Эми Фетцер - Ирландская колдунья

Этого не могло быть! Этого не могло быть!

Внезапно пытка кончилась – словно неведомые силы хотели наказать его за то, что не верил в их могущество. Он шумно вздохнул, весь в жарком поту, хотя день выдался довольно прохладным и по горам гулял резкий ветер.

Реймонд выпрямился и потащился к коню, с трудом преодолевая свинцовую тяжесть во всем теле. Словно во сне он попытался вскочить в седло и повторил эту попытку еще дважды, прежде чем понял, что забыл, как это делается. Ему пришлось постоять, прислонившись лбом к прохладной вытертой коже, и старательно восстановить в памяти всю последовательность движений. На этот раз попытка была удачной.

Не тратя времени даром, он помчался обратно вниз и вскоре поравнялся с людьми, суетившимися среди развалин.

– Чтобы я больше не видел здесь ни одной живой души! – приказал Реймонд, не сходя с седла.

Еще минута – и они с Йеном, Алеком и остальными рыцарями помчались в замок. Его все еще пробирала дрожь, стоило вспомнить шепот зловещих голосов, обитавших в Круге Камней. Ощущение было столь сильное, что Реймонд оглянулся, как будто ожидал увидеть тех, кто издавал эти потусторонние звуки. Он не сразу опомнился и заставил себя смотреть на дорогу, зябко кутаясь в плащ. Однако никакая одежда не могла изгнать стылый холод, пронизавший его до самых костей. Напрасно он пытался убедить себя, что от усталости у него разыгралось воображение, подогретое той чушью, что приходится выслушивать каждый день от суеверных ирландцев. Но стоило ему опустить взгляд на свои руки, и он увидел, что сжимает в кулаке неведомо откуда взявшийся гладкий белый камень. Реймонд не помнил, как подобрал этот камень на лужайке. И когда он пытался вскочить в седло, руки у него были пустые. Де Клер остановился, чтобы рассмотреть камень как следует. Голыш был отполирован почти до блеска и помечен незнакомым Реймонду знаком: вертикальной чертой с крючками на концах, обращенными в разные стороны.

– Де Клер! – окликнул его Йен, остановившись рядом.

– Что ты можешь сказать об этом, Магуайр? – Реймонд подал ему камень. При виде царапин на камне ирландец явно встревожился.

– Это же руна!

Реймонд не спускал с него сурового взора, ожидая пояснений.

– На рунах гадают… Эти камни бросают, чтобы узнать будущее… или разобраться в настоящем.

– Бросают? Это что, еще один вид колдовства? – Реймонду сделалось тошно еще до того, как он услышал ответ.

– Ими пользовались в старину. Где ты взял эту руну?

– На границе Круга Камней. – Реймонд забрал камень у Магуайра и не заметил, как потрясла ирландца эта новость. – Что, по-твоему, она значит?

Йен потупился. Было видно, с каким трудом дается ему этот разговор. По спине у Реймонда снова поползли мурашки, как будто кто-то старался напомнить о том, при каких обстоятельствах досталась ему эта руна – и во что он до сих пор не желал верить.

– Она означает «eihwaz», – наконец промолвил Магуайр, поднимая глаза. Реймонд явно не знал этого слова, и Йен пояснил: – Препятствие, помеха. Что-то стоит у тебя на пути, и не так-то просто от этого избавиться. Руна велит тебе остановиться и осмотреться, чтобы принять решение обдуманно и не совершить ошибку. Иначе все пойдет прахом. – Йен пожал плечами и кивнул на развалины укреплений: – Примерно как там. Это тебе еще одно предупреждение. Хорошо еще, что никого не завалило насмерть.

– Мне следовало остановить стройку после первого обвала, – процедил Реймонд, стиснув камень. – Под обломками могло погибнуть больше сотни людей.

– Совершенно верно, милорд. Это ни о чем вам не говорит? – С каждым словом Йен заводился все больше. – Если плотники трудились на совесть и если нет следов умышленного вредительства, то что же остается?

– Хотел бы я знать…

– Простите меня, милорд, за дерзость, но вы отлично все знаете! Вы просто предпочитаете этого не видеть!

Реймонд невольно отшатнулся, пораженный тем, как точно Йен угадал слова, нашептанные ему неведомым голосом в Круге Камней. Те самые слова, что так часто повторяла Фиона. Его взгляд снова приковал к себе камень с древней руной. Внезапно Реймонду стало ясно: это не он подобрал руну, а она сама его нашла.

Кит О'Каган хрипло закашлялся, безуспешно стараясь избавиться от душной влаги, заполнившей не только легкие, но и каждую клетку его тела. В тесной темнице было нечем дышать. Рана давно закрылась и больше не кровоточила, но это уже не имело значения: его убивало само это место. Он услышал чьи-то шаркающие шаги и мрачно уставился на старуху, принесшую ему еду. Она поставила поднос с водой и хлебом прямо на пол перед казематом.

– Нечего так смотреть на меня, Кит О'Каган! Узник подслеповато прищурился.

– Изольда! Великие боги, а я-то думал, ты давно подохла!

– Как бы не так! Зато ты точно отправишься на тот свет раньше меня!

Заключенный неловко встал на четвереньки, выпрямился и проковылял к решетке, зажимая рукой бок.

– Выпусти меня. Не пожалеешь!

Она лишь презрительно фыркнула в ответ, скрестив руки на груди.

– Ты все такой же! Нашкодил, а теперь лезешь из кожи вон, чтобы избежать наказания! За столько лет мог бы и повзрослеть, щенок несчастный!

– Ах ты, сука! – яростно прохрипел пленник. В припадке бешенства он даже кинулся на решетку в надежде добраться сквозь прутья до ненавистной физиономии, но не дотянулся на какую-то долю дюйма. Старуха как будто заранее знала, где ей встать. Она злорадно улыбнулась, и выцветшие глаза сверкнули былым задором.

– Помнится, ты называл меня совсем по-другому, когда хотел залезть ко мне под юбку! – Она окинула Кита с головы до ног презрительным взглядом и снова посмотрела ему в глаза.

– Это было много лет назад, – пробурчал он.

– А ты все равно остался таким же недоноском! Тебе сильно повезет, если дело кончится простой виселицей! – Изольда выразительно чиркнула себя пальцем по шее.

– Выпусти меня! – в панике взмолился он. – Ну что тебе стоит – ради старых добрых времен?

– По-твоему, я рехнулась?

– Ты все еще держишься за Фиону! – Кит с трудом сдерживал душившее его бешенство. – Разве мало она нам напакостила?

– Это Дойл обрек нас на проклятие! Он убил Эгрейн! И ты знаешь это лучше других!

– Ух как я жалею, что тебя тогда не вздернули! – Кит в ярости плюнул ей под ноги.

– Ну вот, ты опять валишь с больной головы на здоровую! – вспыхнула в ответ Изольда, но тут же успокоилась и сказала: – Это проклятие можно снять.

– Не раньше, чем подохнет эта ведьма! Не сойти мне с этого места, если я вру!

Изольда приосанилась, выпрямив свою сутулую спину. Ее темные глаза смотрели сурово и строго. Она не пожалеет своей жизни, чтобы леди Гленн-Тейза заняла подобающее ей место, и не этому жалкому человеку становиться на пути у колесницы судьбы.