Эйна Ли - Утро нашей любви

— Предоставь это мне, золотко. Не смотри на них и не останавливайся.

Когда они проходили мимо их столика, Диана воскликнула:

— Синтия, дорогая! Какой сюрприз!

Синтия задержалась, чтобы ответить на приветствие, а Китти продолжила путь, как и велела ей кузина, и вышла наружу. Тем не менее, она могла слышать разговор и наблюдать за происходящим.

— Диана! — отозвалась Синтия. — Так ты вернулась из Европы? У тебя усталый вид, дорогая. Должно быть, плавание через океан было утомительным.

Зеленые глаза Дианы льдисто блеснули.

— Стефани сказала мне, что шлюха, с которой связался мой муж, твоя кузина.

— Неужели? Кого из моих кузин ты имеешь в виду, Диана?

— Кэтлин Драммонд, ту самую, что была с тобой.

— Кэтлин действительно моя кузина, но она определенно не шлюха. Разве это не твое амплуа, дорогая? Желаю приятной охоты при луне, только не переусердствуйте, девочки. Пока. — Синтия изящно помахала ошеломленным дамам ручкой и двинулась прочь.

Если Китти и надеялась, что весь этот кошмар быстро рассеется, вечерние газеты убедили ее в обратном. Целый раздел был посвящен предстоящим скандальным баталиям в суде. Китти никогда в жизни не испытывала подобного отчаяния и беспокойства. Она терзалась мыслями о том, как близнецы провели день и что сказал им Джаред по поводу ее ухода. Знают ли они, что вернулась их мать? Поглощенная мучительными размышлениями, она чувствовала себя совершенно беспомощной, сознавая, что судьба близнецов в руках правосудия.

Каким-то чудом ей удалось заснуть — видимо, сказалась прошлая бессонная ночь, — но рано утром следующего дня Китти уже была на ногах в полной готовности ехать на вокзал. К несчастью, поезд отбывал только в полдень.

Сгорая от нетерпения поскорее двинуться в путь, она беспокойно слонялась по комнатам. Остановившись у окна, Китти увидела мужчину в котелке и темном костюме, наблюдавшего за домом. Она припомнила, что видела его накануне.

— Тиа, ты знаешь этого человека?

— Впервые вижу, — отозвалась Синтия, подойдя к окну.

— Я уверена, что уже видела его вчера.

— И судя по одежде, он не техасец. Выглядит как житель восточных штатов. — Соседний дом выставлен на продажу; возможно, он потенциальный покупатель.

Спустя четыре часа, когда они вышли из дома, собираясь отправиться на вокзал, незнакомец подошел к ним.

Синтия взяла инициативу в свои руки:

— Сэр, могу я спросить, почему вы бродите возле моего дома?

— Я ищу Кэтлин Драммонд.

— Что вам от меня нужно?

— Вы Кэтлин Драммонд?

— Да.

— Почему вы не зашли к нам раньше? — поинтересовалась Синтия.

— Я ждал прибытия вот этого. — Он вручил Китти документ и снял шляпу. — Всего хорошего, дамы.

— Что это? — спросила Синтия, когда Китти прочитала документ.

Та подняла на нее растерянный взгляд.

— Это повестка в суд.

— В суд! Почему?

— Мне предписывается явиться в суд на следующей неделе, чтобы выступить свидетелем по делу Фрейзер против Фрейзера по поводу опекунства над Ребеккой и Дженнифер Фрейзер.

Синтия подняла чемодан Китти:

— Можешь распаковывать вещи, дорогая. Не думаю, что в ближайшее время ты куда-либо поедешь.

Всю последующую неделю газеты печатали ежедневные отчеты о ходе суда, сопровождая их снимками Джареда и Дианы. За отсутствием заслуживающих внимания новостей национального или всемирного масштаба все это с живейшим интересом читалось и обсуждалось публикой.

Интерес подогревался сведениями о богатстве Джареда и тем фактом, что он недавно удостоился ордена Почета.

Одна из газет, известная своим пристрастием к дешевым сенсациям, даже опубликовала фотографии близнецов, играющих во дворе, вместе с интервью Гарриет Уиппл, охарактеризовавшей девочек как избалованных и непослушных отпрысков богачей. Статьи о том, как Джонатан Фрейзер нажил свой капитал, пестрели намеками на незаконность сделок, но каких-либо фактов, подтверждающих эти инсинуации, не приводилось. То и дело упоминалось участие Сета в мошенничестве с инвестициями без всяких ссылок на то, что обвинения сняты.

Что касается Дианы Фрейзер, то она характеризовалась как любящая мать, которую лишили детей и изгнали из дома из-за ее скромного происхождения.

В газете Китти представлялась как любовница Джареда Фрейзера, проживающая в его доме под видом гувернантки, несмотря на тот факт, что она является дочерью владельца крупнейшего в Техасе ранчо. Даже ее кузины были втянуты в разбирательство, когда газеты оповестили общественность о родстве Кэтлин Драммонд с двумя наиболее влиятельными в Далласе семьями: Кэррингтонов и Кинкейдов.

Стараниями прессы к тому времени, когда Китти предстояло появиться в суде, ожидания публики достигли апогея. Накануне вечером Бет с Джейком вернулись из Европы, и Синтия ввела их в курс дела.

Джейк пришел в ярость, прочитав вечерний выпуск газеты.

— Бог мой, эта жалкая газетенка осудила и приговорила Китти с Джаредом, не дожидаясь суда! Вся семья Фрейзеров подверглась осуждению.

— Видимо, Диана удостоила своей благосклонностью этого тупицу репортера, — сказала Синтия.

— Не представляю, как Джаред все это терпит, — заметила Бет. — При его характере подобное вмешательство в личную жизнь, когда твою семью распинают у всех на глазах, должно быть невыносимым. Не пощадили даже близнецов!

— Это называется свободой печати, Бет, — отозвался Дейв. — Человека подвергают публичному осуждению, прежде чем выслушать, что скажет обвиняемый под присягой. Вы обратили внимание, что в газете полностью отсутствуют высказывания людей, которые могли бы положительно отозваться о Фрейзерах? Им нужна только сенсация, непредвзятое мнение никого не интересует.

— Я хотела бы поблагодарить вас всех за поддержку, — тихо сказала Китти. — За все время пребывания в Далласе вы не видели от меня ничего, кроме неприятностей. Наверное, вы будете рады, когда я уберусь восвояси.

— Чтобы я больше не слышала подобных речей, Кэтлин Драммонд! — одернула ее Бет. — Мы же семья, или ты уже забыла об этом?

Китти была слишком расстроена, чтобы поддерживать разумный разговор. Она ушла пораньше, сославшись на то, что должна отдохнуть перед грядущим судебным разбирательством, а затем долго ворочалась без сна, гадая, что принесет ей завтрашний день. Джаред, конечно, будет в суде, и Китти не представляла, как встретится с ним. И какие вопросы ей будут задавать? Она молилась о том, чтобы пройти через это испытание, не причинив имени Фрейзеров дополнительного урона, но сомневалась, что ей настолько повезет.

На следующее утро Китти в сопровождении Кинкейдов и Кэррингтонов отправилась в суд. При виде множества людей, собравшихся на улице и ступеньках здания, ее охватил трепет.