Маргарет Мур - Похищение прекрасной Рианон

– Отец, я…

– Ну-ну, барон, вы стареете! Молодые люди проявляют пылкость, когда влюбляются. Не сердитесь на вашу красавицу дочь. Она дала ему понять, что он повел себя дерзко.

– Рад это слышать.

– Право, барон, не пеняйте ей. Лорд Синвелин…

– Кто?

Такой угрозы в голосе отца Рианон никогда раньше не слыхала.

Глава третья

Лорд Милвуар откашлялся.

– Его зовут лорд Синвелин ап Хайуэл. Он валлийский дворянин.

– Возможно, по рождению он валлиец, что для всех нас является позором.

Рианон никогда раньше не видела такого презрения на лице отца. Оказывается, отец с ним знаком! Что же натворил Синвелин ап Хайуэл?

Барон сурово посмотрел на дочь.

– Он разговаривал с тобой?

– Да, – кивнула она.

– Он знал, кто ты?

– Да, – тихо ответила Рианон. – Синвелин ап Хайуэл, представляясь, сказал, что знаком с тобой. Однако он виду не подал, что между вами вражда. Он был весьма любезен, хотя немного… дерзок.

– Могу себе представить, – сердито произнес барон. – Вас, надеюсь, познакомил лорд Милвуар?

Рианон удрученно помотала головой. Она лишь сейчас поняла, что со стороны лорда Синвелина было бестактно представляться самому.

– Барон, если бы я знал, что… – заволновался лорд Милвуар.

Отец Рианон глубоко вздохнул.

– Простите меня, лорд Милвуар. Вы ни в чем не виноваты. И ты тоже, дочка. Мне следовало сообразить, что он здесь появится, и предупредить тебя. Но мне в голову не пришло, что он осмелится заговорить с кем-то из моей семьи.

Рианон чувствовала, что отец с трудом сдерживает ярость.

– Что он сделал? – спросила она.

– Да, в самом деле? – вторил ей лорд Милвуар. – Если он подлец, то ноги его не будет в моем замке.

– Возможно, он изменился к лучшему, как Брайс Фрешет, – улыбнулся барон, но взгляд у него оставался суровым. – У него были задатки превосходного рыцаря, когда он впервые появился в моем поместье.

– Он был в Крейг-Форе? – удивилась Рианон. – Я его не помню.

– Ты гостила у лорда Тревильяна, а позже мне не хотелось признаваться в своей оплошности. Я выгнал его прочь и с тех пор не упоминал его имени.

– Чем же он вас прогневал? – спросил лорд Милвуар.

– Сначала он жульничал в картах, затем перессорил молодых людей, распространяя разные сплетни, хотя уличить его в этом никто не мог. О, он очень хитер! Его коварство раскрылось, лишь когда у Гриффида с Диланом дошло до рукопашной, и я провел разбирательство. Тут-то и обнаружились происки Синвелина. Дилан чуть его не убил. Я думал, что строгое внушение урезонит Синвелина, но ошибся. Вскоре кто-то перерезал подпругу у лошади Дилана, и когда тот несся верхом, практикуясь в метании копья, подпруга лопнула, Дилан упал и едва не разбился насмерть. Я, разумеется, догадался, чьих это рук дело.

– И тогда вы его прогнали, – заключил лорд Милвуар, качая головой.

– Да, – поколебавшись, ответил отец, и Рианон поняла, что тот чего-то недоговаривает, но спросить не осмелилась.

Лорд Милвуар откинулся в кресле.

– Во имя всех святых! Да он просто волк в овечьей шкуре!/ Ему остается только стать проклятым бунтовщиком.

– Бунтовщиком? Нет, слава Богу. Хотя я и этому не удивлюсь, – мрачно ответил гость. – Но он думает лишь о своей выгоде, а если и начнет подстрекать валлийцев к мятежу, то, будьте уверены, только в угоду своему карману.

Тут в зал вошли Дилан и Гриффид в сопровождении свиты.

– Вы знаете, с кем целовалась Рианон? – возмущенно закричал Дилан и бросил на сестру свирепый взгляд.

Девушка возмутилась. Как бы постыдно она себя ни повела, Дилан сам не святой. Ночами он тайком бегал из Крейг-Фора на свидания в деревню и успел стать отцом троих детей от разных женщин. Конечно, для валлийцев незаконнорожденный ребенок – не повод для раскаяния, но не Дилану осуждать Рианон.

Правда, от взгляда Гриффида ей стало стыдно. Хорошо хоть никто из них не знает о ее другом поцелуе во дворе! Она встала и сердито посмотрела на братьев.

– Я не думаю… – начала она.

– Сядь! – приказал ей отец. – А ты, Дилан, говори потише.

Лорд Милвуар тяжело поднялся.

– Я вас оставляю, чтобы вы без посторонних обсудили семейные дела.

Барон сделал Дилану и Гриффиду знак подойти поближе.

– Покончим с этим раз и навсегда и больше не будем упоминать имя Синвелина ап Хайуэла.

Дилан метнул на Рианон раздраженный взгляд.

– Ты знаешь, что о тебе говорят? Будто ты вешалась на этого каналью.

– Ничего подобного! – Рианон замутило при мысли о том, что о ней подумали. Брайс Фрешет, несомненно, тоже так считал и поэтому позволил себе вольности. А теперь что он о ней подумает? Лучше бы ей никогда сюда не приезжать!

Барон оглядел своих людей, входивших в зал.

– Тише, – повторил он.

– Но именно по этому поводу и злословят, – подтвердил Гриффид, и его пристальный взгляд еще больше, чем слова Дилана, смутил Рианон. Она залилась краской стыда.

– Кто осмеливается заявлять такое? – резко спросила она. – Да, я разговаривала с Синвелином ап Хайуэлом и танцевала с ним! Но вы скрыли от меня его низкую натуру и теперь не имеете права на осуждение.

Раздался спокойный и твердый голос отца:

– Я действительно держал ее в неведении. – Он перевел холодный взгляд на Дилана. – А тебе вообще лучше помолчать.

– Но она – женщина и…

– А я ее отец, и судить ее – мое право. Девочке тоже не понравилась его выходка.

Дилан насупился, но Рианон было все равно. Главное – отец понял, что она глубоко сожалеет о происшедшем. Если бы он только знал обо всех ее переживаниях!

– Нормандцам никогда не постичь валлийцев, – продолжал отец. – Частенько они напоминают отшельников, живущих в холодной пещере. Я бы не придавал особого значения их сплетням о вашей бойкой сестренке. Ваша сестра, возможно, не очень-то обременяла себя соблюдением этикета, но даже ты, Гриффид, порой этим страдаешь, а уж о тебе, Дилан, и говорить нечего. А теперь ступайте и убедите наших людей не ссориться с гостями лорда Милвуара из-за неправильно понятых слов.

У Дилана был недовольный вид, но его, как и Гриффида, охладил суровый тон отца, и они оба отошли к свите.

– Отец… – Рианон не знала, что сказать: оправдываться или просить прощения. Но барон прервал ее. Его голос звучал ласково и сочувственно:

– Рианон, мне известно, как обходителен может быть Синвелин, и я виню себя за то, что не предупредил тебя. Ты действительно испытываешь к нему те чувства, на которые намекает лорд Милвуар?

– Он мне понравился, – честно призналась Рианон. – Но когда он поцеловал меня на глазах у всех…

А главное, на глазах у Брайса Фрешета, пришла ей в голову мысль, но она отбросила ее прочь.