Джуди Кэролайн - Ральф де Брикассар

Вирджиния встала, взглянула в его гневное лицо. Потом неожиданно рассмеялась.

— Дорогой мой! — сказала женщина. — Неужели ты говоришь правду? Неужели ты и правда любишь меня? Хотя ты бы не сердился так, если бы не любил.

Ральф уставился на Вирджинию, затем схватил ее в свои объятия с коротким смехом счастливого влюбленного.

Дядя Роберт, который замер было от ужаса у замочной скважины, выпрямился и на цыпочках отправился к миссис Джексон и кузине Мелисандре.

— Все в порядке, — торжествующе объявил он.

Милая малышка Вурж! Дядя Роберт был готов сейчас же послать за своим юристом и снова переделать свое завещание. Вурж останется единственной его наследницей. Она действительно заслужила это.

Миссис Джексон, возвращаясь к своей очень удобной вере в торжество провидения, вынула семейную Библию и сделала запись в разделе: «Замужество».

— Но моя дочь и сама не так уж бедна, — заявила миссис Джексон. — Я, пожалуй, напишу Мэри Карстон в Австралию об удаче Вирджинии, и, думаю, она не обидит ее в своем завещании.

48

— Но, Ральф, — запротестовала Вирджиния через несколько минут, — твой отец, так или иначе, дал мне понять, что ты все еще любишь эту женщину.

— Он может это сделать. Отца можно объявить чемпионом — столько ошибок он уже совершил. Если есть вещи, о которых лучше умолчать, то можно не сомневаться, что отец об этом расскажет. Но у него совсем не плохая душа, Вирджиния. Он тебе понравится.

— Он и так понравился мне.

— И деньги его не запятнанные. Он заработал их честно. И мои предки — священнослужители сделали много добра. И даже эти розовые таблетки моего дяди могут принести пользу, если в них верят.

— Но я совсем не подхожу для твоей жизни, — вздохнула Вирджиния. — Я не настолько умна или хорошо образована, или…

— Моя жизнь — это Саурес и другие необжитые места. Я не намерен просить тебя жить жизнью светской женщины. Конечно, мы должны будем проводить некоторое время с отцом, он стар и одинок.

— Но не в его огромном доме, — взмолилась Вирджиния. — Я не могу жить во дворце.

— Не сможешь привыкнуть к нему после своего Голубого Замка, — усмехнулся Ральф. — Не волнуйся, радость моя. Я и сам не смогу там жить. Там лестница из белого мрамора с позолоченными перилами. Дом больше похож на мебельный магазин, хотя нигде не видно этикеток. Но как бы там ни было, это отцовская гордость. Мы снимем маленький домик где-нибудь за городом, недалеко от отца, чтобы видеться с ним. Я думаю, мы сами построим для себя дом. Дом, который ты построила для себя, много лучше того, который возвел я. Но лето мы будем проводить на озере. А осенью будем путешествовать. Я хочу, чтобы ты увидела Альгамбру. Она наиболее близка к Голубому Замку твоей мечты, как мне кажется. А в Италии есть старейший сад, в котором я хочу показать тебе, как над Римом встает луна из-за кипарисов.

— Неужели это красивей, чем восход луны над Сауресом?

— Не красивей, но совсем другая прелесть. Ведь красота существует в таком множестве проявлений. Вирджиния, до этого года твоя жизнь проходила среди уродства. Ты ничего не знаешь о красоте мира. Мы пойдем в горы, купим все драгоценности базара в Самарканде, постигнем магию Востока и Запада, рука в руке достигнем края света. Я хочу все показать тебе и через призму твоих глаз снова увидеть всю эту красоту. Девочка моя, миллион вещей я хочу показать тебе, сделать с тобой, сказать тебе. Для этого нужно время.

— Ты можешь пообещать мне одну вещь? — торжественно спросила Вирджиния.

— Все, что ты хочешь, — не задумываясь, ответил Ральф.

— Только одно. Ты никогда, ни при каких обстоятельствах, не поддашься провокации и не напомнишь мне, что это я попросила тебя жениться на мне.

49

Выдержки из письма мисс Корнелии Джексон мистеру Эндрю Трентону:

«Кто бы мог подумать, что сумасбродные приключения Вурж закончатся так? Это заставляет задуматься, что нет необходимости вести себя надлежащим образом.

Я была уверена, что с ее мозгами не все в порядке, когда она ушла из дома. Это подтверждал и ее рассказ о кучах пыли. Конечно, я никогда не верила, что у нее что-то не в порядке с сердцем. А может быть, Данмор или де Брикассар, или не знаю, как его настоящее имя, напоил ее розовыми таблетками в той хижине на озере и вылечил. Хорошая рекомендация для семьи, не правда ли? Этот мужчина так жалок, хотя и очень красив. Теперь я увидела это и сказала об этом Вурж, а она ответила, что не любит мужчин в накрахмаленных воротничках.

Ральф определенно не относится к мужчинам с накрахмаленными воротничками. Хотя, должна сказать, в нем есть что-то отличительное, особенно после того, как он аккуратно подстригся и надел приличную одежду. Мне кажется, Эндрю, тебе нужно больше заниматься физкультурой. Мускулатура будет крепче.

Он провозглашает себя также Фрэнком Стеджером. Но я думаю, мы можем верить этому или не верить, кому как больше нравится.

Мистер де Брикассар подарил им два миллиона долларов в качестве свадебного подарка. Молодые собираются провести осень в Италии, зиму в Египте и на машине прокатиться по Нормандии в пору цветения яблонь. И не в их старой развалине. У де Брикассара великолепная новая машина.

Я думаю, что мне тоже пора сбежать из дома и обесчестить себя — это, вероятно, приносит успех.

Дядя Роб — посмешище. Так же, как и дядя Джефсон. Тот шум, который они подняли вокруг Вурж, завершился для них крахом. Стоит послушать, как тетя Амалия говорит о своем зяте Ральфе де Брикассаре и своей дочери, миссис Ральф де Брикассар. Отец с матерью нисколько не лучше остальных. Они не могут понять, что Вирджиния просто смеется над ними в рукав».

50

Вирджиния и Ральф осмотрелись еще раз вокруг, стоя под соснами на берегу в прохладных сумерках, бросили прощальный взгляд на Голубой Замок. Озеро утонуло в лучах лилового заката, невероятно хрупкого и едва уловимого. Нип и Так лениво каркали в старых соснах. Везучий и Банджо отчаянно мяукали каждый в отдельной корзинке в новой темно-зеленой машине Ральфа по пути к кузине Джорджине. Кузина Джорджина согласилась присмотреть за ними до возвращения Ральфа и Вирджинии. За кошками были готовы присмотреть и тетя Тримбал, и кузина Ребекка, и тетя Патриция, но привилегия была отдана кузине Джорджине. Перед отъездом Вирджиния залилась слезами.

— Не плачь, Лунный Свет. Мы вернемся на следующее лето. А сейчас мы отправимся в настоящее свадебное путешествие.