Джо Гудмэн - Больше, чем ты знаешь

– Бог ты мой, Клер, – только и успел пробормотать он, снова припадая к ее губам.

Казалось, Рэнд не мог насытиться ею. Ему не хватало рук, чтобы ласкать ее тело, отзывавшееся на его прикосновения неудержимой чувственной дрожью. Но Рэнду этого было мало – ему хотелось ласкать не только тело ее, но и душу.

Привстав, Клер помогла ему сорвать с себя куртку, а вслед за ней и рубашку. Присев на край постели, Рэнд сбросил ботинки и штаны. Она все еще стояла на коленях, когда он обернулся и, целуя ей грудь, легко опрокинул ее на спину. Пальцы Рэнда запутались в ее распущенных волосах. Он услышал, как бешено бьется ее сердце.

Губы и руки Рэнда блуждали по ее телу. Приподняв голову, он ласкал губами и языком внутреннюю поверхность ее бедер, нежную кожу на сгибе локтя, потом раздвинул ей ноги и его пальцы легко скользнули внутрь узкой расщелины.

Что-то твердое уперлось меж ее бедер. Раздвинув ноги и согнув их в коленях, она приподняла бедра ему навстречу и призывно задвигалась, сгорая от желания почувствовать его внутри себя. Он что-то нечленораздельно прошептал, уткнувшись лицом в ее волосы, но, оглушенная шумом крови в ушах, Клер не разобрала ни слова. Все ее тело было как туго натянутая струна. Рэнд снова поцеловал ее, на этот раз медленно, и также медленно задвигались его пальцы внутри ее. Клер вздрогнула.

И закричала. В темноте, которая окружала ее, вдруг вспыхнули звезды, мириады ослепительных звезд, они вспыхивали и гасли в унисон с ударами ее собственного сердца. Рэнд поцеловал ее сомкнутые веки и вдруг почувствовал на губах соленую влагу. От испуга и удивления он застыл.

– Клер? Но почему?..

Но она в ответ замотала головой и улыбнулась – в улыбке ее не было и намека на грусть. Ощупью отыскав его лицо, Клер прижала пальчик к его губам.

– Потом, – тихонько прошептала она. – А теперь войди в меня.

Приподнявшись на локтях, Рэнд подхватил ее согнутые в коленях ноги и вдруг почувствовал, что до боли хочет, чтобы она сейчас могла увидеть их обоих, почувствовать всю силу их влечения.

– Посмотри на нас, Клер, – попросил он.

Потом они долго лежали в тишине, тесно прижавшись друг к другу. Клер уютно свернулась калачиком в надежном кольце его рук. Она, казалось, не могла пошевелиться от усталости. Но усталость эта была приятной.

– Я чувствую тебя внутри, – прошептала она. Рэнд погладил ее обнаженное плечо.

– Так и должно быть. – Он вспомнил, как одним мощным толчком ворвался в нее, почувствовав, что она желает не нежности, а страсти. Ему захотелось на мгновение остановиться, ощутить ее всю, но тело Клер задрожало, призывно изгибаясь под ним, и он снова обрушился на нее, потом еще и еще, уже не в силах сдержаться, да и не желая этого.

Рэнд поцеловал ямочку у нее на плече. Тишина укрыла их обоих, точно одеялом. Ему не хотелось нарушать ее, тем более сейчас, когда у него было так хорошо и спокойно на душе, однако он понимал, что выбора у него нет.

– Ты обещала рассказать мне, почему ты плакала.

Клер затихла. Однако неподвижность эта объяснялась не страхом, а ее абсолютным спокойствием. Он даже не сразу понял, что все дело в ее полной безмятежности.

– Я ведь сказала – потом. – Ладно. – Ладонь Рэнда снова легла ей на бедра.

– На мгновение мне показалось, что я снова вижу, – объяснила она.

