Мэйдлин Брент - Тени прошлого

– Вам лучше?

– Да, – ответила я, пряча лицо в простыни. – Я уверена, теперь все пройдет.

Она с шарканьем удалилась, не забыв запереть за собой дверь. Свет тотчас погас. Я поправила постель и ощутила одновременно радость и страх. Мне удалось убедиться, что в четверг ночью дежурит миссис Крег, и сделать это, не подвергнув себя опасности так называемого лечения, о котором любила говорить сестра Вебб. Но я и боялась тоже, потому что следующим шагом должно было быть бегство как таковое, а я понимала, что от него зависит не только здоровье моего разума, но и сама моя жизнь.

Прошли две недели, прежде чем я решилась на шаг, после которого пути назад не было, но я считала неразумным, вызвав один раз миссис Крег, вызвать ее довольно скоро опять. Тем временем я усилила свои физические упражнения и занималась ими до трех часов в день, чтобы не терять форму.

Когда настал решительный момент, мне оставалось сделать совсем немного. Итак, пробило час ночи. Я спрятала письмо для миссис Хескет в карман халата и подвинула стул к двери в туалет, которая открывалась наружу. Распахнув дверь и помолившись, я собрала все свое мужество и дернула колокольчик.

Минута, две, пять.. Я стояла на коленях на полу возле кровати, когда зажегся свет и в замке стал поворачиваться ключ. Я сразу же легла, чтобы меня нельзя было увидеть от двери. Мне было слышно, как дверь отворилась и кто-то в шлепанцах пересек комнату. Я увидела миссис Крег в ночном чепчике, рубашке и халате, как в первый раз. Не заметив меня, она двинулась к туалету. Как только она взялась за дверь, ей пришлось повернуться ко мне спиной. Тут я вскочила, подбежала к ней и толкнула с такой силой, что она, крикнув от изумления, полетела в туалет. Потом я закрыла дверь и заложила ее стулом для верности.

По дороге к открытой двери я слышала сердитые крики миссис Крег. Ключ торчал из замка. Я вышла, тихо закрыла дверь и дрожащей рукой повернула ключ. Итак, я свое совершила, остальное было в руках Господа, потому что я совсем не знала дома и окрестностей и не могла выработать никакого плана. Возле двери я еще слышала крики миссис Крег, но уже в двух шагах до меня не доносилось ни звука, потому что туалет примыкал к внешней стене.

Мне казалось, что у меня очень громко бьется сердце, когда я начала спускаться по лестнице. Между этажами было всего по три коротких пролета, и на каждом этаже неярко горело по лампе. Доски скрипели, окно стучало, но никто не вышел и не приказал мне остановиться. В большом холле света не было, но я все хорошо видела, благодаря лампам на верхних этажах. Тяжелая входная дверь была закрыта на два засова.

Нижний я сняла без особых трудов, зато, чтобы снять верхний, мне пришлось встать на стул. Несколько секунд я была в панике из-за промедления, однако неимоверным усилием воли заставила себя сосредоточиться на своей задаче. Я слезла со стула, стараясь не шуметь, отнесла его на место возле стены, опять подошла к двери и взялась за ручку. Я почти не дышала, но дверь подалась, и мое потное лицо обдул свежий ветерок.

Полминуты я стояла во дворе, привалившись спиной к стене здания и глядя на массивные деревянные ворота, которые были хорошо видны в лунном свете. Справа располагались конюшни. Об этом я тоже думала-передумала. Я была в одних носках, а дорога в деревню наверняка не самая лучшая. В конюшне же стояли лошади. Если бы мне удалось оседлать одну, я бы могла поберечь себе ноги. Однако я совершенно не представляла себе, что творится в конюшне, и к тому же была не очень опытна в обращении с лошадьми, а ведь мне еще нужно было разыскать в темноте седло и уздечку, без которых я не чувствовала в себе сил удержаться на спине лошади. Я не могла так долго мешкать из опасения, что мое бегство обнаружится.

Мои глаза уже привыкли к темноте, и я бросилась прямо к воротам. Они были заперты всего лишь на один засов. Я скользнула наружу и закрыла их за собой. Вдалеке были видны крошечные огоньки. Я поняла, что это деревня. Дорога, что должна была привести меня в нее, лежала передо мной. Она была узкой и не мощеной, но именно она, если Бог даст, должна была привести меня к свободе.

Через минут пять я оглянулась и увидела одинокое здание, погруженное во тьму, мою тюрьму, стоявшую на краю вересковой пустоши. Ночь была теплая, к тому же я старалась идти побыстрее и разогрелась, но я задрожала при виде дома, поэтому побыстрее отвернулась и продолжила путь. Прошло еще минут пять, и у меня заболели ноги, но я не обращала на них внимания, потому что с каждым шагом во мне крепла надежда на спасение.

В деревне мне нужно было первым делом найти почтовый ящик и опустить в него письмо для миссис Хескет. Как только я это сделаю, что бы ни случилось, я не буду больше одинока, потому что смогу рассчитывать на помощь. Опустив письмо, я хотела найти дом викария и все рассказать ему, чтобы убедить его в том, что я в ясном уме и трезвой памяти.

Один из огоньков, которые я видела, явно двигался мне навстречу, становясь минута от минуты все больше. От страха затаив дыхание, я вдруг поняла, что он движется по дороге прямо навстречу мне. Ветерок донес до меня теперь, когда стал дуть мне в лицо, стук копыт и колес не больше, чем в сотне шагов впереди.

Я похолодела, но быстро пришла в себя и отпрыгнула в сторону, чтобы затаиться в болоте в непроходимых кустах. Экипаж приблизился и к моему ужасу остановился. Пригнувшись пониже, я не смела сделать ни шагу.

До меня донеслись слова, по-видимому, кучера:

– ...прыгнул, сэр. Для зверя кто-то слишком большой. Да и белое что-то мелькнуло, это точно.

Он, верно, заметил подол моей рубашки в распахнувшемся халате. Когда заговорил второй человек, меня обуял ужас, потому что это был доктор Торнтон.

– Вы уверены, Джексон? – сердито спросил он. – Если слишком большой, значит, человек. Где, вы сказали?

– Вот тут, сэр. Прыгнул с дороги.

Кучер привстал на сиденье, и в свете фонаря я увидала приближающегося ко мне доктора Торнтона.

– Ничего не видно, – сказал он. – Нет, подождите... – Он смотрел в мою сторону. – Что-то есть. Сейчас посмотрю. – Он сделал шаг, другой, и я поняла, что погибла. Забыв обо всем на свете, я вскочила и бросилась бежать. – Господи, да это же женщина! Помогите же, Джексон! Побыстрее, черт бы вас побрал!

Сначала мои ноги утонули в жиже, потом я запуталась в траве и упала. Тяжело дыша, я освободила ногу и побежала дальше. Шаги приближались, несмотря на все мои усилия. Вытащив из кармана письмо, предназначенное миссис Хескет, я успела разорвать и выбросить его прежде, чем услышала совсем рядом погоню. Кто-то схватил меня за плечо, развернул, и я упала, потеряв равновесие.

Прижимая меня к земле, надо мной склонился мужчина, закрыв собой небо.