Селеста Брэдли - Все твои тайны

Она была такой искренней, щедрой, великодушной и… опасной. Смертельно опасной для самообладания Льва. Мысли о долге меркли перед мыслями о ней.

Все шло совсем не так, как он предполагал. Он был лордом и женился на дочери лорда. Их отношения должны были быть заботливыми и сдержанными.

Дейну казалось, что Оливия вообще не знает значения слова «сдержанность». Рядом с ней он спешил жить, жить ии-настоящему. И каждое мгновение этой жизни было переполнено кипучей энергией и страстью.

Может быть, дело в том, что она все принимала близко к сердцу? Не в пример типичным великосветским дамам с их скучающим видом, Оливия излучала живой интерес и рвение.

Даже чопорные слуги Гринли подпали под ее обаяние. Петти ходила перед ней на задних лапках, Эррол превозносил ее до небес, а вчера даже суровая миссис Хафф, явно пытаясь выгородить Оливию после конфуза с копченой селедкой, поведала ему, что снадобье ее сиятельства очень помогло от болей в суставах.

Дейн улыбнулся своим мыслям, но тут же стряхнул с себя это наваждение. Опять! И трех минут не проходит без того, чтобы она не увела его мысли в сторону!

Сзади послышался шорох. Дейн увидел, что Оливия сонно потягивается. Ее глаза были все еще закрыты, а губы уже складывались в улыбку.

От этой улыбки у него защемило сердце. Виконт заставил себя отвернуться. Он принялся подкладывать дрова в огонь.

– В ящике полно дров, а в доме чистота и порядок, – раздался за его спиной голос Оливии. – Чья это хижина?

Дейн продолжал смотреть на языки пламени.

– Здесь никто не живет. Хижиной пользуюсь только я. – Он приказал подготовить эту хижину пять дней назад, когда взял ее первым жезлом. Даже горшочек с мазью появился здесь по его распоряжению. Он собирался привезти ее сюда, когда закончится «обучение», чтобы они могли побыть вдвоем.

Этакий медовый месяц, которого он ее лишил.

Оливия подошла к нему, шлепая босыми ступнями по ковру. Кончики пальцев выглядывали из голубого шелка. Дейн вспомнил, как она выглядела в этом платье на балу. Элегантная богиня с глазами, полными муки.

Теперь она смеялась. Опустившись рядом с ним на колени, Оливия протянула руки к огню.

– Непохоже, чтобы здесь хранили ружья и мертвых птичек. Что-то мне не верится, что ты стреляешь тут куропаток.

Только он собрался ответить, как в дверь громко постучали.

Оливия вздрогнула, а Дейн был уже на полпути к двери.

– Маркус.

– С чего ты взял?

Бросив на нее быстрый взгляд, Дейн открыл дверь.

– Только он знает, куда я мог пойти. – Маркус вошел в хижину.

– В его высочество стреляли на рассвете.

Глава 26

Дейн застыл.

– Рассказывай!

Маркус вышагивал по комнате, потирая руками лицо. Очевидно, у него выдалась та еще ночка.

– Он был с герцогиней Холсуик в восточном крыле. Видимо, кто-то крикнул «Пожар!», и он, разумеется, бросился на улицу. Он стоял на крыльце в одном халате; королевская охрана обступила его со всех сторон, освещая путь факелами…

– Проклятие! – выдохнул Дейн. – И чего они сразу не нарисовали ему мишень на заду?

Маркус закрыл глаза.

– Знаю-знаю. Принц цел и невредим. Если можно так выразиться, когда на твое тело разом падают девять здоровенных охранников.

Дейн стиснул зубы.

– И меня не было рядом.

– Рядом был я. Я вывел его на улицу и отдал приказ, чтобы слуги обыскали весь дом и проверили, нет ли где огня или дыма. Я опоздал всего на несколько секунд – как раз шел к его высочеству через сад. Тогда-то и услышал пистолетные выстрелы.

– Выстрелы? Сколько?

– Три. Думаешь, их было трое? – Дейн потер подбородок:

– Может быть. Или один, но с тремя пистолетами. – Оливия подняла руку:

– Э-э… простите, что перебиваю… но с чего вы взяли, что стреляли из пистолетов, а не из охотничьих ружей? Сейчас сезон охоты на куропаток.

Дейн резко мотнул головой:

– У них звук совсем другой. – Он повернулся к Маркусу, словно ее вообще тут не было. – С каким интервалом прозвучали выстрелы? Три подряд? Или с промежутком?

Маркус покачал головой:

– Два подряд. Один следом. – Дейн кивнул:

– Стрелял один человек.

Он изобразил, что сжимает в каждой руке по пистолету. Он выстрелил сначала из одного, потом из другого, а затем выхватил третий.

Маркус кивнул:

– Именно. А потом мы его взяли. Ни за что не догадаешься, кто это.

Дейн застыл, потому что почувствовал опасность. Он посмотрел на Оливию.

– Единственный человек в доме, чья подноготная нам неизвестна, – Самнер.

Маркус повернулся и тоже посмотрел на нее.

– Да, Самнер, – сказал он. – Служанка узнала его голос. Это он крикнул «Пожар!».

Должно быть, его узнала Петти. Бедняжка Петти. Так разочароваться в своей новой любви! Оливия прекрасно понимала, каково ей.

– Он уже почти во всем сознался, – продолжал говорить Маркус. – Сейчас он под стражей.

Оливия беспомощно взирала на Дейна.

– Я… Самнер служил у моего брата. Мне незачем было… – Дейн кивнул:

– Разумеется, незачем.

Тем не менее мужчина, который много часов подряд занимался с ней любовью, исчез. И его место снова занял равнодушный незнакомец.

Дейн повернулся к Маркусу:

– Отвези ее домой. Я поеду первым.

С этими словами он развернулся и вышел из хижины. Чуть погодя они услыхали грохот копыт Галаада, но и тот постепенно растаял вдали.

Оливия вздохнула:

– Маркус, я не знаю, что происходит. Поверь, я не имею никакого отношения к…

Он отвернулся.

– Пожалуй, вам будет неудобно сидеть впереди меня. Я посажу вас сзади. Мы поедем медленно. Так у Дейна будет время…

Он не договорил – просто поклонился, пропуская ее вперед.

Оливию вновь охватило чувство, что здесь не обошлось без чьих-то происков. Отсюда все ее неприятности, которым она не придавала значения, приписывая их своей неуклюжести, невезению и недосмотру. Все это время кто-то плел против нее заговор.

И теперь она догадывалась, кто именно.

Георга уложили в огромную кровать, которую он сам себе выбрал, заботливо укутав одеялом и обложив, по-видимому, всеми подушками, что имелись в восточном крыле. Рядом хлопотала герцогиня Холсуик, путаясь под ногами у великолепно знающей свое дело королевской челяди.

Дейн низко поклонился:

– Ваше высочество, примите мои глубочайшие извинения… – Георг отмахнулся от него:

– Ерунда! Мне бы только спину подлечить, и я буду как огурчик. Ты мне скажи, как там у тебя с твоей барышней?

Дейн выпрямился.

– Если вы о моей супруге, то леди Гринли в целости и сохранности вернулась в свою комнату.

Георг моргнул.