Лиза Клейпас - Потому что ты моя

– Я не смогу, – прошептала она, сцепив руки на коленях.

В бирюзовых глазах Джулии появилось сочувственное выражение.

– Мэдди, он ждет от тебя только попытки.

Мадлен кивнула. Она была готова исполнить любое желание Логана, ведь она любила его. Нельзя было допустить, чтобы он пожалел о своем браке. Мадлен намеревалась во что бы то ни стало заставить его однажды признаться, что он совершил правильный выбор.

– Я намерена не только совершить попытку, – заявила она, – но и преуспеть в ней.

– Вот и молодец, – усмехнулась Джулия. – Ведь ты не робкого десятка, верно?

– Надеюсь, да.

Вскоре им принесли чай и крохотные сандвичи, но Мадлен так и не удалось проглотить ни крошки. Тошнота по-прежнему терзала ее. Логан часто досадовал на отсутствие аппетита у Мадлен и грозил послать за врачом.

– На твоем месте я не стала бы волноваться, – заверила ее Джулия. – Аппетит вскоре вернется к тебе. Ты не только восстановишь прежний вес, но и немного поправишься.

Мадлен приложила ладонь к своему плоскому животу.

– Не могу дождаться этого… Сейчас мне часто кажется, что никакого ребенка нет и в помине.

– Подожди, скоро он начнет шевелиться, – предупредила Джулия, – и тогда все твои сомнения развеются.

Ближе к вечеру герцогиня покинула особняк, пообещав заехать за Мадлен на следующий день и повезти ее к своим знакомым.

– Видишь ли, далеко не все мои подруги актрисы, – заметила Джулия, – Брак с герцогом позволил мне время от времени встречаться с весьма респектабельными людьми.

Герцогиня очень добра к ней, решила Мадлен после отъезда гостьи. Любезность Джулии – красноречивое свидетельство ее уважения к Логану. Уютно устроившись на бархатном диване в гостиной, Мадлен до возвращения Логана успела почитать и позаниматься рукоделием. Логан принес с собой морозное дыхание зимы; его темные волосы растрепались, а щеки порозовели от холода. Зайдя в дом, он первым делом прошел в гостиную, где сидела Мадлен.

Взглянув в глаза мужу, она почувствовала, что тонет в их бездонной синеве.

– Ты ужинала? – спросил Логан. Мадлен покачала головой:

– Я ждала тебя.

Протянув руку, Логан помог ей подняться с дивана.

– Как Джулия?

Мы многое успели. Планировать столь грандиозное событие – весьма утомительное дело.

Логан равнодушно пожал плечами.

– А по-моему, главное – нанять нужных людей.

Направляясь вместе с Логаном в круглую столовую, Мадлен почувствовала желание взять мужа под руку, но воздержалась. До сих пор Логан не приветствовал столь смелые жесты с ее стороны, и Мадлен была уверена, что он непременно упрекнет ее за дерзость.

Через несколько дней после свадьбы между ними установились вежливые, но натянутые отношения. Общаясь, они тщательно подбирали выражения и не обменивались любящими взглядами, поцелуями, ласками. Только по ночам эта сдержанность исчезала: Логан приходил в спальню к жене, молча срывал с нее рубашку, и они предавались любви; в эти минуты Мадлен вся пылала от наслаждения. Но каждое утро Логан уезжал в театр, когда жена еще спала.

– Репетиция прошла удачно? – спросила Мадлен, усаживаясь за стол.

Логан повеселил ее рассказом о последней ссоре Арлисе Барри с другой актрисой. Потом рассказал о соглашении, которое заключил с конкурирующим театром.

– Труппа «Дейли» недавно лишилась двоих лучших актеров, поэтому я решил одолжить ей несколько своих для спектакля «Как вам это понравится». Взамен мы попросили бы у них двух или трех исполнителей на второстепенные роли в «Розе». К сожалению, мои актеры взбунтовались. Они считают ниже своего достоинства играть в «Дейли».

– Их трудно винить, – заметила Мадлен, краем глаза поглядывая на слуг, вносящих серебряные блюда и подносы. – Будь я актрисой, я мечтала бы работать только в «Столичном театре».

– И все-таки они сделают так, как я велю.

– Но зачем заключать соглашение, от которого «Дейли» выиграет больше, чем «Столичный»?

– Оно полезно для театрального искусства в целом. Я не намерен допускать, чтобы мой дух соревнования нанес ущерб лондонской сцене – любой сцене, не только моей.

– Ты прирожденный политик, – внезапно улыбнувшись, заявила Мадлен.

– Я могу себе позволить быть им.

Слуги ловко расставляли на столе блюда: нежные ломтики курятины в соусе из сливок, овощное пюре с сухариками, запеченное в фигурных формах, пирожки с трюфелями и яйцами.

Но ароматы изысканных французских блюд начисто лишили Мадлен аппетита. Предчувствуя приступ тошноты, она отвернулась и потянулась за стаканом с водой. Логан, хмурясь, наблюдал за ней.

– Ты должна поесть, – сказал он.

– Я не голодна. – Мадлен с трудом проглотила возникший в горле ком, чувствуя, как от запаха еды у нее начинает кружиться голова. Отодвинув тарелку, она закрыла глаза и принялась дышать носом.

– Черт! – воскликнул Логан. – Ты ешь слишком мало даже для самой себя, не говоря уже о ребенке.

– Я стараюсь, – возразила Мадлен, не открывая глаз, – но меня все время тошнит.

Подозвав слугу, Логан велел ему принести вареную курятину без приправ и картофельное пюре с молоком.

– И это придется отослать обратно, – сказала Мадлен. – Сегодня я не смогу проглотить ни кусочка. Может быть, завтра мне станет легче.

Логан ответил ей гневным взглядом.

– Ты немедленно съешь что-нибудь, даже если мне придется кормить тебя насильно. Имей в виду: теперь, когда ты забеременела, ты отвечаешь за ребенка.

Укоризненные нотки в голосе мужа взбесили Мадлен.

– Я забеременела отнюдь не без посторонней помощи! – выпалила она в гневе. – В том, что случилось, виновата не только я, но и ты! – Она принялась дышать ровно и глубоко в надежде, что тошнота пройдет.

С минуту супруги молчали.

– Ты права, – неожиданно сказал Логан. – В ту ночь я не подумал о последствиях. Мне слишком уж не терпелось оказаться с тобой в постели, – Смутившись, он добавил:

– И потом, мне никогда не приходилось беспокоиться о подобных вещах. Женщины, с которыми я был знаком, обычно сами принимали… меры предосторожности.

Мадлен удивленно посмотрела на мужа. Неужели ей только показалось, что в голосе Логана прозвучало раскаяние?

– Меры предосторожности? – переспросила она. – Не понимаю, о чем ты говоришь. Логан улыбнулся.

– Это мы обсудим позднее. После рождения ребенка. – Он передвинул свой стул поближе и обнял Мадлен. Затем, смочив водой салфетку, приложил ее ко лбу жены, покрывшемуся каплями пота. – Помнишь, как во время болезни ты кормила меня месивом из хлеба с молоком? – спросил он. – А я пообещал, что когда-нибудь отомщу тебе…