принялись за чай с пирожными, словно кризис миновал.

А Белла задумалась. С добавившимися Бетси и Эллен, а возможно, и Агнес Хувер, стая стала слишком большой для ее дома. Если бы только знать, что написано в завещании леди Фаулер.

— Леди, — обратилась к женщинам Белла, и все взгляды устремились к ней; некоторые были недовольны, что их прервали, некоторые снова встревожились. — Станок все еще в доме?

— Да, конечно, — ответила Мэри.

— Лучше избавиться от него. И желательно завтра же.

— Но он очень удобен для печатания копий информационных бюллетеней, — не согласилась Гортензия.

— Если леди Фаулер умрет, умрут и ее послания.

— Я собиралась продолжить ее дело. — Гортензия вздернула подбородок. — Настоящее дело — напоминать женщинам о подлости мужчин и предлагать улучшение законов.

В этом смысле намерения Гортензии были благими, но все, что бы она ни написала, было бы пустым разглагольствованием.

— Очень любезно с вашей стороны, Гортензия, но вам не кажется, что некрасиво пользоваться именем леди Фаулер?

— Леди Фаулер хотела бы, чтобы ее дело продолжало жить. Я уверена, она указала это в своем завещании.

— Выдумаете, мы сможем жить здесь?

Клара повеселела.

— А почему нет, — ответила Гортензия, которая, несомненно, видела себя и автором посланий, и предводителем стаи. — Если неуместно именовать их посланиями леди Фаулер, нам придется подобрать другое название.

Предложение вызвало оживленный разговор между несколькими леди, и Белле захотелось схватиться за голову и закричать. Неужели они забыли о записке с предупреждением? Она хотела только успокоить их тревогу, а не полностью лишить осторожности.

Разговор был прерван стуком в дверь.

— Кто бы это мог быть? — удивилась Мэри, но встала, чтобы открыть.

Она вернулась через несколько секунд, мертвенно-бледная, в сопровождении мрачного джентльмена, позади которого виднелись другие мужчины.

— По-моему… — тонким, дрожащим голосом заговорила Мэри, — по-моему, мы арестованы.

Глава 28

Торн завтракал, когда лакей принес ему письмо.

— Сэр, джентльмен внизу настоятельно просит позволения поговорить с вами. Он попросил меня передать вам это письмо.

Удивившись, Торн взял письмо и увидел печать.

«Приношу свои извинения, Айторн, но, к сожалению, должен обратиться к вам, так как сегодня вынужден покинуть столицу по делам, которые не могут быть отложены. Посылаю своего секретаря Карратерса объяснить деликатную ситуацию, в которой надеюсь на вашу помощь.