Кэтрин Крилл - Леди Алекс

— Я надеялась, что как минимум вы сможете сообщить обо мне моему дяде. А может быть, сумеете даже устранить совершенную в отношении меня несправедливость.

— Но теперь вы жена Джонатана Хэзэрда, — Да, и я…

— Вы хотите покинуть его и вернуться в Англию?

— Я хотела, — тихо проговорила она, дрожа всем телом. — Но теперь… О Боже, помоги мне, я сама не знаю, чего я хочу.

— Я пошлю на вас запрос, — заставил вздрогнуть ее губернатор своим предложением.

Она опять взглянула в его глаза и была почти уверена, что увидела в них новую вспышку милосердия.

— Скажите Джонатану, чтобы он приехал ко мне и поговорил об этом деле.

— Он откажется сделать это, — пояснила она. — Он намерен сохранить наш брак.

— В таком случае я, миссис Хэзэрд, сказал бы, что вы на самом деле очень счастливая женщина.

Она глубоко вздохнула. Слова губернатора подняли в ней бурный вихрь чувств. Но прежде чем она собралась с ответом, воздух сотряс пронзительный крик Гвендолин. Губернатор тут же бросился вперед, чтобы выяснить, в чем дело, а Алекс поспешила за ним, чуть ли не наступая ему на пятки. Они обнаружили Гвендолин и лорда Монтфорта сразу же за конюшней. Перед ними стоял Джага, выражение лица которого было стоически неподвижным, но темные глаза буквально излучали иронию.

— Боже мой, он всех нас убьет, — голосила вдова, прячась за своего спутника.

— Не двигаться, дикарь, убийца! — отважно вскричал лорд Монтфорт, несмотря на то что он был безоружен и ничем подкрепить свой приказ не мог.

— Успокойтесь сэр, этот человек не представляет никакой опасности! — поспешила сообщить Алекс, становясь рядом с Джагой. — Джага, мне очень жаль…

— Ничего страшного, — отозвался он, переводя взгляд на губернатора, который приветствовал его вежливым поклоном.

— Я рад встретиться с вами снова, Джага.

— Вы хотите сказать… вы знакомы с этим язычником? — бессвязно пробормотала Гвендолин, в полном недоумении набросившись с вопросами на губернатора.

— Да. Джага хорошо известен капитану Хэзэрду.

— Он — друг Джонатана, — пояснила Алекс. Она с извиняющейся улыбкой поглядела на полуобнаженного аборигена.

— Может быть, вы зайдете в дом? В настоящий момент мужа нет, но…

— Я еще приду, — сказал он. Как и в прошлый раз, он беззвучно повернулся и скрылся за углом здания.

— Туземцы безвредны, миссис Уилкокс, — с явным раздражением заверил Гвендолин губернатор Макквери.

— Тем не менее этот неприятный маленький эпизод подтверждает правильность моего предложения, — высказал мнение лорд Монтфорт.

— Что же вы предлагаете? — спросил губернатор.

— Дамам, подобным миссис Уилкокс, нечего делать на этом ужасном, зараженном насекомыми колониальном аванпосту. Ей следует вернуться с нами в Сидней.

— Но мы уезжаем уже сейчас, Уильям. Я предполагаю возвратиться домой до наступления ночи.

— К черту, Лачлен! Несколько лишних минут никакого значения иметь не будут.

— Возможно, и нет. Но вполне вероятно, что миссис Уилкокс не хочет, чтобы мы оторвали ее от друзей. Она, в конце концов, совершила продолжительное путешествие…

— Так случилось, сэр, что капитан Хэзэрд в настоящий момент организует мою поездку домой, — Гвендолин посчитала нужным информировать губернатора об этом. Она бросила еще одну приторную улыбку, адресованную молодому англичанину — англичанину богатому, как она только что выяснила. Хотя ей всегда была Ненавистна мысль о поражении, ей стало ясно, что добиться своего от Джонатана она ни за что не сможет. Кроме того, теперь у Гвендолин появился еще один шанс удовлетворить свое стремление. И это, если ей повезет, могло бы принести ей и титул, и состояние, в котором она отчаянно нуждалась. — Я отнюдь не отвергаю любезное приглашение лорда Монтфорта.

— Ну а как же с Джонатаном? — язвительно поинтересовалась Алекс. — Мне вспоминается, дорогая миссис Уилкокс, что вы настроились на продолжительный визит моему мужу.

— Он оказался не тем мужчиной, которого я помнила.

— Я рада это слышать.

— Идемте, миссис Уилкокс, — сказал лорд Монтфорт, вновь галантно взяв ее под руку. — Я помогу вам собрать вещи.

— У нас в лодке места немного, — строго предупредил губернатор.

— Со мной только саквояж, — поспешила сообщить Гвендолин. Обращаясь к лорду Монтфорту, она похвастала: — Я многоопытная путешественница.

Все вчетвером они вернулись в дом. Алекс рассеянно показывала им путь, испытывая как удовольствие от предстоящего отъезда своей соперницы, так и некоторый страх в связи с тем, что она открылась перед губернатором, хотя давно мечтала это сделать.

Когда вскоре настало время проститься с Гвендолин и двумя джентльменами, Алекс смогла выжать из себя лишь усталую улыбку.

— До свидания, губернатор Макквери. До свидания, лорд Монтфорт. — Ее бирюзовый взгляд светился триумфом, когда она перевела его на породившую столько беспокойства вдову. — Надеюсь, что вы благополучно доберетесь до Америки, миссис Уилкокс.

— Вы так действительно считаете, Александра? — улыбнулась Гвендолин. Вид у нее был весьма довольный. — Передайте, пожалуйста, Джонатану, как мне жаль, что я не смогла лично попрощаться с ним. Я уверена, он меня поймет.

— И я тоже.

— До свидания, миссис Хэзэрд, — сказал лорд Мотнфорт, хотя его глаза были прикованы к Гвендолин. Он поднял саквояж и повел ее вниз по парадным ступеням.

Губернатор Макквери на секунду замешкался.

— Даже если рассказанное вами окажется правдой, — сказал он Алекс, — то потребуется несколько месяцев для получения подтверждения этого.

— Я понимаю. — Алекс отвернулась в сторону, и по ее щекам неожиданно разлился румянец. — Я… я полагаю, что до того времени должна буду наиболее достойным образом вести себя.

— Вы уже сделали самое лучшее, что смогли, девчушка.

Вымолвив эту мудрую мысль, он водрузил на голову шляпу и повернулся, чтобы следовать за остальными. Алекс пристально посмотрела ему вслед. Она так и стояла, пока и он, и его попутчики не исчезли в укрывшем их сумраке леса, раскинувшегося на склонах холма. Затем Алекс, скрестив руки на груди и не отдавая себе отчета в причинах нахлынувшей на нее меланхолии, вернулась на кухню, чтобы присоединиться там к Тилли.

Алекс была благодарна, что Тилли разделяет с ней компанию. Когда они покончили с едой, она проводила подругу в ее коттедж. Сет и три мальчика обрадовались гостинцам, которые она принесла им, и Алекс пробыла там некоторое время, а потом пошла к конюшне.

Поскольку рабочие все еще заслуженно отдыхали после трудов праведных, не было никого, кто мог бы ее заметить, когда она прошмыгнула в конюшню и оседлала одну из находившихся там лошадей. С того дня, когда Джонатан привез ее из Сиднея, она ни разу не ездила верхом. Воспоминания о той дикой и напугавшей ее поездке сквозь бурю и о ее уверенности", что Джонатан благополучно доставит ее домой, взволновали ее до глубины души.