Кэрол Финч - Моя навсегда

Стиснув зубы, Себастьян встал, но не простоял и секунды, как все вокруг него бешено завертелось. Инстинктивно он потянулся вперед, ища опору, и навалился всей тяжестью на Иден, тут же потерявшую равновесие. Она вскрикнула, он охнул, и оба растянулись на полу. Оказавшись прижатой к ковру, Иден боялась пошевелиться и тем самым причинить Себастьяну боль.

Но он чувствовал не боль, а странный прилив сил. Пожалуй, именно этого ему не хватало для выздоровления. Он ощущал под собой нежное женское тело, и вся его немощь забылась. Вот оно — чудодейственное лекарство! Хотя, надо признаться, и обещания Иден обвенчаться с ним «завтра» помогали ему дожить до следующего дня. В тот самый момент, когда его рот прижался к сладким, как мед, губам, в него влились тепло и энергия, которых так не хватало его ослабшему телу. В первый раз за неделю он понял, что живет. Обрадованный таким сюрпризом, он закрыл глаза и постарался до последней капли впитать в себя вкус Иден. Несмотря на предшествующий этому действу монолог, посвященный невозможности быть вместе, Иден ответила на поцелуй и ее руки скользнули по его плечам. Как, оказывается, недалеко седьмое небо!

— Боже, что здесь происходит?

В комнате нежданно материализовались доктор Кертис и пастор Милборн, за ними — фыркающий в кулак Талли и недоумевающие Бет и Питер.

— Себастьян, вам не следует вставать с постели, — отчитал его доктор Кертис.

— И определенно не следует ложиться на мисс… — Пастор Милборн покраснел и воздел глаза к небу. — Прости, Господи!

Протиснувшись вперед, Талли помог Себастьяну подняться и уложил его в кровать, а затем бросил лукавый взгляд на пылающее лицо Иден. Понимая, что кто-то должен разрядить ситуацию, он решил взять это на себя. Это дело надо было уладить еще много недель назад, и теперь уже нельзя медлить, а Иден и его светлость выскажут свое мнение Потом, решил Талли и, повернувшись к священнику, отвел его в сторону.

— Думаю, вам следует обвенчать их сейчас. Есть невеста, есть жених и куча свидетелей, а кроме этого ничего и не нужно.

— А оглашение… — попытался возразить пастор.

— У меня в кармане. — Талли достал бумаги, подготовленные им по просьбе Себастьяна.

— Да подождите хоть минуту! — воскликнула Иден.

— Нельзя, — решительно заявила Элизабет. — Каждый день ты обещаешь Себастьяну выйти за него замуж завтра. Сегодня самое последнее «завтра», Иден. Тем более ты уже скомпрометирована…

— Черт побери. Бет, и это после всего, что я для тебя сделала за эти годы! — возмутилась Иден.

— Пришла пора и мне сделать для тебя что-то, — отозвалась Бет тем жизнерадостным тоном, который явно позаимствовала у сестры. — Я буду замужней подружкой невесты, а Талли может стать шафером жениха.

Себастьян слабел на глазах, последние события отняли у него слишком много сил. К сожалению, целительное действие поцелуя оказалось недолговечным.

— Начинайте церемонию, быстро! — потребовал он.

— Вы слышали, что сказал его светлость? — Талли подтолкнул в бок ошеломленного священника.

— Но так не принято…

— Ухаживание тоже было неправильное, пусть такова будет и свадьба, — настаивал Талли.

— Мы собрались здесь для того… — Сделав глубокий вдох, пастор неохотно начал церемонию.

— Переходите к главному, — слабым голосом перебил его Себастьян. — Я долго не выдержу.

— Вы согласны взять в жены эту женщину? — поспешно спросил отец Милборн, с тревогой глядя в побелевшее лицо жениха.

— Да. — Себастьян опустился на подушки и закрыл глаза.

— Иден, вы согласны взять в мужья?..

— Если я возьму его в мужья, что я дальше буду с ним делать? — проворчала Иден. — Это ужасная ошибка! Все равно ничего хорошего из этого не выйдет… Ой! — Она взглянула на предательницу сестру, которая каблуком наступила ей на ногу.

— Соглашайся же! — нетерпеливо потребовала Бет.

— Будучи в здравом уме, я не могу… Ой! — Иден обвела взглядом всех присутствующих — поддержки ждать было неоткуда. Очевидно, она оставалась здесь единственным человеком, умудрившимся сохранить хоть каплю разума.

— Иден, скажи «да», — прошептал Себастьян, не открывая глаз. — Тогда, возможно, ты избавишься от меня завтра…

Иден совершила непростительную ошибку, обратив взор на это заострившееся лицо в ореоле спутанных иссиня-черных волос. Он был таким слабым, беспомощным и беззащитным, что у Иден защемило сердце, и она вымолвила слово, подсказанное ей душой, а не разумом, зная, что позже пожалеет об этом. Но сейчас, когда ее своевольное тело все еще трепетало от неожиданной близости, она не могла сказать ничего другого.

— Да, — шепнула Иден и увидела, как легкая улыбка тронула бескровные губы Себастьяна.

— Тогда объявляю вас мужем и женой, — произнес отец Милборн, кивнув в знак окончания церемонии. — Так как жених уже поцеловал невесту, обойдемся без этой формальности. Надеюсь, нынешний момент станет началом долгой и счастливой семейной жизни. А теперь, если позволите, я хотел бы навестить раненых.

— Прошу меня извинить, но я должен осмотреть своего пациента, так что выйдите все и закройте за собой дверь, — вмешался доктор Кертис.

— Я никогда вам этого не прошу, — проворчала Иден, покидая комнату в торжественном сопровождении Талли, Питера и Бет.

— Конечно, простишь. — Бет похлопала сестру по плечу. — У святых это великолепно получается.

— Я не святая! — чуть не плача закричала Иден вслед удалявшейся троице, Неужто ее и в самом деле против воли заставили вступить в брак? Ее, такую независимую!

Беда не приходит одна, подумала Иден. Она согласилась исключительно из сострадания к Себастьяну, а он воспользуется этим, когда наберется сил, и станет указывать ей, как жить и что делать. Если они не смогут быть равноправными партнерами в этом союзе, значит, они вообще не смогут быть вместе. Если он не любит ее так, как она его, то, живя с ним под одной крышей, Иден каждую минуту будет терзаться и в конце концов ее сердце разобьется, Да простит се Бог, но она обязана устроить Себастьяну такую жизнь, чтобы он рад был поселиться отдельно. Так, теперь задача ей ясна. А Бет, Питер и Талли еще пожалеют о своем вмешательстве в чужие дела.

А помимо всего прочего, Иден с ее прошлым не заслуживала быть женой настоящего аристократа, ведь она… В общем, она просто недостойна его, и этого достаточно.

Проснувшись на следующее утро, Себастьян вместо Иден увидел сидящую у своей кровати Мэгги. Его поздравили с женитьбой и накормили завтраком, а после того, как он немного подремал, у его постели оказался Талли. Днем за ним ухаживала Элизабет, а вечером, вернувшись из магазина, Питер Далтон пришел почитать ему последний номер «Газеты Виргинии». Единственным обитателем дома, который не заглянул его навестить, была молодая миссис Сейбер. Иден умышленно игнорировала его, и Себастьян догадывался, что она взялась за свои прежние проделки.