Рексана Бекнел - Опасности любви

– Как это понимать? Тебе все равно, кто твой муж? Лишь бы он был под боком?

– Если бы мне был нужен просто муж, я бы уже давно была замужем. Я искала хорошего мужа! – Она бросила на него сердитый взгляд. – А мне вот попался ты.

На скулах Айвэна заходили желваки. Люси поняла, что задела его гордость, и пожалела об этом. Она вздохнула и покачала головой.

– Извини. Я просто устала. Я не ждала тебя сегодня.

Он долго молчал, затем сунул сжатые кулаки в карманы брюк.

– Готов признать, что у тебя были основания не дожидаться меня. Но я не намерен от тебя отказываться, Люси. И от ребенка. Я собираюсь исполнить свой долг. Если ты и правда хочешь навестить своих, я поеду с тобой. Только я не могу там долго задерживаться – я слишком запустил дела. Так что мне придется вернуться в Лондон. Но после того, как я все здесь утрясу, я заеду за тобой и отвезу тебя в Дорсет. Наш ребенок родится в Уэсткотт-Мейноре. В отличие от его отца, – горько добавил он.

Он ее не бросит! Сердце у Люси чуть не вырвалось из груди от радости. Он собирается жить вместе с ней! Конечно, между ними неизбежно возникнут некоторые трения, но это можно пережить. Все прекрасно. Только вот о ребенке он говорит как-то странно…

Она положила руку себе на живот.

– Я думаю, у нас будет девочка, Айвэн. А может, и мальчик. Тогда он будет маленьким Айвэном, – добавила она с улыбкой.

Лицо Айвэна оставалось бесстрастным, и ей стало горько.

– Мальчик, девочка… – Он пожал плечами. – Какая разница?

– Верно, разницы никакой. Жаль только, что ты вкладываешь в эти слова совсем другой смысл. Я знаю, ты не хотел ребенка, Айвэн. Но ведь от прав мужа ты не собирался отказываться. А они накладывают определенную ответственность. В том числе – заботиться о своем ребенке.

Он нахмурился:

– Я же сказал, я тебя не брошу. Что тебе еще? Что ты хочешь?

Люси сжала руки в кулаки.

– Я хочу, чтобы у нашего ребенка был не такой отец, как у тебя. А у меня был не такой муж, как у твоей матери.

– Не смей нас сравнивать!

– А ты не смей на него походить!

Она выдержала его угрожающий взгляд. Айвэн выругался и покачал головой.

– И как меня угораздило на тебе жениться?!

Он развернулся, собираясь уйти, но Люси схватила его за рукав.

– Твой отец и бабка тоже думали, что заботятся о тебе. Они были уверены, что поступают правильно, отправляя тебя в Берфорд-Холл. Они считали, что для цыганенка, да еще внебрачного, это честь, а не унижение. Но ты ведь так не думал.

Айвэн раздраженно стряхнул ее руку.

– Я не намерен следовать их примеру. Мне этот ребенок не нужен, и я не хочу этого скрывать. Я вообще не люблю детей. Но повторяю: я не собираюсь отказываться от своих обязанностей.

Люси вскочила с кровати и теперь, босоногая, стояла перед ним в белой вышитой ночной рубашке. Она понимала, что зарождающаяся в ней жизнь для него ничего не значит. Он не думал об их ребенке как о продолжении своего рода. Она знала, что ему этот ребенок не нужен, и все-таки хотела еще раз попытаться достучаться до него.

– Одна из твоих обязанностей – любить своего ребенка, – мягко произнесла она. – Я понимаю, тебе это не нравится, Айвэн. Я знаю, что нарушила твои планы, и теперь ты не сможешь отомстить бабке. Но факт остается фактом: через несколько месяцев ты станешь отцом. А если мы и впредь будем спать на одной кровати, то у нас могут появиться и другие дети.

Айвэн молча пожал плечами, и она взорвалась:

– Надеюсь, ты мужчина и не убежишь от своих обязанностей!

У Айвэна был такой вид, будто он сейчас ее задушит. Руки, сжатые в кулаки, дрожали от напряжения. Но он ее не тронул, а когда заговорил, голос его звучал на удивление спокойно.

– Разница в нашем воспитании никогда не проявляла себя столь разительно, – начал он. – Ты полагаешь, что человека можно заставить любить, потому что это входит в его обязанности. Но, поверь, это невозможно. Если бы это было возможно, я бы приказал матери любить меня и не продавать никому. Я бы потребовал от отца, чтобы он любил меня или хотя бы изредка навещал в интернате. Но ни тогда, когда я был перепуганным слабым мальчишкой, ни сейчас, когда у меня есть власть и богатство, это мне не по силам. Тебе тоже не удастся заставить меня любить кого бы то ни было. Зря стараешься.

Люси почему-то совсем на него не сердилась. Наоборот, ей хотелось плакать.

– Я не верю, что она хотела тебя продать, – прошептала она.

Айвэн скривил губы в горькой усмешке.

– За нее не переживай. Она получила куда больше, чем могла мечтать. Я успокаиваю себя только тем, что бабке я обошелся недешево.

Его сарказм не мог обмануть Люси. Продан собственной матерью! Даже если эта женщина хотела сделать ему добро, какой же острой болью это должно было отозваться в нем…

Не думая, она подошла к Айвэну и коснулась его руки, но он тут же отстранился.

– В Сомерсет поедем завтра, – сказал он, поворачиваясь к двери.

– Айвэн, не уходи. Не уходи, пожалуйста. Нам надо поговорить.

– Тебе нужно отдыхать, – возразил он.

– Не нужен мне никакой отдых. Я не больна.

– Сегодня утром ты была совсем больной.

– Эта болезнь преходящая. Она скоро пройдет.

Он задержался в двери и обернулся к ней.

– Ты что, действительно хочешь ребенка?

– Конечно, хочу!

– Почему?

– Почему? – Люси внимательно посмотрела на него. Даже в темноте ей показалось, что глаза его поблескивают настороженно. И это можно было понять. Собственная мать отказалась от него. Что же удивительного в том, что он не доверяет Люси? Но не дай бог ей сейчас ответить невпопад! – Я хочу этого ребенка, потому что люблю детей, – осторожно начала она. – Потому что, как большинство женщин, я не могу почувствовать себя полноценной женщиной, не познав счастья материнства. Но мне нужен не просто ребенок от любого мужчины, – добавила она. – Мне нужен этот ребенок. Я люблю этого ребенка, потому что он твой!

Ее голос сорвался, но лицо Айвэна оставалось непроницаемым. Когда же он заговорил, сарказм в его голосе окончательно доконал Люси.

– А ведь каких-то два месяца назад ты не хотела выходить за меня замуж. И ты думаешь, я тебе поверю? – Он грустно усмехнулся. – Мне кажется, Люси, нам обоим будет лучше, если мы вообще забудем о чувствах.

Чтобы скрыть свое разочарование, Люси дала волю возмущению. А что еще ей оставалось?

– И как ты собираешься этого добиваться, скажи на милость? Или ты хочешь сказать, что больше не будешь со мной спать?

Айвэн нахмурился.

– А ты хочешь сказать, что теперь, когда ты беременна, я тебе больше не нужен?

– Нет! Конечно, ты мне нужен! – Она даже покраснела от собственного признания. – Но я не поверю, если ты скажешь, что, когда мы вместе, ты ничего не испытываешь. Или ты попытаешься теперь делать это без всякого чувства?