Джо Гудмэн - Сладкая месть страсти

Он покачал головой:

— Ты могла мне сказать, но не сделала этого. Ты могла сказать позже, но все равно промолчала. Чего ты боялась, Кейти?

— Того же, чего боюсь сейчас, — с вызовом глядя на него, ответила она. — Что ты, уходя, попытаешься забрать с собой Викторию. Я не дам тебе этого сделать, Логан. Я не позволю тебе забрать мое дитя.

Ее карие глаза отливали золотом. «Она будет защищать своего ребенка с яростью львицы», — подумал Логан. Нет, она не даст ему забрать Викторию.

— Мне нужен мой ребенок, Кейти, — тихо сказал он. — И мне нужна его мать.

В воздухе повисло тяжелое молчание.

— Твоей любовницей я не стану, — наконец сказала она.

— Я прошу тебя стать моей женой.

— Женой? Ты хочешь жениться на мне, чтобы получить Викторию?

— Нет, я хочу жениться на тебе, чтобы получить тебя. Чтобы получить Викторию, я могу обратиться в суд.

— Ты это сделаешь, если я скажу «нет»?

— Надеюсь, мне не придется принимать такое решение. — Отодвинув чашку с блюдцем, Логан взял Кейти за руку. — Ты выйдешь за меня, Кейти?

Выдернув руку, она встала, отошла в другой конец кухни и прислонилась к буфету. Всем своим обликом она напоминала Логану затравленную лань.

— Я Должна ответить прямо сейчас?

В груди стало тесно — терпение явно не является одним из его достоинств.

— Нет, — сказал Логан. — Не сейчас.

— Сколько у меня времени?

— Когда время кончится, я тебе скажу.

— Но…

— Я тебе скажу, — повторил он. — А пока лучше покажи мне, куда я могу поставить свои вещи. Насколько я заметил, наверху только две спальни. Пожалуй, я мог бы лечь на кушетке в гостиной. Она, правда, немного коротковата, но ничего, я выдержу. Возможно, стоит отпустить миссис Кэстл еще на какое-то время. Пока ты будешь работать, я с удовольствием возьму на себя ее обязанности.

— Миссис Кэстл очень нужны деньги, — словно это было решающим доводом, возразила Кейти. — Я не могу просить, чтобы она взяла выходные за свой счет.

— Я ей все оплачу, — отмахнулся Логан. — Мне просто не хочется, чтобы она крутилась под ногами, пока я буду знакомиться со своей дочерью.

— Это вовсе не проблема, — любезно сказала Кейти, — потому что ты здесь и не останешься.

— Нет, останусь!

— Не останешься. Это мой дом, и я могу выгнать тебя отсюда, как только захочу.

Логан встал. В его глазах мгновенно появился металлический блеск.

— Можешь, — согласился он. — Но я все же надеюсь, что ты дважды подумаешь, прежде чем так поступишь. — Его взгляд стал многозначительным. — Я ведь дал тебе время. Дай же и ты мне хоть немного времени.

В его голосе она почувствовала скрытую угрозу. Если она заставит его уйти, то вскоре они встретятся в суде. Какие у нее шансы? Актриса против влиятельного издателя — результат известен заранее.

— Ну хорошо, — холодно произнесла она. — Ты можешь остаться.

— А миссис Кэстл?

— Она вернется завтра в середине дня, когда мне нужно будет идти в театр. Если ты все еще хочешь, чтобы она ушла, я с ней поговорю — при условии, что ты действительно ей заплатишь.

— Я заплачу.

— Но ты ведь делаешь это не для того, чтобы забрать Викторию?

Логан тихо выругался. Тремя огромными шагами приблизившись к Кейти, он прижал ее к себе к жадно поцеловал в губы. Поцелуй прервался так же внезапно, как и начался. Кейти смотрела на Логана широко раскрытыми, испуганными глазами.

— Я уже говорил тебе, чего хочу, Кейти, — напомнил он. — А теперь скажи, куда мне поставить свои вещи.

Сдерживая дрожь в коленках, Кейти показала ему куда и закрылась в своей комнате, чтобы поработать над ролью. Через час Виктория начала плакать. Первым побуждением Кейти было немедленно бежать к ребенку, но, вспомнив о Логане, она сразу передумала. «Ничего, пусть он повозится со своей дочерью, — злорадно думала она. — Скоро он поймет, что ребенок требует очень много времени и внимания. Может, он уже не так сильно захочет отпустить миссис Кэстл. А может, и вообще засомневается в том, нужна ли ему Виктория».

Услышав стук в свою дверь, Кейти нисколько не удивилась.

— Да? — подойдя к двери, сладким голосом спросила она. Виктория громко кричала, но Логана весь этот шум как будто нисколько не беспокоил. На ребенке были свежий подгузник и чистое платьице.

— Она хочет есть, — сказал Логан.

— Я уже начала отлучать ее от груди, — ответила Кейти. — В полдень я даю ей бутылочку сцеженного молока. Все, что нужно, ты можешь взять на кухне. Позови, если потребуется моя помощь, — уже закрывая дверь, добавила она. Кажется, Логан пробормотал что-то вроде «только через мой труп», но категорически Кейти утверждать бы это не стала. Она сразу же вернулась к работе, и возникшее в груди ноющее ощущение постепенно стало проходить.

На следующий раз стук в дверь возвестил о том, что обед готов. Немного удивившись, Кейти отложила работу, чтобы отправиться вниз, однако перед дверью стоял один пустой поднос, Логан с Викторией уже отправились в гостиную. Прислушиваясь, Кейти могла разобрать, как Логан разговаривает с дочерью на каком-то странном языке, понятном, очевидно, только маленькому ребенку. Подняв поднос, Кейти медленно удалилась в свою комнату.

Через несколько минут ее по всей форме проводили в столовую, где подали великолепное жаркое, запах которого уже несколько часов мучил ее обоняние.

— Тебе не стоило об этом беспокоиться, Логан, — сказала Кейти. — Я бы и сама приготовила, просто увлеклась работой и забыла о времени.

— Я видел на твоей кровати сценарий. Зная, как ты занята, я решил тебя не отвлекать. — Отрезав себе кусок, он передал ей корзину с хлебом. — Новая пьеса?

— Гм, не сказала бы. «Семь смертных грехов» — слышал такое название?

— Нет, но название достаточно кричащее, чтобы обеспечить ей долгую жизнь. Какую роль ты играешь?

— Одного из грехов. — Она перестала намазывать хлеб маслом и надменно улыбнулась. — Гордыню.

— Думаю, тебе это удастся, — заметив выражение ее лица, сказал Логан.

Она кивнула:

— Донна Мэй приходила помочь мне и с Викторией, и с ролью. Репетиции начинаются уже завтра. — Кейти подцепила вилкой кусок морковки. — Надеюсь, моя дочь заснула?

— Наша дочь, — поправил Логан. — Да, она спит. — Он немного помолчал. — Я мог бы помочь тебе с ролью.

— Ты не сможешь…

— Я знаю, что не смогу. Но очень хотел бы. Конечно, я буду только читать и не собираюсь изображать из себя актера.

— Хорошо, — тихо сказала она. — Мне это даже нравится. Давай вечером, после того как Виктория окончательно угомонится.

— Это когда?

— Обычно после десяти.

— Десяти? Так поздно?

— Иначе она просыпается уже в шесть. После вечернего спектакля мне утром хочется хоть немного поспать.