Ширл Хенке - Условия любви

Глава 16

Вам лучше спуститься и уладить это, мистер Драго, — серьезно сказал бармен Гас.

Блэки Драго отложил конторскую книгу, которую он внимательно просматривал, и взглянул на гиганта, который заполнил собой весь дверной проем. Загнутые книзу усы и прямые спадающие волосы придавали Гасу грозный вид.

— Что там такое, что вы сами не можете уладить? Бармен неловко переминался с ноги на ногу.

— Парень, которому вы помогали прошлой осенью, тот, о котором спрашивал Ханникат, — он, вернулся, сидит в углу с газетой. Пьет целый час без перерыва.

— Стив Лоринг вернулся? — Блэки вскочил из-за стола.

Он быстро направился в бар, но, увидев Стива в запачканном костюме, нагнувшегося над стаканом виски, он замедлил шаг. Газета была старая, без сомнения та самая, где сообщалось о смерти его сына и лишении Кэсс наследства. Судя по изможденному лицу и полупустой бутылке на столе, было ясно, что он тяжело переживал эту трагедию.

— Ты только приехал, Стив? — спросил Блэки, опустившись на свободный стул.

Тот даже не поднял глаз на своего старого друга, продолжая тупо глядеть на газетную страницу.

— Я вернулся за ним… но сейчас уже слишком поздно… уже все ни к чему, — наконец прошептал он.

— Я бы не сказал, что ни к чему. У тебя еще есть жена. Стив, и ты, парень, ей ужасно нужен, — ответил Блэки.

Стив поднял покрасневшие глаза и с неприязнью уставился на Драго.

— Значит, сейчас, когда она потеряла свой драгоценный фрахтовочный бизнес, я ей нужен. Серстон Смит уже принимает дела.

— Ты не прав, Стив, не прав во всем, только не можешь понять этого, сейчас ты убит горем, но это пройдет, — тихо сказал Блэки. — Тебе нужно немного поспать, принять горячую ванну и хорошо поесть. Потом поговорим.

Что-то в тоне ирландца заставило Лоринга подняться и пойти за Драго вверх по лестнице.

Блэки был прав. С тех пор, как он сел на поезд в Сент-Луисе, ему еще ни разу не удалось прилично Отдохнуть. В Денвере его встретили негодяй Смит и подлый, льстивый Мэтьюз, которые лицемерно выразили ему свои соболезнования. Оба жалели его очень — из-за потери бизнеса и из-за смерти ребенка. Его сына, его мальчика, который обеспечил бы Кэсс исполнение ее мечты, ради которого он вернулся в Денвер. И они оба потеряли его.

Будь она проклята! Это ее следовало наказать, а не младенца! Стив принял ванну, отдохнул и теперь, одеваясь в личном кабинете Блэки, он чувствовал, что голова у него просветлела, хотя внутри все еще была пустота, немая пустота от боли, такой сильной, что она граничила с яростью. Стив хотел встретиться с Драго наедине. Слепоту друзей, защищающих Кэсс, он объяснял исключительно происками жены. Его шаги заглушил толстый турецкий ковер, и Блэки скорее почувствовал, чем услышал, как он вошел в открытую дверь его кабинета.

— Ты выглядишь немного лучше. Джуни принесет тебе поесть, — сказал он, не обращая внимания на попытку Стива отказаться от еды. Когда, женщина ушла на кухню, Блэки внимательно посмотрел в холодное лицо Стива.

— Тебе даже неинтересно, как умер твой сын?

— Могу себе представить! Касс, наверное, была так занята ездой из лагеря в лагерь, что убила моего сына собственной небрежностью.

Драго до боли сжал руками подлокотники кресла, стараясь подавить желание выстрелить в Лоринга.

Только страдальческое лицо Стива помогло ему сдержать свой порыв.

— Твою жену и сына отравили. Ты чуть не потерял Кэсс, так же, как и мальчика.

Стив тупо уставился на Блэки, ожидая объяснений.

— Она всем сердцем желала этого ребенка. Если что-то и причиняло ей страдания, то только любовь к тебе! Когда Кайл вернулся и сказал, что ты поехал на восток, чтобы уладить свои дела, она долго ждала от тебя известий. Но ты не прислал ни строчки, даже тогда, когда стал свободным. Она поехала рожать в Пуэбло с разбитым сердцем. Ребенок был единственным, что у нее оставалось от тебя.

— Ты сказал, ее отравили, — нетерпеливо прервал его Стив.

— Именно так. Служанка, которую она по доброте сердечной приняла, женщина, уволенная Селиной Эймз.

— Селиной?

— Да, Селиной, дорогой сестрой Бэннета.

— Как вы узнали, что это сделала служанка?

— Это выяснил Джон Элснер, который спас жизнь твоей жене. Кайл привез его на ранчо как раз вовремя, чтобы остановить эту дьяволицу! Ребенок умер до того, как появился на свет, Стив, — лицо Блэки было бледным и напряженным.

Джуни тихо постучала и вошла, прервав их разговор.

— Я принесла еду, мистер Драго, — неуверенно сказала она.

Он жестом приказал ей поставить поднос на стол и уйти.

— Поешь, даже если тебе в горло ничего не полезет.

Стив посмотрел на бифштекс и яйца и почувствовал, что его тошнит от одного вида еды. Он отодвинул поднос и обхватил голову руками.

— Ты думаешь, это был Эймз? — спросил он. Конечно, Седину не могли втянуть в это дело. При мысли об их любовной связи ему стало еще хуже. Неужели она приехала за ним в Луисвилл, намереваясь выйти за него замуж и передать фрахтовочную линию Кэсс Беннету?

— От Бетти Уэйд мы уже ничего не узнаем. Ее задушили через несколько дней после того, как она сбежала с ранчо. Ее нашел Кайл.

— На Кэсс не похоже, чтобы она сдалась без боя. Ведь она потеряла все.

— Она прячется от людей на ранчо. Не хочет ничего делать. Даже Кайл не может прорваться к ней. Доктор Элснер говорит, что здоровье у нее полностью восстановится, но душа ее разбита.

— И ей нужен я, — саркастически произнес Стив.

— А тебе нужна она, парень.

Заметив упрямство на лице Лоринга, Блэки тихо добавил:

— Неужели ты даже не хочешь увидеть его могилу?

В сумерках Стив подъезжал верхом к длинным, низким строениям ранчо в Пуэбло и почему-то сразу вспомнил, как его привезли сюда год назад: «Ранчо выглядит точно так же. Но позади дома, на холме появилась новая могила».

Он почувствовал, что мужество оставляет его. Ему предстояло узнать, была ли хоть капля правды в том, что рассказал ему Блэки Драго. Она оставалась его женой, и он обязан поддержать ее сейчас, когда она всего лишилась.

Он слез с коня и медленно пошел к крыльцу.

Казалось, только вчера высокая, стройная женщина в рыжих брюках сходила с этих ступенек, спокойно изучая его холодными, янтарными глазами.

Дверь открыла Розарио, и глаза у нее расширились от удивления и радости.

— О, сеньор Стив, я так счастлива, что вы вернулись. Сеньора, она так опечалена, она ничего не ест, даже сеньор Кайл ничего не может с ней поделать. А ребенок, о сеньор, мне так жалко вас обоих, — сказала она, быстро перекрестившись, когда они пошли по коридору.

— Где Кэсс, Розарио?

— Там, где она находится все дни. В своей комнате. Она очень много спит, слишком много, как говорит доктор. Но сейчас, когда вы вернулись, все будет хорошо, да?