Рут Лэнган - Владычица морей

– Как вы звали капитана, воспитавшего вас?

– Мне было велено называть его отцом.

– Почему он перестал пиратствовать и поселился во Франции?

– Его ранили в сражении. Пока он болел, его посетил кардинал Ришелье и приказал мне шпионить, иначе мой от… Торнхилл поплатится жизнью.

– Может быть, замысел сделать из вас шпионку зародился у самого Торнхилла?

Кортни поразилась, как лорд Эджкоум догадался об этом.

– Да, – ответила она. – Я думала, что занимаюсь этим грязным делом ради спасения его жизни, а он, оказывается, потешался надо мной. Ришелье действовал с его согласия. – Голос Кортни, ясный и твердый, разнесся по залу суда.

Рори подумал, что никто и не догадывается, что ей пришлось пережить за последнее время.

– Каким образом Ришелье встретился с вами?

Кортни рассказала о посещении кардинала и о своем отвращении к тому заданию, которое он ей дал.

– И вы согласились?

– У меня не было выбора.

– Королева знала о том, чем вы на самом деле занимаетесь?

– Нет! – Кортни виновато глянула на бледное личико Генриетты Марии. – Королева об этом понятия не имела. Меня рекомендовали ее величеству как переводчицу.

При этих словах Карл взял руку жены в свою и посмотрел на нее с нежностью и раскаянием. Толпа одобрительно загудела. Видя, что народ сочувствует королеве, Берлингем вскочил со своего места.

– Судят не королеву и не Францию, а вас, леди Торнхилл – владычицу морей. – Ткнув костлявым пальцем в ее сторону, он произнес, растягивая слова: – Я докажу суду, что эта дама делала все возможное, чтобы осуществить гнусные планы Ришелье. Я прошу суд выслушать мои показания, а также показания девицы, которую я нанял, и одного из королевских солдат – они будут свидетелями участия леди Торнхилл в заговоре.

– Вы можете сесть, леди Торнхилл, – мягко сказал Эджкоум. – Мы выслушаем показания других.

На дрожащих ногах Кортни подошла к столу и села рядом с Рори. Он взглянул на нее, но она отвела глаза. А когда он положил руки на стоявший перед скамьей стол, она крепко сжала ладони на коленях. Ей было очень холодно. И хотя Рори сидел рядом, ей казалось, что их разъединяет океан.

– Тебе не следовало быть здесь со мной, – прошептала Кортни.

– Я поклялся пройти через это до конца. Конец. Тяжесть навалилась на нее. Он здесь, рядом с ней, лишь из чувства долга. Ей стало больно от этой мысли, но не было сил отослать его, так как это хоть немного утешало. Вздохнув, она высоко подняла голову и посмотрела на строгие лица судей.

Почти целый час лорд Берлингем пересказывал, что он увидел и услышал в ночь, когда последовал за Кортни на встречу с посыльным от Ришелье. Он весьма искусно избежал упоминания о предыдущей встрече и о том, как он напал на нее. Об этом не знал никто, за исключением женщины, которая скоро умрет от рук палача, и мужчины, который тоже на этом свете не заживется. Берлингем был уверен в своей победе. Когда все это закончится, он возьмется за Рори Макларена. Его найдут мертвым, как жертву мести французов за казнь их лучшей шпионки.

Завершив свой рассказ, Берлингем привел трактирную служанку и солдата, чтобы они подтвердили его слова о событиях той ночи – последней ночи Кортни на свободе. После их показаний в народе стали переговариваться, что пиратка обречена.

Лорд Эджкоум, внимательно слушавший показания свидетелей, вышел вперед.

– Вы сказали, сэр, что поздоровались с леди, и она вам ответила.

– Совершенно верно, – подтвердил солдат.

– Когда вы передали ей сообщение, она была удивлена?

– Да, милорд.

– Она вам что-нибудь ответила?

Солдат на минуту задумался.

– Ответила, и очень странно, но я не придал ее словам значения.

– Возможно, ее слова будут кое-что значить для суда. Не могли бы вы их повторить?

Солдат посмотрел на Берлингема и отвернулся. В конце концов, он находится перед королем и может не бояться гнева всемогущего советника.

– Она не хотела идти со мной, сказала, что больше не намерена этим заниматься, дескать, пусть Ришелье поищет кого-нибудь другого для своих гнусных дел.

Тут толпа снова загудела.

– Как вам удалось убедить ее пойти с вами?

– Лорд Берлингем приказал мне говорить что угодно, лишь бы заставить ее пойти со мной. Поэтому я сказал, что ее отец будет на борту корабля, находящегося в Ла-Манше.

– Вы знали, что это так на самом деле?

– Нет, милорд. Но она упомянула отца, и я понял, что он для нее много значит.

Эджкоум помолчал, затем спросил:

– Значит, она упомянула отца. Что же она сказала?

Солдат глубоко вздохнул.

– Она сказала, что выходит из игры, даже если это грозит гибелью отцу.

Ропот толпы перерос в рев. Расслышав в этом реве сочувствие, лорд Эджкоум спросил:

– Вы считаете, что леди заставили заниматься этим делом?

– Да, милорд.

Ей этого очень не хотелось.

– Спасибо, вы свободны.

В первый раз за время разбирательства перед судьей мелькнул проблеск надежды. Люди очень возбуждены и настроены враждебно, но толпа переменчива. Возможно, есть способ докопаться до правды.

– Леди Торнхилл, подойдите сюда. Кортни встала и, выпрямив плечи и вскинув голову, подошла к месту, где сидели судьи.

– Вы слышали показания свидетелей. Они правильны?

Кортни утвердительно кивнула.

– То, что было сказано обо мне, верно. Эджкоум с минуту наблюдал за ней, затем решил рискнуть. Рассказ Рори о ее мучительных снах и странных воспоминаниях о прошлом возбудил его любопытство. Она уже изобличена, так что терять нечего.

– Вы – загадка, леди Торнхилл. – Эджкоум произнес это громким голосом, чтобы было слышно во всех уголках зала. – Вас воспитал на пиратском корабле человек, который в действительности не был вашим отцом. Вы – французская подданная, но без французской крови. Вы говорите на многих языках и побывали во многих странах, но дома у вас нет. – Он устремил на нее проницательный взгляд. – У каждого человека есть место рождения. Как вы попали на «Ястреб»?

Кортни не знала, что сказать, как объяснить обрывки сновидений, которых даже она сама не понимала.

– Я точно не помню, милорд.

Он ласково сказал:

– Расскажите мне все, что помните о своем детстве.

– До того, как я очутилась на «Ястребе», я почти ничего не помню. Лица стерлись из памяти. Я не помню лица своего настоящего отца. Иногда… – она замолчала и взглянула на него, затем отвернулась, – иногда мне кажется, что я его помню. Но потом оказывается, что это просто сон.

– Расскажите мне о вашем детстве на «Ястребе».

Медленно и монотонно, стараясь ничего не упустить, Кортни начала говорить. Хотя она временами замолкала, а глаза ее внезапно наполнялись слезами, она честно поведала обо всем: об уроках определения курса по звездам и кораблевождения; о порках за непослушание; о дружбе с Йэном Горном, спасшим ей жизнь и лишившимся за это руки.