Леди Жаворонок - Джо Беверли

я предположила, когда услышала краткое имя Дес. Ваша анаграмма была весьма удачной.

– Мы любим этим заниматься, у меня это хорошо получается, – сказал Дес и привел несколько примеров.

Дайер по-прежнему казался Лауре болезненным, избалованным ребенком.

– Что с ним будет? – взволнованно спросила она Стивена, когда они вышли из комнаты, торопясь к ее отцу. – Мне кажется, он совершенно не приспособлен к жизни в нашем мире.

– Думаю, Гардейн позаботится о нем. Ты не шокирована?

Она остановилась и внимательно посмотрела на Стивена:

– Разве вчера ночью я не доказала, что не являюсь стеснительной барышней? Я всегда вела себя честно, выполняла брачные обеты, но леди Жаворонок более легкомысленна.

Улыбнувшись, он привлек ее к себе и нежно поцеловал.

– Мне не на что жаловаться, но я должен привыкнуть. Наберись терпения.

Лаура прижалась к Стивену.

– А отец? – спросил Стивен.

Лаура выпрямилась и поправила платье.

– Он ждет. И не дай бог, если он заподозрит, что мы целовались.

– Конечно. Но, – добавил он тихо, – вряд ли у меня хватит терпения ждать этого радостного воскресенья в декабре.

Она улыбнулась, покраснела, но не от смущения, а от возникшего у нее желания.

– У меня тоже не хватит. Но мы обязательно что-нибудь придумаем.

Отца они нашли в гостиной.

Мистер Уотком был явно взволнован и раздражен.

– Что все это значит, Лаура?

Вздохнув, Лаура стала рассказывать о том, что с ней произошло, не обмолвившись ни единым словом о своих отношениях со Стивеном. Однако отец сосредоточил все внимание на том, что совершил Джек Гардейн.

– Какой ужас! – воскликнул мистер Уотком. – Ты веришь в то, что Гардейн поджег гостиницу, Лаура?

– Безусловно, – ответила Лаура.

– В этом нет никаких сомнений, сэр, – поддержал ее Стивен. – Гостиницу в Дрейкоме поджег именно он.

– Трудно в это поверить. Но рыться в чужом столе, дочка…

– Не сделай я этого, одному богу известно, что могло бы случиться, отец.

– Но почему ты сразу не рассказала об этом нам? Ведь мы тебе не чужие.

Лаура старалась не смотреть на Стивена.

– Я тогда еще не была уверена, у меня не было доказательств, а без доказательств ты не стал бы предпринимать никаких действий. – Лаура молила Бога, чтобы отец ей поверил, и, кажется, ей удалось его убедить.

– Хорошо еще, что у тебя хватило ума загримироваться. А если бы тебя узнали, девочка?!

– Мы были весьма осторожны, и видишь, это позволило нам вернуться друг к другу. Надеюсь, ты дашь нам свое благословение. Мы собираемся в декабре обвенчаться.

Мистер Уотком не скрывал своей радости.

– Это замечательно, ведь ты будешь недалеко от нас, моя милая. Вам придется привести Анкросс в должный вид, Стивен.

После этих слов оба мужчины какое-то время обсуждали практические вопросы. Потом отец обеспокоенно взглянул на дочь:

– Тебе предстоит сложная жизнь, Лаура, принимая во внимание политическую деятельность Стивена и необходимость управлять двумя поместьями. Люди, присланные лордом Колдфортом, говорили, что лорд очень плох. Неудивительно, если у него такой сын. Ведь поджог – это преступление. Гарри может стать виконтом даже раньше, чем ты предполагаешь.

Лауре совсем этого не хотелось, и она все еще не теряла надежды уговорить Генри принять титул. А отцу сказала:

– Вместе со Стивеном мы, я думаю, справимся.

– Даже если он станет премьер-министром? – спросил отец. – Об этом ходят упорные слухи.

Стивен покачал головой:

– Я к этому не стремлюсь. К тому же немало воды утечет, прежде чем бескомпромиссный реформатор сможет занять такой пост в этой стране.

Лаура обрадовалась, услышав эти слова. Она с радостью будет его партнером в политике, но стать премьер-министром – значит взвалить на свои плечи непосильное бремя ответственности.

Мистер Уотком встал.

– Думаю, мне лучше вернуться в особняк Керслейк. Мне не очень нравится этот мрачный замок, но сэр Натаниель Керслейк обещал рассказать мне кое-что интересное о выращивании фасоли. Тебе стоило бы поехать со мной, Лаура.

Лаура снова почувствовала себя школьницей, однако возразила:

– Я приеду чуть позднее. Я обещала Гарри. Но мне надо здесь закончить некоторые дела.

Отец не стал допытываться, что за дела, кивнул и вышел из комнаты.

– Надо попытаться уговорить Генри вернуть себе свой титул, – сказала Лаура.

– Не думаю, что нам это удастся, он настроен решительно.

– Но будет нечестно, если Гарри станет виконтом, – нахмурившись, произнесла Лаура, – Я уж не говорю об опасности, которая ему угрожает.

Стивен лишь пожал плечами.

– Давай продолжим наш разговор, я позову остальных. И помни, «плуты» могут отбить у Джека охоту причинять вред Гарри. К тому же, я полагаю, он в шоке после событий в Дрейкоме.

В ожидании Стивена Лаура осматривала комнату и пришла к выводу, что она какая-то необычная. В ней было всего одно маленькое окно, и даже утром приходилось зажигать лампу.

Ей казалось, что должен существовать какой-то способ уговорить Генри Гардейна принять принадлежащий ему титул. Конечно, его интимные отношения с мужчиной затрудняли ситуацию. Ведь, как сказал Стивен, содомский грех карается смертной казнью.

Лаура вспомнила аналогичную ситуацию с титулованными особами. Их не повесили, но заковали в колодки. Толпа была буквально разъярена, одного из них до смерти забили камнями, даже охрана не помогла.

Но если никто не будет об этом знать…

В комнату вошли Николас и Генри, Генри нес на руках Деса. Положив молодого человека на диван, Генри сказал:

– Давайте сразу проясним главное. Я ни в коем случае не буду играть роль лорда Колдфорта.

– Садитесь, пожалуйста, Гардейн, – сказал Стивен, когда они с Николасом уселись. – Вы не подсудимый.

Генри сел. Видно было, что он нервничает. Дес улыбнулся и взял приятеля за руку, стараясь его успокоить.

– Расскажите нам вашу историю, и это поможет нам вас понять. И тогда мы вам сможем помочь.

– А почему вы хотите помочь нам?

– Мы живем в филантропическом обществе, – ответил Николас, – и всегда рады помочь спасенным из рабства, а также несостоявшимся виконтам.

Генри внимательно посмотрел на Николаса и снова спросил:

– Почему?

– Справедливости ради и еще потому, что мне хочется побольше узнать о жизни в арабском мире.

– Не подлизывайся к нему, – проворчал Стивен, – тебе не удастся его одурачить.

Эта полушутливая фраза сняла общее напряжение. И Генри, наконец, успокоился.

– Нашу историю быстро не расскажешь, – предупредил он.

– Мы никуда не торопимся.

Генри пожал плечами и заговорил:

– Думаю, вам известно, что я отправился в путешествие по Средиземному морю, хотя в то время это было рискованно. Я хотел побывать в Греции и Египте, поскольку интересовался античностью.

Плыл я на корабле «Мэри Вудсайд», капитан надеялся попасть в Оттоманскую империю и привезти оттуда дорогие товары. Дес служил