Джейн Фэйзер - Изумрудный лебедь

Дыхание Имоджин со свистом вырывалось сквозь стиснутые зубы, и даже Майлз изменился в лице и теперь казался встревожен ным.

— Забавно, что ты это говоришь, — заметил Брайен. — Леди Мэри Эбернети сказала мне почти то же самое. Нечто вроде того, что же могло так сильно изменить воспитанницу Гарета. Она сказала, совсем другая девушка. Но я думаю, все это женские фантазии. Возможно, она просто ревнует Гарета. Ее тревожит, что он так привязан к девчонке. Ревность, ревность! И ничего более.

— Я говорила тебе! — прошептала Имоджин, отойдя от гобелена. — Разве я не говорила тебе того же, муж мой?

Майлз не помнил, что ему говорила по этому поводу жена, но счел целесообразным кивнуть.

— Я знала, что это не сработает. Теперь весь двор только и судачит, что об этой девке… А завтра приезжает ее жених. — Похоже было, что леди Дюфор забыла о присутствии Миранды. — Что теперь делать, я спрашиваю? Что делать? — Она двинулась по коридору, бормоча что-то, а Майлз старался не отстать от жены.

Миранда, пожав плечами, последовала за ними и оказалась в огромном дворе, где их уже ожидала тяжелая карета.

Сэр Кристофер, к несчастью, оказался очень наблюдательным, и было весьма неприятно, что леди Мэри позволила себе высказываться подобным образом, но Миранда не думала, что дело обстоит так уж скверно. Скоро люди привыкнут к новому облику и манерам леди Мод д'Альбар. Но по дороге домой ей стало ясно, что у леди Имоджин было другое мнение на этот счет.

Миранда сидела в уголке кареты и слушала бормотание Имоджин, особенно не придавая значения ее словам. Но через некоторое время стала прислушиваться к ним внимательнее, поскольку уловила, что словоизвержение леди Дюфор имело определенный смысл.

— Что-то надо предпринять, — бормотала леди. — Гарет не понимает, что делает. — Она бросила взгляд на Миранду, сидевшую в тени, в уголке кареты. — Эта самозванка никогда не сойдет за Мод.

— Но это уже произошло, — отважился вставить слово Майлз. — Росситеру скоро наскучит задавать вопросы… как только все это утратит прелесть новизны.

— А вот тут ты ошибаешься! — Имоджин выпрямилась на сиденье. — Если уже теперь возникают вопросы и ходят всякие слухи, то как люди воспримут появление настоящей Мод? Даже те, кто не задается вопросами, заметят разницу. А Рос-ситер и его друзья будут копаться и попытаются узнать правду… Вот увидишь! А если француз сначала увидит Миранду, а потом Мод, обмануть его не удастся. Ты только погляди на нее. Неужели трудно отличить вульгарную бродяжку от благородной, аристократичной Мод?

— Пожалуй, Мод бледнее.

— Бледнее! Это так ты называешь ее белое, как сыворотка, лицо и вялые, как у умирающей, движения?

— Но я так понял, что ты приписываешь все это ее благородному происхождению, моя дорогая леди!

Миранда едва подавила готовый сорваться с уст смех.

Однако Имоджин было не до смеха.

— Все это затеяно зря! — бормотала она, сжимая и разжимая кулаки, бросая по сторонам гневные взгляды. — Брачный контракт будет аннулирован. Все закончится скандалом. Как Гарет этого не понимает? Зачем он столь упорно проявляет настойчивость? На что надеется, продолжая играть в эти игры?

Майлз благоразумно предпочел придержать свое мнение при себе, а Миранда понимала, что от нее не ждут высказываний. Карета въехала в ворота дома Харкортов и остановилась у парадной двери. Имоджин поднялась с места не сразу. Она продолжала сидеть, барабаня пальцами по сиденью, потом провозгласила:

— Я должна взять все в свои руки. Гарет слишком мягок, а я не стану стоять рядом и смотреть, как он повторяет ту же ошибку, что совершил с Шарлоттой. Если бы он не проявлял подобного упрямства, во всем этом не возникло бы необходимости… — Голос ее понизился почти до шепота, потом снова набрал силу. — Всегда мне приходится выручать его из неприятностей. Конечно, он мне и доброго слова за это не скажет, ну и пусть… Я должна принять меры, пока еще не поздно.

Наконец леди Дюфор поднялась с места и поплыла в ярко освещенный холл дома. Майлз с извиняющимся видом посмотрел на Миранду, потом сказал:

— Думаю, моя дорогая, я вернусь в Вестминстер. Вечер в разгаре.

Он высунулся из окна кареты и приказал кучеру повернуть обратно, как только леди Мод войдет в дом.

Миранда направилась наверх, в спальню Мод. Она была очень задумчива.

Глава 17

Миранда вошла в комнату Мод без стука, и тотчас же оказалась в объятиях Чипа, столь жарких, что несколько минут не могла даже заговорить с Мод. Наконец она посадила Чипа себе на плечо, и он принялся гладить ее по волосам, нашептывая что-то на ухо.

— Вы рано вернулись, — обратилась к Миранде Мод.

— Да, леди Имоджин решила, что следует поспешить домой. — Миранда примостилась на краешке стола, подальше от жарко пылавшего огня. — Она сказала, ей нужно заняться приготовлениями к приему герцога Руасси, который прибывает завтра. — Девушка в задумчивости нахмурилась, потом заметила: — Интересно знать, в чем будут состоять эти приготовления.

— Что вы имеете в виду? — спросила Мод, подавшись вперед. В глазах ее вспыхнул интерес.

— Похоже, она считает, что наш маскарад ни к чему не приведет. И кажется, есть люди, заметившие, что я отличаюсь от вас, насколько они вас помнят.

Она рассказала Мод, что они с леди Имоджин подслушали, стоя за гобеленами, потом задумчиво добавила:

— Думаю, она хочет каким-то образом принудить вас к повиновению.

— Она уже не раз грозила мне этим, — сказала Мод, упрямо поджимая губы. — Но я ей ответила, что она может вздернуть меня на дыбу, но даже это не заставит меня отречься от веры. А если я не отрекусь, то не смогу выйти замуж за протестанта.

— Разумеется, — ответила Миранда несколько нетерпеливо. — Но вероятно, вы не представляете, к каким мерам воздействия может прибегнуть столь решительная женщина. А в том, что она решительная, можно не сомневаться. Милорда сейчас нет, и, я полагаю, леди Имоджин попытается ковать железо, пока горячо.

В ясных синих глазах Мод промелькнул страх.

— Не знаю, что я способна выдержать, пока дело не дойдет до пыток, — сказала Мод, стараясь выглядеть отважной и твердой. — Но ведь святые тоже подвергались пыткам.

— Да, — согласилась Миранда. — Но мне не кажется, что вы уже готовы причислить себя к лику святых. Думаю, на сегодняшнюю ночь нам с вами стоит поменяться местами на случай, если ваша кузина задумала какую-нибудь гнусность. Вы будете спать в моей спальне, а я здесь.

— Но в таком случае гнев кузины обратится на вас! Зачем вам страдать зря?

— Я не пострадаю, — усмехнулась Миранда. — Поверьте мне, Мод, я сумею за себя постоять.