Кэрол Финч - Своенравная пленница

Из задумчивости ее вывел уверенный мужской голос:

— Ну-с, будешь еще надо мной смеяться?

Розалин вскочила, удивленная: Ястреб подкрался к ней, как пума, абсолютно бесшумно, и довольно улыбался.

— Разве я не говорил, что существует место, где из земли бьет кипяток, а берега окутывает пар?

Его внезапное появление после долгого отсутствия и самодовольство переполнили чашу терпения Розалин.

Она вскипела, как гейзер, и ошпарила Ястреба взглядом голубых глаз.

— Черт бы тебя побрал, негодяй! Ты совсем потерял совесть! Как ты посмел исчезнуть среди ночи, не сказав еще ни слова? Я не позволю обращаться с собой, как с провизией и пушниной, которые ты припрятываешь в тайниках и достаешь по мере необходимости! Не думай, что тебе все сойдет с рук!

Она уже визжала, распаляясь с каждой минутой от злости.

Ястреб, пытаясь успокоить, схватил ее за руки и привлек к себе.

— Я представлял нашу встречу иначе!

Но Розалин продолжала призывать проклятия на его голову. Как он мог бросить ее одну в форте на забаву тамошним негодяям!

— Тебе наверняка знакомы мерзавцы Черный Орел и Рыжий Теленок! — кричала она, уперев руки в бока, — Надеюсь, ты не считаешь их своими друзьями? Так вот, в твое отсутствие они пробрались в нашу хижину и похитили меня. Впрочем, ты в свое время сам поступил столь же коварно: ведь вы одного поля ягодки! Именно благодаря тебе я очутилась в этой чертовой дыре! И не перебивай меня, я еще не все сказала! Эти негодяи затащили меня в кусты и пытались изнасиловать. Не проезжай случайно мимо Аракаше, они бы меня погубили. Но тебе, похоже, до этого нет дела! Или ты находишь все это забавным?

Ястреб действительно с улыбкой наблюдал, как вздымается от гнева ее прекрасная грудь и сверкают голубые глаза. Но он помрачнел, услышав о попытке двух негодяев ее изнасиловать.

— Ты прекрасно знаешь, что ты мне совсем не безразлична! Я повторял это десятки раз. Или ты все запамятовала?

— Ты говорил, что мы всегда будем вместе, — продолжала Розалин. — Ты бываешь предупредительным и обходительным, когда хочешь затащить меня в постель. Но тебе ничего не стоит вдруг исчезнуть и бросить меня на произвол судьбы!

— Надеюсь, негодяи получили по заслугам? — сказал Ястреб. — Не сомневаюсь, Аракаше приказал зарыть этих мерзавцев в муравейник по самую шею.

— Черта с два! Аракаше сказал, что не признает пыток, и всего лишь запретил этим пьяницам ставить капканы на землях кроу. Будь моя воля, я бы их пристрелила! Но меня не спросили. Аракаше приказал посадить меня на коня и увез в свою деревню, хотя я и сопротивлялась.

Ястреб озабоченно нахмурился: похоже, с годами Аракаше смягчился. Раньше он приказал бы подвесить мерзавцев за ноги на дереве или закопать живьем в землю, оставив на съедение муравьям. Он стал терпимее к «длинным ножам», возможно, потому, что его внук — метис. Чем еще объяснить его снисходительность к Черному Орлу и Рыжему Теленку?

Розалин снова обрушила на Ястреба град упреков:

— Так вот, дорогой! Мне совсем не нравится подобное обхождение! Уже дважды я против своей воли очутилась в лагере индейцев, где и поговорить-то не с кем! Слава Богу, Аракаше говорит по-английски. Хоть и редко, но он со мной беседовал.

Ястреб только улыбался, и это еще больше взбесило Розалин.

— Не смей говорить мне о любви. Если я и правда что-то для тебя значу, объясни, почему ты покинул меня на две педели?

— Ты все сказала? — нахмурился Ястреб.

— Нет! — отрезала она и шагнула к нему, грозя указательным пальцем. — Я все обдумала и решила вернуться одна в форт и дожидаться там прибытия отца. Тебя вполне устраивает одиночество, и я не собираюсь тебе навязываться. Можешь охотиться и ловить бобров в одиночку.

Розалин приняла это решение неожиданно для самой себя. Ей надоело обманываться. Она с самого начала знала, что счастливого конца у их любви не будет. На это намекнул и мудрый Аракаше. Так что ей лучше вернуться в форт, а если по дороге ей встретится гризли, то придет конец всем ее страданиям!

Розалин резко повернулась и пошла к своему коню, но Ястреб крикнул ей вслед:

— Я люблю тебя, Розалин! Я всегда любил тебя!

Его признание прозвучало так искренне и так проникновенно, что сердце Розалин тут же растаяло.

— Да, я не подумал, оставляя тебя одну. Но мне было нужно уединиться, чтобы все обдумать. Ведь я обязан помочь моим друзьям-трапперам и постараться сделать так, чтобы ты осталась со мной. Поверь, я отправился в эту долину один, чтобы никто не мешал мне думать, а не потому, что ты мне надоела. Я мечтаю только об одном: чтобы мы никогда не разлучались. Верь мне!

Он подошел к ней, чтобы она прочитала правду в его глазах и ощутила его любовь и нежность. Ястреб мягко улыбнулся.

— Любовь сделала меня сентиментальным! Было время, когда я не задумывался о будущем, жил одним днем. Но теперь, когда у меня есть ты, Розалин, все изменилось. И я не нахожу себе места, решая, как сдержать слово, данное твоему отцу и своим друзьям, и при этом не потерять тебя, любимая. — Ястреб тяжело вздохнул и погладил ее по щеке. — Здесь я надеялся найти ответы на свои вопросы. Но к сожалению, так и не нашел. Наверное, от любви я поглупел и думаю только о тебе.

Он обнял девушку и прижал к своей груди. Их тела тесно сплелись. Наконец Ястреб прошептал:

— Не уходи от меня, Розалин! Я хочу быть с тобой вечно. Эти две педели я думал и мечтал только о тебе.

— Прости меня, — со слезами сказала Розалин. — Я невесть что тебе сгоряча наговорила. Послушай, Ястреб! Давай проведем оставшийся месяц так, чтобы он запомнился нам на всю жизнь. Ведь скоро придет пора мне вернуться к отцу.

Она обняла его мускулистые плечи и прижалась к гранитной груди, ласково улыбаясь. Он сжал ее в объятиях и хрипло сказал:

— Как я мечтал о нашей встрече!

Они стояли обнявшись и целовались, забыв обо всем на свете.

Вдруг в нескольких шагах от них в небо взмыла струя гейзера. Розалин изумленно смотрела на столб воды, окутанной паром.

Склонив голову на плечо Ястребу, она любовалась игрой природных фонтанов.

— У индейцев кроу есть поверье, что гейзеры — это послания духов подземных рек людям, — прошептал Ястреб.

— И что же хотят нам сказать духи? — спросила Розалин, наблюдая, как поверхность озера опять забурлила, выпуская вверх очередную горячую струю.

Ястреб улыбнулся и с легкой грустью сказал:

— Я покинул тебя на две недели, надеясь решить, как жить в будущем. Но сейчас, когда я тебя обнимаю, мне не хочется думать даже о завтрашнем дне.

Их губы слились в поцелуе, а дыхание смешалось. Розалин показалось, что земля у них под ногами задрожала, когда их тела прижались друг к другу. Поцелуи воспламенили в их жилах страсть, которая требовала немедленного удовлетворения. Они забыли о красоте этого неземного уголка и воспарили над землей в волшебном полете…