Стелла Камерон - Без страха и сомнений

– Одну секундочку. – Роуз сняла у Эллы с волос две жемчужные нити. – Встаньте-ка, мы их заплетем по-другому.

Элла встала и вытянула руки. Роуз накинула на нее черную шелковую шаль, расписанную фиолетовыми цветами того же оттенка, что и платье Эллы. Жемчужины украшали широкую кружевную оборку на лифе и подол юбки.

Роуз отступила назад и вздохнула.

– Вы просто конфетка, мисс. – Она поправила черную ленту на поясе у Эллы. – Чудо как хороши.

– Кажется, я сейчас умру от смущения. Глупо, правда?

– Нет, мисс. Я чувствую то же самое!

Они рассмеялись. В дверь спальни из гостиной постучали, и Роуз бросилась открывать.

Крэбли – с лицом, красным от утомительного подъема по ступенькам – сердито воззрился на Роуз.

– Мисс Эллу ждет экипаж, – провозгласил он. – Ничего нельзя доверить здешней прислуге. Все приходится делать самому.

– Крэбли? – Элла влетела в гостиную вслед за Роуз. – Карета не рано подъехала? Граф ждет меня? Терпеть не могу заставлять себя ждать. – Слава Богу, она уже готова к выходу.

– Графа дела задержали. Он прислал за вами экипаж.

– Но…

– Он встретится с вами в театре.

– О! – Глупо расстраиваться из-за того, что его планы несколько переменились. – Очень хорошо.

Роуз на ходу поправляла госпоже шаль и расправляла складки юбки, пока они спускались вниз. Потом она стояла рядом с Крэбли на пороге и махала рукой отъезжающему экипажу.

«Вот денек сегодня выдался!» – думала Элла, сидя в карете. Сначала ей было так одиноко, а теперь она вся дрожит от возбуждения.

Макс, этот несносный мальчишка, притворился больным и умудрился вызвать сочувствие у Бланш Бэстибл, которая обожала Макса так же, как ненавидела Эллу… и вообще всех существ женского пола, кроме прабабушки.

А прабабушка снова улеглась в постель, явно рассердившись на Сейбера за его внезапный уход накануне вечером. Она непременно отругает его за это, когда немного придет в себя.

Дядя Кэлум уехал в Шотландию на рассвете, и Элла весь день не видела Сейбера.

Карета с грохотом катила по мостовой, и Элла разглядывала мелькавшие в окне дома. Сумерки уже сгущались, виднелась лишь алая полоска заката над крышами.

Элла понятия не имела, далеко ли до «Друри-Лейн».

Сейбер встретит ее там, у театра.

Карета неслась по мостовой. Элла вжалась в сиденье. За окном экипажа день окончательно погас, и его сменил ночной мрак. На повороте стали видны узкие улочки.

Редкие прохожие, которых Элле удавалось разглядеть в свете уличных фонарей, были одеты более чем скромно. Роскошные особняки уступили место невзрачным домам, потом тесным лачугам и торговым лавочкам.

Кучер перепутал дорогу! Элла смотрела в окна кареты, но в тусклом свете фонарей уже ничего нельзя было различить. Нет, определенно они заблудились.

Она попыталась приподняться и постучать в потолок кареты, чтобы привлечь внимание кучера, но на очередном повороте ее отбросило обратно на сиденье.

Сердце девушки отчаянно заколотилось, его удары отдавались у нее в ушах.

– Все будет хорошо, – сказала она себе. Когда-то, еще ребенком, она уяснила, что когда говоришь вслух сам с собой, страхи улетучиваются. – Я не знаю, где находится «Друри-Лейн», но Сейбер будет ждать меня там. Он будет ждать меня!

Колеса тарахтели по камням, карета подскакивала и тряслась. Эллу швыряло из стороны в сторону. Она выронила ридикюль, и он укатился под сиденье.

– Сейбер! – крикнула она.

Нет, что-то тут не так. Что-то случилось.

Карета неожиданно замедлила ход. Элла откинулась на подушки. Колеса заскрипели, послышался стук копыт и ржание лошадей.

– Тпру! – раздался голос кучера, перекрывая шум. Элла зажала руками уши, закрыла глаза в ожидании, пока остановится карета. Уж она сейчас выскажет кучеру все, что о нем думает.

– Вылезайте-ка. – Дверца кареты распахнулась. – Да шевелитесь. Некогда мне вас ждать.

– Да как вы смеете? – Элла встала на колени и полезла под пыльное сиденье за своим ридикюлем. – Вы гнали, как сумасшедший. Лорд Эйвеналл еще с вами разберется.

– Как скажете, мисс. А теперь вылезайте, мне пора ехать.

Дрожа от негодования, Элла подобрала юбки и вылезла из кареты. Перед ней стоял мрачный кучер, который не очень-то любезно помог ей спуститься.

Он с грохотом захлопнул дверцу.

– Ну вот, доставил вас в целости и сохранности.

– В целости и сохранности? – Элла не смела оглянуться вокруг. Она почувствовала опасность. – Но меня должен был встретить лорд Эйвеналл. Отвезите меня в «Друри-Лейн».

– Я выполняю приказ, – сказал кучер, вытерев рукавом лоб. – Вы ведь Элла, так?

– Да, – ответила она, стараясь не обращать внимания на его дерзкий тон.

– Тогда я доставил вас куда следует. Элла с трудом перевела дух и оглянулась.

Два ярко освещенных окна в глубокой нише. Две бронзовые кошки по обеим сторонам позолоченной двери.

– Увезите меня отсюда, – слабо промолвила Элла. Но не успела она договорить, как карета покатила прочь. Надпись над одним из окон гласила: «Всех размеров и форм для любых посетителей. Наши портнихи удовлетворят все ваши запросы. Добро пожаловать – мы никому не отказываем».

– Нет! – Элла обернулась и увидела, что ее плотным кольцом обступили уличные попрошайки с протянутыми руками. – Сейбер!

Окруженная просящими детьми, она повернулась к зданию. В окнах, залитых розоватым светом, сидели «портнихи», поглощенные своим занятием.

– Нет, нет, нет!

Дверь отворилась. На пороге появился сутулый седой мужчина. Он подошел к Элле и схватил ее за руку цепкими пальцами.

– Добро пожаловать, Элла, – промолвил он. – Я так ждал этой встречи Мы все скучали по тебе, моя дорогая. Добро пожаловать к миссис Лашботтам.

Довольное выражение бабушкиного лица озадачило Сейбера.

– Не желаете ли бокал хереса? – предложил он. – Поскольку нам все равно придется немного подождать.

– Да, налей мне бокал, – сказала бабушка. Получив сообщение о том, что Сейбер и Элла собираются сегодня вечером в театр, она немедленно спустилась в зеленую гостиную. – Должна заметить, я очень рада, что ты наконец образумился, Сейбер. Другого я и не ожидала от своего внука.

– Образумился? – переспросил Сейбер с невинным видом.

– Да, решил делать то, чего от тебя ждут, – решил развлечь девочку. Поухаживать за ней. – Она отпила из бокала. – Всегда знала, что так тому и быть. Что ты и Элла созданы друг для друга.

– Правда? – Что бы, интересно, сказала ему старая леди, если бы он признался ей, что не он, а Элла сделала первый шаг?

Сейбер взглянул на часы.

– Можете вы мне объяснить, почему женщины всегда так чертовски долго одеваются?