Мэри Патни - Странные клятвы

– Что ж, вполне разумно, – Бургонь осторожно провел пальцем по лезвию. На заскорузлой, огрубев­шей коже выступила тонкая кровавая полоска. – Все иногда делают ошибки, Венсан, но запомни, что две подряд – непростительная глупость, и я не позволю тебе совершить еще одну.

– Я запомню, – де Лаон поклонился, в его движе­ниях ощущалась нервозность, и удалился. Он привык к вспышкам гнева и ярости своего хозяина, однако когда тот становился холодным и рассудительным, это означало, что над головой слуги нависла настоя­щая опасность.

Со смотровой площадки башни Мериэль наблю­дала, как повозки со скарбом Левески отправляются в путь, выехав из внешнего двора и миновав подъем­ный мост. Днем раньше она послала к купцу слугу узнать, не нужно ли тому чего-нибудь, и человек вернулся с вежливым отказом. Пока его охрана ела вместе с рыцарями Уорфилда, Левески и его домо­чадцы предпочли пищу собственного приготовления. Интересно, это деликатный отказ тем, кто отверг их, или еда иудеев разительно отличается от пищи христиан?

Когда последние повозки проехали по мосту, Ме­риэль задумалась, где эти люди найдут себе пристанище. Адриан, несомненно, прав – у богатых людей всегда есть выбор, но она не находила себе места от того, что муж отказал Бенжамину и его семье. Конечно, во всем виновата травма, от которой пропала память, но девушка никак не могла взять в толк, почему последователи Христа преследуют иудеев, ведь Иисус сам был евреем. Муж абсолютно прав, это настоящая ересь, но после неудачного падения мысли путаются, и она никак не может уловить разницу. Прежде чем спуститься по лестнице, Мериэль взглянула на небо. В воздухе ощущалось какое-то напряжение, сгущающиеся облака говорили о том, что скоро грянет гроза. Возможно, не сейчас, а в конце дня.

Подумав о несчастном, покинутом всеми Бенжамине и его домочадцах, графиня пожелала ошибиться в своем предчувствии.

Она провела утро в кухне, помогая слугам делать заготовки на зиму. Адриан предложил поехать прогуляться, и она с радостью согласилась, понимая, что кухарка прекрасно обойдется без нее.

Молодожены пустили коней галопом, и быстрая скачка несколько ослабила напряжение Мериэль. Наконец натянув поводья, она придержала лошадь, и та медленно трусила по тропинке. Мериэль взглянула на темное небо:

– Интересно, когда разразится гроза?

– Думаю, скоро, – Адриан натянул поводья и приноровился к ходу лошади жены. – Лучше бы мне не брать тебя с собой.

Мериэль рассмеялась:

– Не сахарная, не растаю, пусть дождь хорошенько промоет мои косточки, – затем, посерьезнев, добавила: – Я не находила себе места, поэтому и согласилась на прогулку, чтобы развеяться.

– Что-то тревожное витает в воздухе, – согласил­ся Адриан.

Мериэль изумленно взглянула на мужа.

– Знаешь, я тоже это чувствую, но думаю, во всем виновата надвигающаяся буря.

Глаза Адриана потемнели, но в голосе не слыша­лось тревоги:

– Этим утром мы избежали другой бури. Пом­нишь, Ричард узнал, что Ги Бургонь нанял отряд на­емников?

Жена кивнула.

– Я попросил своего французского кузена выяс­нить, кто был нанят, и перекупить их, если возмож­но, – он засмеялся. – Моему родственнику повезло. В крови наемников живет жажда наживы, алчность и порок, поэтому нет ничего удивительного, что они всегда переметнутся на сторону более богатого и менее скупого. Я предложил им гораздо большую сумму, вот они и остались во Франции.

– Это просто чудесно! Значит, в этом году не бу­дет серьезных сражений?

– Нет, конечно. Может, и произойдет пара сты­чек, но не таких крупных, на которые рассчитывал Бургонь, – Адриан поморщился. – К сожалению, он скоро узнает об этом и превратится в безумного бо­рова. Последние несколько месяцев Ги выжидал, на­деясь на наемников. Узнав о своем поражении, он обратит свой гнев на моих крестьян. Ему может при­йти в голову напасть на Шрусбери, хотя городские стены задержат его на некоторое время, пока я не пошлю за подкреплением.

– Ты сможешь остановить его? – быстро спроси­ла жена.

– Думаю, да. У меня есть люди, наблюдающие за графом. Если они что-то узнают, то дадут знать о готовящемся нападении, послав сообщение в ближай­ший замок.

Мериэль заинтересованно спросила:

– Каким образом?

– Есть разные способы в зависимости от ситуации и времени суток. Например, цветные знамена и дым костра. Ночью они воспользуются способом, о кото­ром я прочел в старинных греческих книгах. Древние греки разжигали костры перед отполированным желе­зом, это давало возможность посылать сигналы на даль­ние расстояния, чтобы предупредить лоцманов о нали­чии мелей и скал. Я воспользовался древним знанием.

– Значит, вот как ты оберегаешь жизнь своих под­данных! – восхищенно воскликнула Мериэль.

– Обычно это срабатывает, – Адриан вздохнул. – Но не всегда. Если дозорные проглядят нападение или противник движется очень быстро, то рыцари не могут поспеть вовремя.

– Может, Ги не будет нападать так, как ты дума­ешь.

– Лучше было бы наоборот, – с неожиданной зло­бой сказал Адриан. – Я давно мечтаю сразиться с Ги один на один, сразиться в открытом бою, чтобы по­кончить с ним раз и навсегда.

Испугавшись выражения его лица и глаз, потем­невших от ярости, Мериэль осторожно спросила:

– Но ведь есть вероятность, что он убьет тебя, дорогой, а я этого не вынесу.

– Не убьет, – де Лэнси попытался улыбнуться, но взглянув на жену, понял, что ему не удалось разу­бедить ее. Переменив тему разговора, он спросил:

– Ты помнишь эту тропинку? Раньше мы проез­жали по ней.

Она покачала головой. Молодожены ехали через лес по поднимающейся вверх дороге и добрались до опушки, где были выложены каменные круги. Адриан краем глаза следил за женой – тогда она пыталась сбежать. Интересно, вспомнит ли об этом сейчас?

Конечно, Мериэль не помнила, однако испытала такое же восхищение, что и в прошлый раз.

– Итак, это место поклонения языческим богам.

Натянув поводья, графиня осматривала круги. Воз­ле камней паслись овцы, и трава напоминала зеле­ный бархат.

Молодые люди спешились и привязали лошадей к небольшому дереву. Поднявшийся ветер шелестел листьями, издавая таинственный шепот, а над голо­вой проносились темные грозовые тучи.

– Подходящий день для языческой молитвы, не так ли? – смеясь, Мериэль прошла в круг и подняла руки. – Возможно, старые боги возражают против нашего присутствия.

С поднятыми к небу руками и развевающимися на ветру волосами она походила на неземное создание, сошедшее с темных грозовых туч. Адриан вспомнил о ее маленьком соколе Чансон и о том, как девушка выбросилась из окна, чтобы не достаться ему. От этих воспоминаний кровь застыла в жилах.