Сабрина Джеффрис - Отвергнутый жених

Она прочла на его лице непоколебимую решимость. Господи, неужели он действительно хочет жениться на ней? Но почему? Он так и не объяснил ей. Им двигало только вожделение.

К несчастью, он оказался не тем, за кого Розалинда его принимала.

– Что, если мне расхотелось выходить за вас замуж?

Грифф ошеломленно смотрел на нее. Так выглядит человек, которого ударили молотом по голове.

Розалинда гордо вскинула голову:

– Вас удивляет, что старая дева без всякого будущего может отказать богатому, красивому молодому наследнику титула. Большинство людей сочли бы меня сумасшедшей. – Высвободив руки из его цепких пальцев, Розалинда зло посмотрела на него. – Но ведь я действительно сумасбродная, как вам известно, и мне наплевать, что обо мне думают. Мы с вами совершенно не понимаем друг друга, у нас нет ничего общего.

Ярость исказила его лицо.

– А днем я был совершенно другим? Мне показалось, вы были счастливы выйти за меня.

– Я еще не знала, что ваш маскарад был придуман с целью отомстить папа´, публично опозорив его, меня и сестер.

– Месть! – Он отпрянул от нее. – Вы с Дэниелом и ваши ограниченные мозги! Дело не в мести!

– В чем же тогда? Вы хотели украсть это свидетельство и использовать его, чтобы отобрать у папа´ его титул. У вас есть состояние, процветающая компания. Зачем вам еще титул?

– Да, я владелец процветающей компании. – Он с вызовом посмотрел на нее. – Но долго ли она будет процветать, если я не буду искать способы развивать ее и находить новые рынки? В будущем году в Китай отправляется делегация, чтобы организовать торговлю вне пределов Ост-Индской компании. Каждая торговая компания в Англии хочет войти в эту делегацию, в том числе и я. Но, как у бастарда со скандальным прошлым, у меня очень мало шансов. А если я стану графом и членом палаты лордов... У Розалинды защемило сердце.

– Ну конечно. Вы будете в идеальной политической позиции. Именно поэтому вам необходимо как можно скорее подтвердить свою законнорожденность, да? Вы должны действовать раньше, чем будет принято окончательное решение. Я понимаю.

Дэниел сказал, что «Найтон-Трейдинг» для Гриффа – это все, и был абсолютно прав.

– Это вопрос практичности, просто бизнес, – объяснил он педантичным тоном. – Другого способа достичь цели у меня нет. Но из уважения к вашей семье постараюсь вернуть себе права на титул без огласки, насколько это будет возможно.

– Когда вы сегодня днем сделали мне предложение, вы все еще намеревались использовать этот документ сразу же, как только он попадет к вам в руки. – Он не ответил, а молчание – знак согласия. – И что вы собирались делать – жениться на мне, а потом приволочь моего больного отца в палату лордов, чтобы публично объявить его худшим из интриганов? Признаюсь, он этого заслуживает, но все же он мой отец. Или вы думали, что я встану на вашу сторону?

Отведя глаза, он нервно дернул галстук.

– Я надеялся... то есть планировал... Проклятие, я не заглядывал так далеко. Но надеялся, что когда вы узнаете все обстоятельства, то поймете, что у меня есть права на титул.

К несчастью, она действительно понимала, что у него есть все права. Однако надеялась, что из благородства он не станет их использовать. Она плохо его знала. Гриффу были чужды благородные порывы. В этом отношении Дэниел ошибался – Грифф не игнорировал свое сердце, у него его просто не было.

– Вот что, приятель, – заявил ее отец. – Надеюсь, ты не собирался дать ход этому документу, не дождавшись моей кончины, и опозорить моих дочерей?

У Розалинды болезненно сжалось сердце.

– Полагаю, папа´, именно это и планирует мистер Найтон.

– Почему нет? – запальчиво произнес Грифф. – Проклятие, он мой по праву!

Розалинда вздохнула. Папа´ надеялся, что его план сработает, спасет его от гнева Гриффа и обеспечит ей и ее сестрам будущее. Вместо этого он впустил к себе грифона, и теперь этот грифон ни за что не уйдет без его сокровища.

Но есть одно сокровище, которое он не получит.

– Да, этот документ ваш по праву. А я – нет.

Грифф запаниковал.

– Мы поженимся и будем жить здесь. Вместе с вашей семьей. Да, может возникнуть скандал, но о нем быстро забудут. Люди никогда не относились к вам с одобрением, но вас это не трогало. А что изменилось теперь?

Розалинда подумала об отчаянном желании Джульет не остаться старой девой и о том, как Хелена переживает из-за своей хромоты.

– Действительно, что изменилось? – с сарказмом заметила она. – В конце концов, мои сестры и без того изгои. Не могут найти мужей. Кого волнует, что о них будут перешептываться за их спиной? Мои сестры не заслуживают вашего участия, не так ли? Они дочери человека, причинившего вам зло, так с какой стати вы будете защищать их репутацию?

Грифф побагровел.

– Конечно, пойдут сплетни, и обо мне тоже. Но если мы поженимся, никто не осмелится во всеуслышание смеяться над женой нового графа Суонли, человека богатого и влиятельного. Но про себя они будут насмехаться надо мной. Я стану той сестрой, которая оказалась достаточно умна и вышла за настоящего графа, чтобы спасти семью от гибели. – Она попыталась подавить слезы. – Я стану продажной сестрой.

– Никогда больше не говорите о себе так! – взорвался Грифф. – С каких это пор вас волнует, что о вас подумают? Разве вы не говорили, что вам все равно?

– Вам наплевать на то, что случится со мной или моей семьей, до тех пор, пока это служит вашим целям. Для «Найтон-Трейдинг» вы готовы на все: на контрабанду, на оговор невинных. Какое место я, простая женщина, могу занять в вашей жизни? Нет, я не выйду за вас замуж.

Она круто повернулась и пошла прочь, едва сдерживая слезы.

Если бы она могла ненавидеть Гриффа, считать злодеем, то вышвырнула бы его из своей жизни.

Но она не могла, зная, как ужасно с ним обошлись. Грифф должен был благодарить папа´ за свой характер, поэтому она не может упрекать его в этом. Пока он и папа´ разговаривали, она стояла, охваченная ужасом, представив себе жизнь Гриффа, которого все считали бастардом. Внезапная бедность довела его до ужасных поступков. Она не могла без стыда вспомнить свои смехотворные рассуждения о морали в оленьем парке. После того как его подло предали, он делал что мог, а она выговаривала ему за это.

Слезы полились по ее щекам. Он провел свою жизнь, возвращая себе то, что всегда принадлежало ему, и все потому, что ее глупый жестокий отец разрушил жизнь Гриффа и его матери.

И все же Розалинда не могла выйти замуж за Гриффа при сложившихся обстоятельствах.

Услышав приближающиеся шаги, она обернулась и запаниковала, увидев Гриффа. Он обладал способностью каким-то образом влиять на нее, и она теряла над собой контроль. Грифф шел очень быстро, и она в тревоге заметалась. Добежать до спальни ей ни за что не удастся.