Патриция Поттер - Возлюбленный воин

– Виконт должен скоро приехать: я послал за ним почти две недели назад. Впрочем, у него срочные дела при дворе вдовствующей королевы…

Джулиана чуть не проговорилась и не сказала, что виконт обещал выехать еще несколько дней назад. Как видно, он не торопился с ней встретиться.

В этот момент в зал вошел Диего и сел в конце стола. На нем была новая одежда, соответствующая английской моде: бриджи, шерстяная рубаха и камзол; при этом характерная вызывающая улыбка по-прежнему не сходила сего лица.

Отведя взгляд от Диего, Джулиана скромно заметила:

– Я почти ничего не знаю о своем будущем супруге…

Граф на миг замер.

– Король Генрих хорошего мнения о нем, и в делах он преуспевает, – наконец медленно произнес он.

– А его брат Гаррет? Моя матушка часто о нем рассказывала… Что случилось с ним?

– Они с Гэри отправились в Кастилию на аудиенцию к королю, так как мы хотели получить разрешение входить в порты Испании. Я написал семейству Мендосы и кроме партнерства предложил брак: это давало им возможность пользоваться нашими портами, а нам – испанскими, но без одобрения короля Фердинанда ничего бы не вышло. После аудиенции они отправились в Кордову, и Фердинанд дал свое согласие. На обратном пути на них напали бандиты, Гэри и его слуга получили ранения, но сумели спастись, а Гаррета убили, и его тело предали огню. – Граф замолчал и долго смотрел куда-то вдаль. – Вскоре после этого моя жена скончалась от горя: Гаррет был сыном, о котором только можно мечтать, – достойный, храбрый, справедливый…

– Но ведь у вас есть Гэри!

Старик кивнул:

– Он очень старается походить на брата и… Впрочем, лучше расскажи мне о своей матери – прежде она была такая веселая, такая хохотушка!

Джулиана вздохнула: она не могла сказать графу правду, во всяком случае сейчас.

– Матушка здорова, – ответила она, стараясь, чтобы голос ее не выдал. – Прошу меня простить, я очень устала. Но… – Джулиана дотронулась до руки графа, – у меня есть просьба.

– Она будет исполнена, – поспешно пообещал граф.

– Диего, матрос, который меня спас, он хотел бы вернуться в Испанию. Ему нужна лошадь, чтобы добраться до Лондона, и деньги на морское путешествие. После я позабочусь, чтобы вам возместили расходы.

Морщинистое лицо старика разгладилось.

– Простая просьба. Скажи ему, пусть подойдет ко мне позже.

Джулиана кивнула.

– Сэр, – обратилась она к Диего. – Мне нужно вам кое-что сказать.

Выйдя из-за стола, Диего последовал за ней во двор.

– Что-то случилось? – Он выжидательно посмотрел на нее.

Джулиана была без плаща, поэтому она поежилась от холода.

– В галерее висит портрет погибшего сына графа, – возбужденно сказала она. – Могу поклясться, что это Денни, только на портрете он гораздо моложе.

Лицо Диего выразило неподдельное удивление.

– Поверьте, это правда. По словам графа, его сына зовут Гаррет, и он был убит в Испании бандитами, а Кингсли удалось бежать…

Диего медленно улыбнулся:

– Отличная новость. Теперь мы сможем вернуть его к жизни. Знаете, я всегда мечтал быть богом…

– Но нам непременно нужно это сделать до возвращения виконта. Я попросила графа дать вам лошадь…

– Благодарю. Я помчусь как ветер.

– Граф также хочет вознаградить вас: он ждет вас в своих покоях. Там вы увидите портрет его жены с сыновьями, а другой портрет найдете слева в галерее.

– Я потрясен вашими успехами, сеньорита.

– А я буду потрясена, только когда Денни прибудет сюда. – Джулиана невольно вздохнула. – И чем скорее это произойдет, тем лучше.

Диего чуть не загнал подаренного графом скакуна; оказавшись в Хартлпуле, он тут же направился в гостиницу, где Рори, сидя в комнате Патрика, потягивал из кубка вино и разглядывал изящное серебряное блюдо.

– Надеюсь, блюдо не слишком дорогое. – Диего усмехнулся. – Сомневаюсь, что оно будет востребовано.

Патрик поморщился:

– Может, хватит загадок? Как Джулиана и где Кингсли?

– Джулиана в порядке, а Кингсли пока не прибыл. – Он сделал паузу. – Что слышно о Джейми и о Денни?

– Ничего, но они вот-вот будут здесь.

Диего снова усмехнулся, и Патрик с трудом удержался от очередного резкого замечания: ему хотелось поскорее узнать об оказанном Джулиане приеме во всех подробностях.

– Граф Чадуик очарован нашей красавицей, как и мы все, – начал Диего в обычной своей манере. – Он рассказал ей все о своем старшем сыне, который умер, и показал его портрет…

Патрик насторожился.

– Гаррет Чадуик погиб в Испании, – продолжал Диего. – Он и его любимый брат подверглись нападению бандитов, но счастливый Гэри и его слуга сумели сбежать…

– Но сначала они убили Гаррета? – Патрик и сам не верил тому, что сказал.

– По всей видимости, пытались.

– И… неужели он жив?

– Еще как жив. Джулиана узнала его портрет.

– Денни! – На этот раз в голосе Патрика звучала уверенность.

Он обменялся взглядами с Рори.

– Мы часто называли имя Кингсли в присутствии Денни, но он никак не реагировал, хотя Джулиана сказала, что карта все же вызвала у него какие-то слабые проблески волнения.

– А может, он не хочет вспоминать, – предположил Рори. – Когда Лахлан потерял память, он хотел все вспомнить, и то у него на это ушло много месяцев. Но, так или иначе, мы должны найти Денни и доставить его к отцу до приезда Кингсли.

Патрик покачал головой:

– Возможно, он уже не нужен графу…

– Думаю, что нужен, – медленно произнес Диего. – Джулиана сказала, что граф совсем иначе говорит о Гаррете, чем о Гэри.

Поднявшись, Рори подхватил седельные сумки.

– Я скачу в Карлайл, может, так мы его скорее найдем.

Патрик нахмурился: он хотел взять Денни с собой, но Денни явно проникся к Джейми. доверием, и Патрик посчитал это хорошим знаком. К тому же нельзя было отпускать Джейми одного – пограничная зона кишела грабителями и разбойниками, а Денни отлично умел сражаться.

– Возьми одного из гобблеров, – посоветовал Патрик, – эти звери более выносливы.

Когда брат уехал, Патрик обратил взгляд к Диего:

– Ты можешь вернуться?

Тот весело кивнул:

– Да. Мне, похоже, не везет – сначала мой корабль затонул, потом лошадь захромала…

Патрик улыбнулся:

– Такой уж у тебя талант, дружище, и тут ничего не поделаешь.

Вскоре Патрик остался один. Разумеется, ему не нравилось сидеть в гостинице, но он придумал очень достоверную историю и всем говорил, что его жена в комнате, но не хочет никого видеть. Слуги внутрь не допускались, и после первой ночи пищу стали оставлять за дверью. К счастью, слово «оспа» внушало окружающим такой ужас, что никто не проявлял особого желания приближаться к больной; но в результате и Патрик не мог никуда уехать.