Аманда Квик - Двое в лунном свете

– Феликс не платил за этот дом из своего инспекторского жалованья, – заметил он.

– Стало быть, он с детства купается в деньгах? – продолжала допытываться Конкордия.

– Нет, но ему удалось скопить немалую сумму, когда он занимался своим прежним делом, – еще до того, как он стал полицейским. Феликс сделал удачное капиталовложение. – Уэллс выпрыгнул из кеба на землю. – Подожди меня здесь, я вернусь через минуту.

Откинувшись в тень, Конкордия наблюдала за Эмброузом, который легко взбежал по лестнице дома номер семь. Едва он постучал, дверь открылась. За дверью горела свеча. Эмброуз что-то быстро сказал тому, кого Конкордия не видела со своего места.

Дверь захлопнулась. Эмброуз сбежал вниз со ступенек и занял свое место в кебе.

Через минуту дверь дома номер семь отворилась во второй раз. Какой-то человек легкой пружинящей походкой спустился вниз и направился к экипажу. Когда он проходил под фонарем, Конкордия заметила в его руках пальто. Брюки и туфли он надеть успел, а вот с пуговицами рубашки все еще возился. На его шее болтался незавязанный галстук.

– Донкастерские бани, – сказал он кучеру, прежде чем сесть в темный кеб.

Экипаж медленно тронулся с места. – Какого черта ты вечно являешься ко мне в два часа ночи, Уэллс? – проворчал незнакомец. – Не можешь приходить днем, как все вежливые люди? – Только в это мгновение он заметил Конкордию, сидевшую напротив. – А вы, должно быть, та самая учительница?

В темноте Конкордия не могла разглядеть черты его лица, но звучание его голоса ей понравилось.

– Да, так оно и есть, – ответила она.

Эмброуз откинулся на спинку сиденья.

– Конкордия, позволь представить тебе инспектора Феликса Денвера, – проговорил он. – Феликс, это мисс Глейд.

– Добрый вечер, мисс Глейд, – приветливо поздоровался Феликс. – Или лучше сказать «доброе утро»? – Он ловкими движениями быстро завязал галстук. – Прошу вас не обижаться, но не могли бы вы сказать мне, что это у вас на голове? Шляпка по последней моде, вероятно?

– Это полотенце, – смущенно промолвила учительница, прикасаясь к влажному полотенцу. – У меня мокрые волосы.

– Ну да, – бросил Феликс. – Только что-то я не заметил, чтобы сегодня вечером был дождь.

– Это довольно длинная и запутанная история, – сказала Конкордия. – Пусть лучше мистер Уэллс обо всем расскажет.

– Замечательно! – Феликс слегка повернулся, чтобы оказаться лицом к лицу с Эмброузом. – Объясни, в чем дело, Уэллс.

– История длинная и вместе с тем короткая, – вымолвил Эмброуз. – В общем, и Ларкин, и его таинственный партнер мертвы.

– Они оба мертвы? – переспросил Феликс.

– Да, – кивнул Уэллс. – Неизвестный партнер оказался человеком по имени Эдвард Тримли. Он был связан с богатой вдовой, некоей миссис Хокстон. Это была одна из тех взаимовыгодных связей, которые так часто можно встретить в высшем свете. Он пользовался ее деньгами и связями ради своего блага. Она получала элегантного сопровождающего, когда ей было нужно.

– Миссис Хокстон – благотворительница благотворительной школы для девочек Уинслоу, – с готовностью добавила Конкордия.

– Так вот какая ниточка тянулась в школу, – задумчивым тоном промолвил Феликс.

– Да, – подтвердил Эмброуз. – А сегодня вечером мы с мисс Глейд проследили за Тримли, который поехал в Донкастерские бани. Выяснилось, что он отправился туда на встречу с Ларкином. Очевидно, они поссорились. К тому времени, когда я пришел в бани вслед за Тримли, Ларкин уже был мертв. Его труп плавает в одном из бассейнов.

– А где же труп Тримли? – спросил Феликс. – Или мне не следует спрашивать об этом?

– Лежит в переулке за зданием бань, – ответил Эмброуз тем равнодушным голосом, каким он говорил с того самого мгновения, когда вернулся с крыши.

– Смерть Тримли – несчастный случай, – быстро объяснила Конкордия. – Эмброуз преследовал его, Тримли выбежал на крышу. Они боролись, а затем Тримли упал с парапета.

Наступило недолгое напряженное молчание. Никто не проронил ни слова. Только в это мгновение Конкордия внезапно осознала, что произошедшее на крыше никак нельзя счесть несчастным случаем.

– Что ж, как бы там ни было, дело завершено весьма удачно, – безучастно заметил Феликс. – К сожалению, мне теперь некому задавать вопросы, не так ли? – Он помолчал. – Или, может, остался все-таки свидетель-другой?

– Единственный свидетель – это банщик, – признался Эмброуз. – Я уже успел переброситься с ним парой слов, и выходит, что самого убийства он не видел. В это время Генри находился в другой части здания.

– Тримли намеревался убить банщика, чтобы заставить его замолчать, – добавила Конкордия. – Если бы Эмброуз вовремя не вмешался, бедняга был бы уже на том свете.

– Но каким образом банщик-то оказался замешанным в это дело? – спросил Феликс.

– Он рассказал мне, что получил записку, в которой ему велели открыть бани поздно вечером, после закрытия, – сообщил Уэллс. – Такое приказание он получал далеко не в первый раз. Похоже, Ларкин имел обыкновение устраивать в банях тайные встречи с представителями преступного мира – как ты и подозревал.

– Я был уверен, что в Донкастерских банях что-то происходит, – подтвердил Феликс.

– Ларкин пользовался потайным ходом, расположенным на крыше, – сказал Эмброуз. – Именно поэтому ни ты, ни твои люди не видели, как он входит в бани. Однако Тримли разнюхал, что в дом можно войти через крышу. Подозреваю, что о потайном ходе было известно и кому-то из работников бани, но у них хватило ума помалкивать, чтобы не навлечь на себя неприятности.

– А что же Нелли Тейлор? – спросил Феликс.

– Тримли назвал Нелли одной из банных шлюх Ларкина и намекнул, что Нелли, на свою беду, узнала о планах Ларкина, касающихся Фебы, Ханны, Эдвины и Теодоры, за что и поплатилась жизнью, – сказал Уэллс.

– Итак, он ее убил, – заключил Феликс.

Несколько мгновений он молчал, а затем с отвращением добавил:

– Мерзавец!

– Да уж, – согласился Эмброуз.

– Мы считаем, что миссис Джервис – та самая особа, которая держала агентство, снабжавшее замок учительницами, и мисс Бартлетт, моя предшественница, были убиты при схожих обстоятельствах, – произнесла Конкордия. – Они догадались, что девочки были первыми из многих хорошо воспитанных молодых леди, которых Ларкин намеревался сделать дорогими куртизанками и продать на аукционе за большие деньги. Вряд ли им было известно об участии в деле Тримли и Ларкина, однако они знали, как связаться с Катбертом. Миссис Джервис и мисс Бартлетт совершили ошибку, пытаясь шантажировать его.

– Стоит ли говорить, что Катберт немедленно сообщил Тримли об угрозе, а Ларкин организовал их уничтожение, – вмешался Эмброуз. – Позднее Тримли и Ларкин избавились от самого Катберта. Вероятно, ответственность за это надо возложить на меня. Они заключили, что если я нашел Катберта, то полиции не составит труда сделать то же самое.