Сандра Честэйн - Серебряная мечта

Брат Ситон раскрыл Библию, прочитал выбранную для торжества проповедь и сопроводил молитвой. Его «аминь» эхом повторил Летающее Облако. Ни женихи, ни невесты не смогли бы точно сказать, о чем была проповедь. Но каждый уловил что-то для себя. Сабрина была убеждена, что там говорилось о неопалимой купине. Коултер считал, что о Моисее, ведущем свой народ к счастливой жизни. Изабелла четко помнила, что речь шла о женщине, последовавшей за мужем в неизведанную страну. И только Мэри запомнила, что женщину звали Руфь.

– А теперь, – сказал брат Вильям, – повторяйте за мной, только вставляйте свои имена. Я, Вильям, беру тебя, Грэйс, в жены…

Мисс Бартоломью подхватила следующую клятву:

– Я, Грэйс, беру тебя, Вильяма…

Брат Ситон закончил церемонию словами:

– Я провозглашаю вас мужем и женой. Можете поцеловать своих невест.

Карл издал торжествующий вопль, подбросил Изабеллу в воздух, поймал и звучно поцеловал.

Объятия Тайлера были сама доброта и искренность.

Ирландец все еще робел и только прижал свои губы к губам Лорин, как тут же оторвался, испуганный взрывом аплодисментов.

Но аплодировали Коултеру, которому нечего было скрывать, и он жадно и по-хозяйски целовал Сабрину.

На банкете угощали индюшатиной, рисом, нежной зеленью, консервированными персиками и мороженым. Свадебный торт был сюрпризом, так же, как и украшавшие его крошечные резные фигурки – подарок Летающего Облака. Вслед за банкетом начались танцы, и почти каждый мужчина в форте, пожелавший зтого, мог похвастаться танцем с одной из невест.

Наконец капитан Холлэнд поднял прощальный тост за четырех невест и спасенных ими мужчин, которых они полюбили всей душой:

– Пусть сопутствуют вам удача и процветание, где бы вы ни жили.

Молодоженов развели по комнатам, приготовленным для каждой пары. А остальные продолжали веселиться. Вскоре мужчины уже танцевали друг с другом, поскольку миссис Холлэнд и Рэйвен взмолились о пощаде. Они были без сил. Шампанское лилось рекой. Уставших музыкантов сменяли новые добровольцы, и веселье продолжалось.

Наконец Рэйвен вышла из дома и поискала деда. Он стоял на утесе неподалеку.

– Тебя что-то тревожит, дедушка?

– Я старею. И меня все больше тянет на родную землю.

– Ты рассказывал мне, как вы кочевали в южные земли среди гор. Но ты был тогда мальчишкой.

– Там есть место, о котором я когда-нибудь расскажу тебе. Обязательно. Это сокровенное место. Могут настать времена, когда тебе это понадобится.

– Мне понадобится?

– Да. Я видел это, моя птичка. Ты способна преодолеть тьму. Скоро тебе предстоит дальняя дорога.

Дед часто намекал на мистическое будущее. Так уж принято у вождей. Они старались толковать свои сны. А Рэйвен верила в видения деда. Взглянув на небо, она заметила, что снова собирается дождь:

– Пойдем, дедушка. Пора. Утром нам надо выехать в ущелье.

– Да, – согласился он и начал спускаться. – Смотри-ка, Рэйвен. Дождь как будто стекает по луне. Это как полосы боевой раскраски воина.

– Или слезы. Небеса плачут от счастья.

Глава 23

– Так ты собиралась отдать рудник в счет наших долгов? – Голос Коултера был напряжен.

– Если бы понадобилось.

– Почему?

– Мы так решили. Все четверо.

Сабрина притворилась, что смотрит на огонь. Может, Коултер подойдет к ней и скажет что-нибудь? Откуда эта проклятая натянутость? Она вдруг занервничала. Вся храбрость куда-то улетучилась. И ей это было не по душе.

– Поговорим об этом завтра. Ладно?

– Хорошо.

Он все еще стоял в дверях. Надо что-то делать. Господи, как рассеять это внезапное отчуждение?

– Тогда, может, ты выйдешь на минуту, пока я…

Коултер кивнул. Он до сих пор был поражен, что они все – все! – были согласны пожертвовать Серебряной Мечтой, лишь бы освободить мужчин. Что на это скажешь? Интересно, она, кажется, стесняется. Но женщинам иногда требуется интимная минутка, время на омовение перед тем, как прийти в постель мужа.

Муж. Это слово направило его мысли в другое русло. Он не позволит ей предать свою мечту, чтобы защитить его. Если возникнут осложнения из-за его прошлого, он сам найдет способ уладить их. Коултер прислушался к доносившейся музыке. Хоть бы никто не вышел в коридор и не застал его в нервном ожидании у двери. Хотя ничего особенного. Жених ждет, пока его невеста будет готова.

Невеста. Его невеста. Он улыбнулся.

В спальне Сабрина быстро сняла панталоны, нижнюю юбку и чулки. Все, она готова.

– Входи, Коултер, – позвала она.

Он снова вошел, прислонился к двери и окинул ее взглядом.

– Ты собираешься стоять там всю ночь?

– Как-то еще не думал, – тягуче произнес он. – А у тебя что-то другое на уме?

– Если бы я, к дьяволу, знала! – рассердилась она. – Да, в конце концов, это брачная ночь или нет? Ты разве не собираешься?.. Я просто думала… Жених…

– Ай-я-яй! К дьяволу? Вы чрезвычайно нетерпеливы, миссис Коултер.

– Чепуха! Просто немного взбудоражена. Я ведь никогда раньше не выходила замуж. Ну-у, я имею в виду, ни за кого другого. Гори все ясным пламенем, тогда была не настоящая свадьба!

– И я счастлив, что ты вышла именно за меня.

Ну и как после этого оторвать от него взгляд? Она впитывала в себя гордую красоту мужчины, которому поклялась принадлежать и подчиняться. Он был самым благородным из всех, кого она знала. Было что-то героическое в этих чертах лица, прямо как у богов, про которых любил рассказывать папа.

И я счастлива. Неужели он правда так считает?

– Может, выпьешь еще шампанского? Чтобы расслабиться.

– Нет, спасибо. Кажется, я и так перебрала. И оно не расслабляет, а только кружит голову.

Их губы почти соприкасались.

– Но больше никаких обмороков?

Она густо покраснела:

– Нет.

– И больше никаких кружений юбкой, чтобы продемонстрировать всему свету свои ножки?

Сабрина ахнула:

– Значит, мне теперь вообще нельзя танцевать?

– Только для меня или со мной.

Она подхватила мелодию, доносившуюся снизу, и закружила по комнате.

– Да, чертовски верно – только для меня!

– Боже, капитан Коултер, какой язык!

Она, кажется, задумала свести его с ума.

– Где твоя нижняя юбка?

– Сняла. Ты не заметил?

Он поднял рукой ей подбородок:

– Заметил. Ты ведь на это и рассчитывала?

– Нет! Да!

Его серебристые глаза смягчились, загоревшись страстным огнем, так что ее сразу бросило в жар.

– Зачем? Ты же прекрасно знаешь, что и так неотразима. Я тебе не раз говорил об этом. К чему эти уловки? Тебе не стыдно? Позволила девушкам разыграть беременных.