Роберта Джеллис - Нежный плен

Леди Мод снова обрела способность мыслить — по крайней мере на своем обычном уровне, ибо она была столь же глупа, сколь и красива. Джеффри сам вел ее по лестнице, советуя побыстрее оставить дом. Он боялся, что она снова впадет в истерику и заразит ею других женщин, которыми обязана руководить. В десятый раз повелевая ей успокоиться и угрожая отшлепать в противном случае, Джеффри мысленно извинился перед Джоанной и поклялся, что отныне перестанет укорять невесту за силу воли.

Однако, когда Джеффри достиг сада, стало совершенно очевидным, что он ничуть не поспешил, буквально вытащив леди Мод из дома. Тостиг выстроил слуг в цепочку, и они, передавая друг другу ведра с водой, уже тушили часть пристроек и стены дома. Чтобы заливать водой крышу, установили лестницы. Латники тем временем вывели лошадей, вытолкнули прогулочную карету леди Мод из сарая. Из-за нагроможденных друг на друга строений стремительно пронесся сильный порыв ветра. Джеффри схватился за лицо: что-то словно резануло его и обожгло щеку. Широкая полоса пламени, длиной в сотню футов и один Бог знает какой высоты, устремилась вперед, подобно огромным бурунам во время шторма, что разбиваются о скалы близ Роузлинда, и охватила дома, расположенные напротив, через дорогу.

На мгновение все оцепенели от ужаса. Затем последовал настоящий хаос. Лошади становились на дыбы, пытаясь вырваться из рук своих хозяев; мужчины и женщины пронзительно кричали; леди Мод бросилась к Джеффри, окутав его голову широкими рукавами своего одеяния, так что какое-то время он ничего не видел и не мог дышать. По воле милосердных небес ветер утих, и волна огня спала. Отчетливо раздавался лишь все возрастающий монотонный треск. К счастью, только Джеффри и опытные латники знали, что означает этот шум. Они довольно часто слышали его в Уэльсе. Джеффри громовым голосом приказал своим людям бросить карету леди Мод и седлать всех имеющихся лошадей чем придется. Служанки должны были сидеть позади каждого способного ехать верхом мужчины.

В разгаре этих приготовлений у сада между людьми возникла перебранка. Пока Джеффри пытался освободиться от цепких рук леди Мод, туда устремились Тостиг и еще несколько латников. В конце концов доведенный до отчаяния Джеффри забросил женщину на плечо, словно мешок. Он с облегчением обнаружил, что драка возникла между группой охваченных паникой слуг, которые хотели украсть лодку и бежать на ней, и другими людьми леди Мод, страшившимися кары Энжелара и не решавшимися на бегство.

Джеффри не знал, что Энжелар оставил свою лодку у леди Мод, а все были слишком возбуждены и заняты, чтобы напомнить ему об этом. Поблагодарив небеса за помощь, Джеффри бесцеремонно бросил свою ношу в лодку и наказал двум верным латникам не выпускать из нее женщину, даже если понадобится применить силу. Вернувшись в дом, он нашел там четырех людей, уверивших его, что умеют управлять судном. Они показались ему достаточно спокойными и рассудительными, чтобы поверить им на слово. Он велел им и двоим пожилым, наиболее смелым служанкам, что несли деньги и драгоценности, переправить леди Мод через реку и по возможности перепоручить госпожу заботам Джоанны.

Достаточно быстро собрали утварь и уложили одежду. Джеффри снова сошел вниз, чтобы помочь определиться с лошадьми. Он тревожным взглядом окинул строения по ту сторону дороги и опять выругался, заметив за окнами вспышки огня. Дома уже пылали изнутри. Джеффри громко приказал оставить все, что еще не уложили, и седлать лошадей. Как только его голос затих, ветер усилился снова, словно играя с людьми. На глазах у перепуганных мужчин и женщин, вываливших из дома, пламя с треском, заглушившим даже вопли ужаса, прорвалось через крыши.

Впоследствии Джеффри не мог вспомнить, что происходило дальше. Беспорядочная толчея лошадей и вопящих людей, ревущая, бушующая стена огня, извергающего длинные языки пламени, словно насмехавшегося над тщетными попытками человека спастись ценой неимоверных физических усилий, бьющиеся в истерике женщины в объятиях мужчин, почти таких же беспомощных от страха, дикое ржание лошадей — все перепуталось, перемешалось в безумном кошмаре. И все же старания людей не прошли даром. Каким-то образом всем удалось покинуть дом, оседлать лошадей и удалиться на безопасное расстояние от алчного зева огня.

В относительном спокойствии церковного двора, куда, вероятно, собрались все беженцы, разум и порядок снова взяли верх. Джеффри и Тостиг наскоро посовещались, посматривая на небо и определяя, в каком направлении будет распространяться огонь. Скорее всего на северо-восток, прямо на них, но ехать на запад бесполезно, там пожар уже достиг реки.

— Боюсь, мы не успеем добраться до моста раньше огня, — сказал Джеффри. — Дороги будут забиты уже за милю до него, а с этим сбродом дураков, которые начнут вопить, рыдать и пугать лошадей, я не рискну оказаться в ловушке. Попробуем прорваться по южной дороге и посмотрим, нельзя ли обойти огонь и добраться до безопасного места.

Кавалькада снова тронулась в путь, но не продвинулась далеко. Вскоре дорогу загородили люди и лошади, бегущие оттуда, где пламя распространялось слишком быстро, чтобы с ним бороться. Это известие вызвало новую волну страха, подавленного еще более бурной вспышкой негодования Джеффри, который лишь удивлялся, стараясь перекричать испуганных людей, что еще не потерял голос.

— Милорд! Милорд! — закричал кто-то.

— Да? — машинально отозвался Джеффри.

Высокий, крепкий человек в запачканной мантии олдермена [8] прорвался через толпу.

— Не поможете ли нам, милорд?!

— Каким образом? — настороженно спросил Джеффри. — У меня хватает людей, за безопасность которых я отвечаю.

— Милорд, огонь, идущий сюда с севера, необходимо остановить! Если он доберется до реки… — Голос мужчины дрогнул.

Возможно, этот человек владеет товарными складами у реки, со злобой подумал Джеффри, но тем не менее был полностью согласен с ним. Если огонь доберется до реки здесь, пылающие обломки могут воспламенить строения, расположенные вдоль моста, и перебросить таким образом огонь на другой берег.

— Здесь есть несколько домов, — продолжал говорить олдермен. — Если нам удастся снести их и облить водой другие постройки, то, возможно, мы сумеем преградить путь огню.

— Я помогу, если получится, — согласился Джеффри, найдя этот план вполне разумным. — Но я должен обезопасить женщин, которые находятся на грани помрачения рассудка. И избавиться от лошадей, ибо с ними больше хлопот, чем пользы.

— Я могу прислать проводника, который знает эти улицы. Он подыщет безопасное место за городом.