Лиза Клейпас - Сквозь все преграды

К вечной досаде Лидии, первое знакомство с Джейком Линли началось со страстной влюбленности, которая длилась около четырех часов. Позже в тот же день ей довелось услышать обрывок беседы между ним и еще одним приглашенным мужчиной.

– Черт побери, Линли, – заметил гость, – теперь я понимаю, почему вы стали врачом. Вам удалось залезть под юбку каждой хорошенькой женщины в Лондоне, включая дочку Крейвена.

– Издержки профессии, – язвительно отозвался Линли. – И, уверяю вас, Лидия Крейвен меня нисколько не интересует.

Эта фраза причинила Лидии боль, опрокинув ее романтические представления с неприятной внезапностью. С тех пор Лидия обращалась с Линли неизменно холодно, когда бы они не встретились. С течением лет их взаимная неприязнь возросла настолько, что они не могли находиться в одной комнате, не затеяв бурный спор, от которого все окружающие разбегались в поисках укрытия. Лидия пыталась не обращать на него внимания, но что-то в нем раздражало ее до глубины души. Когда она находилась рядом с ним, она начинала говорить то, что совсем не хотела, и грустно размышляя после их полных раздражения встреч еще долго после того, как они покидали компанию. Во время одной из их битв Линли дал ей приводящее ее в ярость прозвище «Лидия Логарифмс», которым семья и друзья до сих пор время от времени ее дразнили.

А теперь он пытался расстроить ее помолвку с Рэем.

Обиженная и рассерженная, Лидия вновь вспомнила вечер, когда объявили о ее помолвке… удивительный момент, когда Линли поцеловал ее, и ее собственный всепоглощающий отклик на него. Если его действия были направлены на то, чтобы высмеять ее и смутить, он в этом отлично преуспел.

Вернувшись мысленно в настоящее, Лидия решила, что больше не в силах вынести ни секунды глупой болтовни, которая ее окружала. Она поднялась на цыпочки и шепнула своему жениху:

– Милорд, у меня начала болеть голова, и я бы хотела найти какое-нибудь спокойное место, чтобы посидеть в тишине.

Граф заботливо посмотрел на нее.

– Я составлю тебе компанию.

– Не надо, – поспешно возразила она. – Нет надобности это делать. Я найду где-нибудь укромный уголок. Лучше останься с нашими друзьями. Я вернусь, как только мне немного полегчает.

– Очень хорошо. – В голубых глазах Рэя появился задорный огонек. – Я почти подозреваю, что моя милая мисс Лидия Логарифмс собирается улизнуть, чтобы подумать над какой-нибудь математической формулой.

– Милорд, – запротестовала она, нахмурившись, что он использовал ненавистное ей прозвище.

Он подавился смешком.

– Прошу прощения, моя милая. Я не должен был дразнить тебя. Ты уверена, что тебе не нужна компания?

– Да, абсолютно уверена, – Лидия виновато улыбнулась и покинула его с обещанием вскоре вернуться.

Прокладывая себе путь из переполненной людьми бальной залы, Лидия едва сдерживалась, чтобы не броситься бегом. Воздух был тяжелым от запахов цветов, духов, пота и вина, а безостановочный гул голосов вызывал у нее звон в ушах. Она еще никогда так не жаждала одиночества, как в этот момент. Если бы только она могла добраться до своей комнаты… но это невозможно было сделать без того, чтобы снова попасть в строй людей, которые обязательно ее остановят для одуряющей беседы. Заметив мать, которая стояла с друзьями у стеклянных дверей, ведущих к наружным садам, Лидия направилась к ней.

– Мама, – сказала она, – здесь слишком душно, и у меня разболелась голова. Ты не будешь возражать, если я ненадолго исчезну?

Сара заботливо взглянула на нее и обняла изящной рукой в перчатке за талию.

– Ты действительно выглядишь немного раскрасневшейся. Мне послать слугу, чтобы принес тебе порошок от головной боли из шкафчика экономки?

– Нет, спасибо, – Лидия улыбнулась, когда ее мать сняла перчатку и прижала прохладную мягкую ладонь к ее щеке. – Я в порядке, мама. Я просто… ой, я не знаю. Устала, наверное.

Сара посмотрела на нее нежным и проницательным взглядом, почувствовав, что Лидия расстроена.

– Что-то случилось, милая?

– Не совсем, но… – Лидия увлекла мать в сторонку и сердито посмотрела, отвечая ей шепотом: – Лорд Рэй только что сказал мне, что Джейк Линли посоветовал ему не жениться на мне. Ты можешь себе представить такую самонадеянность? Я хотела бы ударить его ближайшим тяжелым предметом, невыносимый, ограниченный, эгоистичный хам…

– Какую причину доктор Линли привел в своих возражениях?

– Я не знаю. – Лидия шумно вздохнула. – Без сомнения, Линли думает, что я ниже Рэя по социальному положению и что он мог бы найти кого-нибудь получше меня.

– Хм. Это на него не похоже. – Сара успокаивающе погладила Лидию по спине. – Сделай глубокий вдох, милая. Так-то лучше. Послушай, нет никакой причины, почему мнение доктора Линли должно тебя расстраивать, поскольку, очевидно, оно не повлияло на желание лорда Рэя жениться на тебе.

– Но оно все равно расстраивает меня, – пробормотала Лидия. – На самом деле оно заставляет меня хотеть что-нибудь разбить. Как Линли мог так поступить? – К ее отвращению, она услышала нотки уныния в своем голосе, когда добавила: – Я никогда не понимала, почему я так ему не нравлюсь.

– Я думаю, что дело абсолютно не этом, – ответила Сара, успокаивающе прижимая ее к себе. – Вообще-то, мне кажется, я догадываюсь о причине, по которой доктор Линли возражал против твоей помолвки. Видишь ли, я разговаривала с его матерью буквально позавчера, когда мы с ней повстречались у модистки, и она поведала мне, что он…

Сара замолчала, увидев новых гостей, вошедших в залу.

– О, приехали Рейфорды, – воскликнула она. – Их дочь Николь только две недели назад разрешилась вторым ребенком, и я должна спросить, как у нее дела. Мы поговорим позже, милая.

– Но, мама, ты должна мне сказать… – начала Лидия, но ее мать уже плыла сквозь толпу по направлению к друзьям.

Вечер с каждой минутой становился все более раздражающим.

Что именно, во имя всех святых, сказала мать Линли? Разочарованная, Лидия пошла к застекленной створчатой двери и выскользнула наружу. Без малейших колебаний она направилась в единственное место, где, как она знала, она сможет побыть в одиночестве, – винный погреб поместья.

Когда она была маленькой, погреб был ее любимым убежищем. Ей и ее младшим братьям всегда очень нравилось в подвальном помещении с тремя залами, в каждом из которых хранились ряды янтарных и зеленых бутылок с иностранными этикетками. Поговаривали, что это одна из лучших коллекций вин во всей Англии, имеющая в наличии крайнее разнообразие редких и дорогих шампанских, бренди, портвейнов, шерри, бургундских, кларетов и крепких напитков.