Вирджиния Хенли - Тайный брак

– Это ободряет, но потребуется больше, чем осуждение, годы заставить Деспенсера вернуть мне моих детей.

– Изабелла, если вы как-то сможете еще немного потерпеть то, что нестерпимо, есть тайные силы, объединяющиеся, чтобы положить конец тирании.

Печаль во вздохе королевы была осязаема.

– Да, я должна поддерживать надежду в моем сердце. Большая радость, что добрый народ Англии любит меня достаточно, чтобы рисковать ради меня.

– Я также знаю из надежного источника, что Роджер Мортимер неутомимо собирает огромную армию для вторжения.

Рука Изабеллы прижалась к сердцу.

– Он делает это из любви ко мне. Любовь – это самая великая сила на земле. Она может двигать горы.

Брианна подумала о Вулфе. «Если бы только это было правдой».

– Господи Иисусе! Мортимер в Геннегау, успешно подымает войска. Этот изменник собирается вторгнуться в Англию! – Рука Эдуарда дрожала, когда он опустил письмо, которое получил от своего посланника при французском дворе.

Хью Деспенсер был занят тем, что читал официальный пергамент от понтифика.

– Меня обвиняют в том, что я провоцирую войну между Англией и Францией. Этого сукина сына папу нужно подвесить за яйца! Это король Карл угрожает войной Англии.

Эдуард едва не обделался, когда вдруг осознал, что перспектива войны с Францией вполне реальна, а теперь он к тому же столкнулся с угрозой вторжения Мортимера.

– Я должен написать Вильгельму Геннегау и выразить свое несогласие с тем, что он укрывает у себя изменника.

– Это не принесет ничего хорошего. Из-за торговых конфликтов наши отношения с Геннегау просто не существуют.

Эдуард был в панике.

– Думаю, нам следует сжечь эти письма. Я не хочу, чтобы Совет узнал, что существует угроза войны.

Однако король Карл и папа позаботились о том, чтобы проинформировать Королевский совет Эдуарда о грозящей войне.

Королевский совет провел заседание, и срочно созванному парламенту было поручено разобраться с критической ситуацией. Парламент решил, что любые уловки предпочтительнее бедствию войны. Они потребовали, чтобы Эдуард, не мешкая, отправился во Францию и принес вассальную присягу королю Карлу за Гасконь и Аквитанию, чтобы разрешить кризис.

Теперь пришла очередь Деспенсера паниковать.

– Эдуард, моя драгоценная любовь, наши враги хотят, чтобы вы покинули меня. Как только вы пересечете Ла-Манш, они набросятся на меня и разорвут на куски! Обещайте, что вы не уедете и не оставите меня без защиты.

– Хью, ты для меня весь мир. Я никогда не покину тебя. Я предложу, чтобы мой брат Эдмунд принес присягу вместо меня.

Предложение, чтобы молодой граф Кентский представлял короля, было немедленно отвергнуто. Более того, его расценили как оскорбление. Эдмунд привел войска в Гасконь, чтобы поднять оружие против французов, таким образом, настроив против себя Карла и всю страну.

– Где, дьявол побери, Пемброк, когда он мне нужен? Какой дьявол может так долго задерживать его в Шотландии? Они отсутствуют уже больше месяца. Хоть бы оттуда не было неприятностей.

– Ты единственный, кто когда-либо побеждал меня в борьбе. – Морщины от смеха на лице Роберта Брюса стали глубже, когда он открыто улыбнулся старому другу, Линксу де Варенну.

– Ты очень великодушен. Как мне помнится, я победил тебя всего дважды. – Линкс положил руку на спину жены и подтолкнул ее вперед. – Это Джейн. Она настаивает, что всегда знала, что ты будешь королем Шотландии.

Роберт не обнял Джейн, но его лицо сияло улыбкой, когда он смотрел на нее.

– Несмотря на то, что он сделал вас графиней Суррей, вы всегда были слишком хороши для него.

Линкс улыбнулся:

– Я никогда не слышал слов правдивее.

Они были в личных покоях короля в Эдинбургском замке. Несколькими днями ранее графы Пемброк, де Варенн и Арундел были приняты официально, но это была первая возможность, чтобы друзья детства и Джейн побыли вместе наедине.

Сегодня граф Пемброк лежал больной, Арундел отправился в Лит, чтобы проверить свой корабль, и было ясно, что переговоры о мире будут происходить между Линксом и Робертом.

– Поздравляю вас с рождением сына, Роберт. Надеюсь, Элизабет в добром здравии? – Джейн всегда любила его жену.

– Да. Она предпочитает жить в аббатстве Холируд, а не в этой груде камней. Вы должны прийти сегодня на ужин. Элизабет не терпится показать Дэвида. Кстати, Джейн, почему бы вам не поехать к Элизабет сейчас? Я отправлю с вами эскорт, который проводит вас до аббатства. Как только мы с вашим мужем договоримся о мире, он присоединится к вам.

Как только они остались наедине, Роберт спросил:

– Сколько лет мира тебе нужно?

– Что бы ты сказал о дюжине лет? – осторожно спросил Линкс.

– Идет! Даже давай пусть это будет тринадцать.

– Почему ты соглашаешься на тринадцать лет?

Брюс расхохотался:

– А почему нет? Это перемирие не будет стоить и пергамента, на котором написано. Я могу нарушить его в любое время, когда захочу. Но если ты вернешься с перемирием, подписанным на тринадцать лет, этот безвольный дегенерат, которого вы называете королем, будет у тебя в долгу.

Линкс рассмеялся:

– Ты всегда был хитрым и дерзким, Роберт. Понимаю, без этого нельзя управлять шотландцами.

– Мы составим мирный договор, и я подпишу его до того, как вы с Джейн отправитесь в Дамфрис. А мой тезка, Линкольн Роберт, присоединится к нам сегодня вечером?

– Да. Поскольку мой старший сын родился в Шотландии, я привез его сюда увидеть родину. А Арундел привез свою дочь Бланш.

– Они обручены?

– Нет. Линкольн Роберт обручен с Брианной де Бошан. Они должны пожениться, когда мы вернемся.

– Дочь Джори. – Взгляд темно-карих кельтских глаз Роберта стал мечтательным. – Уверен, она редкостная красавица.

Глава 25

– У меня для вас новости. – Брианна вошла в личные покои Изабеллы и нашла королеву за письменным столом пишущей письма своим детям в замок Мальборо. Брианна уезжала ранним октябрьским утром, и Саймон Деверил передал устные сообщения от Рикарда де Бошана.

– Это обнадеживающие новости? – Изабелла не могла рассеять ауру печали, окружающую ее.

– О да. Папа написал Эдуарду, предлагая, чтобы он послал вас во Францию, чтобы договориться о мире с вашим братом Карлом. Это кажется единственным решением, чтобы избежать войны и уладить спор вокруг Гаскони.

– О, Брианна, смею ли я надеяться? Без денег, положения и моих детей Виндзор стал для меня тюрьмой. Ты и представить не можешь, как мне хочется бежать во Францию. Мысль о том, чтобы снова быть с Роджером, в последнее время кажется мне несбыточной мечтой.