Рэнд уже открыл было рот, но Клер остановила его: – Это не печаль заставила меня плакать, Рэнд. Это была радость. Счастье, которое ты подарил мне. – Неуловимым движением Клер прижалась к его груди, обвилась вокруг него, как лоза. – Тебе случалось когда-нибудь сильно прижимать руки к глазам? – поинтересовалась она. – Надавить сильно-сильно и увидеть яркие вспышки посреди абсолютной черноты?

– Да, конечно.

– Вот и со мной в тот момент было так же, – сказала она. – Красные, желтые, оранжевые – ослепительные вспышки! – Прижав к своим губам его ладонь, Клер вздохнула и поцеловала ее. – Как будто я вдруг вспомнила, как это – видеть! И все это дал мне ты.

Рэнд молча прижал ее к себе. Клер, казалось, не ожидала ответа. Да он бы все равно не смог ничего сказать – горло ему свело судорогой.

Она вскоре уснула. Приподнявшись на локте, Рэнд продолжал смотреть на нее, стараясь поверить, что это не сон. Проснулась Клер оттого, что его не было рядом, а постель без него казалась холодной и пустой. Сонная, она приподнялась, беспомощно шаря руками по одеялу.

– Рэнд, где ты?

Звук ее голоса заставил его повернуться.

– Здесь, возле печки. Решил подбросить немного углей, – объяснил он, прикрывая дверцу маленькой печурки. – Через пару дней мы уже будем в более теплых широтах. И она тебе больше не понадобится.

– Она мне и сейчас не нужна, – ответила Клер, коснувшись рукой вмятины, оставшейся после него на постели. – Пока ты был со мной, мне было тепло.

Поставив в угол кочергу, Рэнд подошел к постели и присел на край.

– Однако когда ты встанешь, то скажешь мне спасибо.

– А я еще не собираюсь вставать.

– Нет, собираешься. Теперь, когда ты проснулась, я хочу тебе кое-что показать.

Клер неодобрительно фыркнула, подумав, что спала бы как убитая, если бы ему не вздумалось подняться. По ее мнению, необходимость подкинуть угля в печку еще не была достаточно веской причиной, чтобы будить ее.

– Уже поздно? – поинтересовалась она, приподнявшись на локтях.

– Еще как поздно. – Одеяло сползло с ее груди, и тело Клер в свете луны показалось ему серебряным.

– Ну да, поздно! До восхода солнца еще час или два!

– Вот как? – Склонившись, он коснулся поцелуем ее губ. – Ну тогда очень, очень рано! – Он почувствовал, что Клер улыбается. Обвив руками его за шею, она притянула его к себе. Еще мгновение – и он снова бы упал на нее, если бы не успел схватиться за койку. Разжав ее руки, Рэнд осторожно отодвинулся. – Пошли, – поторопил он ее, – даю слово, ты не пожалеешь.

– Я уже жалею, – проворчала она. – Не можешь подать мне пеньюар? Он там, возле кровати.

Отыскав ночную рубашку, Рэнд подал ее Клер, а вслед за ней пеньюар. Потом помог надеть его, нарочно затягивая время, чтобы то и дело касаться поцелуем ее губ. Когда она была полностью одета, Рэнд, не слушая возражений, подтолкнул ее к двери.

Сообразив, что они в коридоре, Клер попыталась было уцепиться за дверь.

– Куда ты меня тащишь? – сердито прошипела она.

– Ко мне.

– Это в середине ночи?!

– Угу. – Рэнд заставил ее сделать несколько шагов по ступенькам, – А ты представь, что сейчас день, и сразу станет легче.

– Но я ведь не одета! Что, если нас кто-нибудь увидит?!

– А ты не думай об этом. И потом, откуда ты узнаешь, если я тебе не скажу?

Брови Клер взлетели вверх. От удивления она замолчала, потом вдруг расхохоталась. К тому времени, как он втащил ее к себе в каюту, Клер уже буквально изнемогала от смеха. Обхватив руками Рэнда за шею, Клер поцеловала его – поцелуй пришелся ему в подбородок.