Бетти Лаймен-Рисивер - Изгнание

— Здесь, похоже, не раздалось ни единого выстрела, — сквозь зубы процедил Роман. Он сказал это и для себя, и для Фландерса, в полном замешательстве пожевывая нижнюю губу.

— Этого не может быть! — горячо возразил Фландерс. — Дэниэл никогда бы не сдался без боя!

— Дэниэл вчера уехал на охоту — ты помнишь, что он говорил? Может, его здесь и не было, когда все случилось.

— Где же он в таком случае?

Роман промолчал, продолжая шагать по площадке. Но ведь должно же здесь что-то остаться… Какая-то подсказка… Ведь не могли же они просто бросить свою работу и ждать, когда индейцы перевернут котлы, разбросают соль, а потом тихо-мирно сесть на лошадей и уехать вместе с дикарями. В этом же нет никакого здравого смысла!

Вдруг взгляд его упал на кончик порохового рожка, выглядывавший из-под слоя соли. Он разгреб соль и с тяжелым сердцем поднял рожок. На одной стороне его он увидел две выгравированные буквы — «Д» и «Б» — и услышал стон Фландерса: оба видели эту пороховницу много раз.

— Они схватили Дэниэла, — мрачно сказал Фландерс.

Роман кивнул. Усилием воли он заставил себя не поддаваться охватившим его чувствам и подумать, что предпринять. Он лихорадочно начал соображать.

Следы вели на север. Ясно, они торопились поскорее достичь берегов Огайо, перебраться через реку и затеряться в своих лагерях, которые кишмя кишели в районе Шиото и Майами. А дальше к северу находится Детройт с заместителем губернатора Гамильтоном — этим скупщиком скальпов… Он платит валютой за доставку ему скальпов американцев… Боже мой! Роману чуть не изменило самообладание: вполне возможно, что владелец скальпа Дэниэла Буна получит еще вдобавок и премию!

Весь содрогнувшись от этой мысли, он вернулся к своим подсчетам. В Хэрродтауне находится отряд Гаткинса, но они совсем недавно прибыли с востока и еще не привыкли к границе. Разве что их поведет Джордж Кларк… Кларк обладал не только авторитетом, но и мужеством командира, способного возглавить подобную экспедицию. Но Джордж поздней осенью вернулся в Виргинию, чтобы повидать губернатора Генри, — вероятно, по какому-то важному делу. И потом, если воспользоваться этим отрядом полиции — значит, оставить форт абсолютно незащищенным перед шоуни, горящим желанием отомстить за смерть Маисового Стебля.

Сдернув с плеча ремень с пороховницей, Роман резко повернулся к Фландерсу.

— Садись в седло! — приказал он. — Нам нужно как можно скорее добраться до Бунсборо.

Небольшая группа защитников Бунсборо собралась в блокгаузе, чтобы услышать трагическое известие. На их лицах было написано такое отчаяние, какого никогда еще не бывало. Каллен, который возвратился в форт всего за сутки до Романа с Фландерсом, насупив брови, мрачно глядел на огонь в камине; Китти стояла рядом с ним. Израил Бун, которому с трудом удавалось сохранять спокойствие, не отходил от матери.

— Всех забрали? — голос старого полковника дрожал. — И Дэниэла? Джеймса? Кая? — Так в семье называли Микайю Кэллоувэя.

Роман кивал после каждого имени, а Фландерс, повернувшись к тихо плакавшей Джемине, стал ее утешать. Ребекка, не проронив ни звука, стояла молча, слегка опершись на руку сына, бледная как полотно. Бен и Тодд Тайлеры были просто потрясены.

— Да спасет их Господь, — молился Бен, в том числе и за брата Лэтама. — Да спасет всех их Господь… — повторял он надтреснутым голосом.

Люди смотрели друг на друга — худые, измученные зимними морозами и отвратительной пищей, постоянной борьбой за выживание.

— Что, черт возьми, мы будем теперь делать без Дэниэла? — спросил Генри Портер, вслух выразив то, о чем все предпочитали молчать. Ответа не последовало.

Разбившись на группки, поселенцы тихо переговаривались. Каллен с полковником Кэллоувэем отвели Романа в столовую.

— Трудно поверить, что они не оказали сопротивления, — покачал головой Каллен. — Ты уверен в этом, Роман?

Роман кивнул.

— Как им удалось захватить врасплох так много людей? — недоумевал Ричард Кэллоувэй. — Мы наверняка можем во всем обвинить этих трусливых негодяев из форта Рэндолф, не сомневаюсь! Черт меня подери, но я был убежден, что шоуни затихли до весны и не станут сейчас мстить за убийство Маисового Стебля…

— Я отвезу сообщение Хэрроду и Логану и подниму по тревоге полицию, — предложил Каллен. — А потом вернусь сюда.

Роман предупредительно поднял руку.

— Если встретишь Саймона, передай ему, что теперь он может пригодиться здесь.

— Батлер ведет разведку в Сент-Асафе, — ответил Каллен. — Не думаю, что Бен Логан уступит его нам.

Роман угрюмо согласился с ним. Теперь он глазами выискивал Ребекку. Он ее не видел, но поблизости стояли Сара с Китти и другие женщины.

— Где Ребекка? — спросил он Сару.

— Пошла к себе в хижину. Говорит, что ей нужно сейчас побыть одной.

— Я скоро вернусь домой, — сказал ей Роман и вышел, нашаривая в сумке пороховницу, найденную в лагере у Голубых ручьев.

Когда он постучал в дверь хижины Бунов, ему никто не ответил.

— Ребекка… — Прислонившись щекой к грубой филенке двери, он ждал, потом подергал щеколду и почувствовал, что дверь приоткрылась. — Ребекка, это я, Роман. Я вхожу… предупреждаю.

После яркого солнца и слепящего белого снега ему пришлось с минуту привыкать к тускло освещенной хижине. Огонь в камине почти погас, и весь дом был пропитан сыростью. Ребекка на стуле с сиденьем, сплетенным ее мальчишками из камыша, что-то сосредоточенно вязала.

— Я так увлеклась вязанием, — спокойно сказала она, ловко перебирая пальцами. — Мальчишкам нужны носки… да и Дэниэлу тоже.

Роман, наклонившись, подбросил в огонь полено, помешал угли, пока снова не взвились красные языки пламени.

— По-моему, вам здесь не хватает света, — сказал он.

Ребекка все работала, отказываясь даже взглянуть на него, пока он мягким жестом не отнял у нее вязание и не бросил в стоявшую рядом корзинку. Тогда только она подняла на него свои серые глаза, и хотя у нее было такое же худое, изможденное лицо, как и у многих в форте, он вдруг заметил на нем волевое выражение, которое его обнадежило.

— Дэниэл вернется! — упрямо сказала она. — Вот увидишь! Через несколько дней он вернется со своей обычной улыбкой до ушей и кучей историй о том, что произошло. Не впервые он попадает в плен! Ты ведь знаешь, Роман, индейцы льнут к Дэниэлу, — продолжала Ребекка, и от этих слов голос ее, казалось, теплел. — И они ему нравятся. Я даю ему сроку неделю… И он вернется. Я только надеюсь… — Голос ее задрожал, немного утратив обычную уверенность. — Я только молюсь, чтобы с ним вернулись и все остальные. Вернулись живыми и здоровыми.