Джо Фергюсон - Радуга любви

Джоул посадил ее за столик и пошел к бару заказать виски, но, увидев, что к ней направляются несколько мужчин, заторопился обратно, пряча в усах насмешливую улыбку.

К Саманте обратились трое мужчин.

– Вы танцуете? – спросил один из них.

– Нет, я здесь с женихом. – На душе потеплело от этих слов. – Танец уже начинается. Поспешите, вы еще успеете найти себе партнершу.

– Оставьте леди в покое!

Саманта подняла глаза и увидела мужественное лицо капитана Старнза. Начальника конной полиции Северо-Запада, шефа констебля Френча, девушка в свое время встречала у миссис Келлог.

Троицу сдуло, как осенним ветром сухие листья. Когда Саманта стала благодарить капитана, он отмахнулся и, притронувшись к шляпе, прошагал через зал к столу, где его вмешательства дожидались несколько человек.

– Полиция пришла на выручку? – хихикнул Джоул, протягивая ей бокал шампанского. – А я сам хотел справиться с нахалами.

– Опоздал, – улыбнулась Саманта.

Он взял ее под руку, предлагая встать из-за стола.

– Пойдем, Сэм. Я договорился об отдельной комнате для нас.

– Отдельной?

– «Монте-Карло» предоставляет своим клиентам все виды услуг. Не желаешь взглянуть?

– С удовольствием! – сказала Саманта.

– Отлично, дорогая.

Пройдя через оживленный зал, они поднялись на второй этаж. Джоул открыл неприметную дверь. Саманта слышала о шикарных кабинетах для состоятельных клиентов, но то, что открылось ее взору, превосходило все ожидания. Она благоговейно коснулась бархатных портьер. Когда Джоул включил свет, у нее перехватило дыхание. Все вокруг сверкало позолотой. Ломберные столы и зачехленные кресла ждали карточных игроков – или любовников. На полу, залитый электрическим светом, лежал персидский ковер, обитый парчой диван с резной спинкой манил к себе.

– Садись, – сказал Джоул.

– Милый, это, должно быть, стоило тебе состояния. Если…

Он привлек ее к себе, усаживая на жесткие подушки.

– Не думай об этом, – улыбнулся он, поднеся к губам ее пальцы. Затем потянулся рукой к пуговицам ее жакета.

Она засмеялась:

– Джоул, я только что оделась!

– А теперь разденешься. О, любовь моя! – изнемогая от желания, простонал он. – Позволь мне снова любить тебя, моя ненаглядная…

– И для этого ты привел меня в «Монте-Карло»?..

Джоул усмехнулся:

– Нет, Сэм. Я хотел, чтобы все видели, как ты идешь со мной под руку. Чтобы знали, что ты любишь меня. Но хватит разговоров!

Она обняла его, готовая вновь предаться наслаждению.

Но вдруг услышала какой-то странный звук. Звук повторился, и она почувствовала, что Джоул вдруг замер. На его лице, повернутом в сторону ярких электрических ламп, застыло выражение ужаса. Проследив за его взглядом, она затаила дыхание.

– Кевин!

Он стоял неподвижно, нацелив прямо на них пистолет. Джоул заслонил собой Саманту. Она смутилась и быстро запахнула свой жакет.

Кевин закрыл дверь и двинулся к дивану.

– Ты говорил, что она осталась в Доусоне ухаживать за больной подругой, не так ли, партнер? – кипя от ярости, сказал он, делая ударение на последнем слове. – А оказалось, что она работает у миссис Келлог. Любовники поссорились, а теперь решили помириться. Не потому ли я нахожу ее полуголую в твоих руках, Гилкрист? Вы, вероятно, хотели уехать тайком от меня. Или собирались вернуться на Пятнадцатый верхний?

– Мы собирались, – быстро проговорила Саманта, поднимаясь с дивана. Но тут же снова села, опасаясь, как бы Кевин не пустил в ход пистолет. Даже ношение огнестрельного оружия в Доусоне было запрещено. Но разъяренный Кевин не отдавал себе отчета в своих действиях и мог пойти на более тяжкое преступление. – Отправиться в путь ночью в такой холод мы не решились и отложили отъезд на утро, – объяснила Саманта.

– Проведя ночь вдвоем в этом дорогом борделе. – Кевин прищурил глаза. – Вы, должно быть, меня разыгрываете?

Джоул предостерегающе сжал руку Саманты, чтобы она молчала.

– Мы с ней не обвенчаны, если тебя это беспокоит. Сэм по-прежнему свободна, – сказал Джоул.

– Сэм? – Услышав это уменьшительное имя, Кевин презрительно скривил рот. – Да вы и впрямь держите меня за дурака!

Он вытащил из кармана кожаный мешочек и, не опуская пистолет, швырнул его Джоулу под ноги.

– Забирай! – прорычал он.

Джоул наклонился, защищая Саманту.

– Это твоя доля того, что мы добыли до сих пор, – сказал он, взвешивая мешочек на ладони. – Почему ты бросаешься золотом? Здесь потянет на небольшое состояние! – Джоул швырнул мешочек обратно.

Кевин поймал золото и фыркнул:

– Тут меньше, чем должно быть. Когда мы покидали Скагуэй, нас было двое, Гилкрист. Половина – мне, половина – тебе. Но внезапно родилась идея выписать себе невесту, и в результате доля каждого сократилась до трети.

– Кевин, но вы сами тогда согласились! – вскричала Саманта. – Джоул не настаивал.

– Правда? А может, вы с ним вошли в сговор? Может, хотели меня обмануть и срезать мою долю? – Он посмотрел на мрачное лицо Джоула и усмехнулся. – Ты глупец! Думаешь, я ничего не заподозрил, когда ты уничтожил ее письма?

Джоул с трудом сдерживал ярость.

– Саманта писала в них о сугубо личных вещах. И вряд ли ей было бы приятно, чтобы ее мечты, которыми она делилась с нами, обсуждались во всеуслышание.

– Не лги! Ты сжег письма, чтобы я не мог их прочесть. Чтобы не узнал о ваших планах украсть у меня золото!

– Что за безумие, Кевин?! – вскричала Саманта. – Мы никогда не обманули бы вас, вы же наш друг.

Кевин ничего не ответил.

Саманта хотела что-то сказать, но рука Джоула сжалась вокруг ее талии. В его синих глазах был молчаливый приказ не злить партнера и призыв к терпению. Он надеялся, что Кевин, в конце концов, согласится с их аргументами.

Но, оглянувшись на Кевина, Саманта поняла, что им его не образумить. Его глаза пылали гневом. Джоула он, возможно, пощадит, но ее – ни за что.

Кевин, сверкнув глазами, зарычал на Джоула:

– Послушай, я оплатил половину ее проезда и хочу получить, что мне положено. – Он взмахнул пистолетом и скомандовал: – Встань, женщина!

– Кевин, мы отдадим тебе твою половину, – поспешил сказать Джоул.

– Золото мне не нужно! Сюда, женщина! Иначе я всажу в Гилкриста пулю.

Саманта отбросила руку Джоула и выполнила приказание.

Она побледнела, услышав следующую команду. Не может быть, чтобы это говорил тот, кого она считала своим другом. Кевин был мягким, очаровательным человеком, он так хотел сделать ее счастливой в их одинокой хибаре.

Подчиняясь приказу, Саманта стала снимать бархатный жакет клюквенного цвета, придерживая одной рукой расстегнутый ворот блузки. Но Кевин приказал снять и ее.