Елена Езерская - Бедная Настя. Книга 8. Воскресение

— Здесь все по-прежнему считают меня французом, — продолжал рассказывать Корф. — А я был рад перекупить у швейцарца эту крепость. Он приобрел форт в надежде на процветание, которым тот славился, но вместе с поселенцами отсюда ушла душа, которую создавало их трудолюбие и жизнестойкость. Когда я приехал в Форт, то увидел, что он потерял хозяина, и мы с товарищами по побегу остались здесь.

— Случайностей нет… — снова тихо повторила Анна.

— Что ты сказала? — не сразу понял Владимир.

— Северино сказал — случайностей нет, — вздохнула Анна. — И он прав. Наша встреча — не просто возвращение на круги своя. Сегодня у этого форта есть возможность еще раз послужить своему отечеству. Да-да! Эти люди, что привезли меня сюда — матросы с британского корабля, который проводит здесь разведку. И его путь лежит дальше, к Аляске, потому как англичане планируют захватить земли Русской Америки, пользуясь тем, что страна воюет, и от Петербурга до Юкона — слишком далеко. От возвращения «Суверена» зависит будущее этой экспедиции, а значит — безопасность наших земель.

— Вот как… — задумчиво произнес Корф. — Однако удастся ли нам в полной мере противостоять военному кораблю? Конечно, мы восстановили орудийный арсенал, и в форте есть ружья и порох, но моих людей слишком мало для того, чтобы сражаться с экипажем корабля на равных.

— Но у нас может быть сильный и многочисленный союзник, — сказала Анна и, видя удивление Владимира, пояснила: — я говорю о Северино. Не думаю, что вождь спокойно позволит уехать тем, кто убил его верных воинов.

— Так вот кто это сделал! — воскликнул Корф. — Сегодня утром к стенам форта прибежала лошадь, и по узору на ее попоне я узнал седло воина из племени Северино. Я взял с собою двух людей, и лошадь привела нас к ручью в часе езды от форта, где мы нашли убитых индейцев. Рядом в скалах прятались две другие лошади, и, поймав их, мы уложили убитых на лошадей, и мои люди отвезли их к Северино. Я же вернулся сюда — если те, кто убил индейцев, находятся поблизости, значит и форту не избежать нападения. Но я не знал, что тебе известно об этом случае!

— Это Северино отправил меня к тебе, — рассказала Анна. — Думаю, он узнал меня (она кивнула на свой портрет на стене) и решил вернуть собственность истинному владельцу. Эти два индейца сопровождали меня в Форт, когда британцы вообразили, что у них появился повод продемонстрировать свои хорошие манеры. Они случайно увидели нас и сочли, что спасают белую женщину от дикарей. Так я оказалась на их корабле и узнала об их планах. Если бы мы могли рассказать об этом Северино…

— Не волнуйся, — кивнул Владимир. — Зная Северино, я могу утверждать, что он уже идет по следу и вскоре объявится здесь.

— Что же, нам осталось только разработать план военной операции, — решительным тоном сказала Анна, и Владимир с мягкой печалью улыбнулся:

— Что-то подсказывает мне, что ты уже знаешь, что мы должны сделать.

— Я знаю только повод, который позволит нам заманить в форт большую часть экипажа, — покачала головой Анна. — Мне пришлось представиться моим «спасителям» певицей и назваться Анни Жерар. И я обещала капитану, что, если хозяин форта будет настолько любезен, что согласится принять их сегодня вечером, я буду петь.

— Месье, — в гостиную вернулся Кристоф, — приехал вождь.

— А вот и он! — усмехнулся Корф. — Значит, будет бой…

Однако сражение было выиграно практически без боя — пока старшие офицеры «Суверена» наслаждались прекрасным пением Анны в гостиной дома нынешнего хозяина форта, воины Северино проникли на корабль, без сомнения расправившись с теми из матросов, кто оказывал им сопротивление, и уводя в плен тех, кто счел благоразумным сдаться раскрашенным в устрашающие цвета краснокожим дьяволам великого индейского вождя. А когда на корабле все было кончено, Северино вернулся в форт, и любезный хозяин, называвший себя «месье Сид», предложил всем офицерам собрать свое оружие и вручить его людям, которые наставили на них в окна свои винтовки.

После того, как все, кто остался в живых, были помещены под замок и под охрану индейских воинов в казармы, Северино потребовал от англичан выдать ему убийцу его воинов. И Владимир властным жестом остановил попытавшуюся было образумить Северино Анну — в этих краях действуют свои законы, и мы не вправе препятствовать свершению принятого здесь правосудия. Но мы же не можем вести себя, как индейцы, взмолилась Анна, и Корф, с минуту помолчав, попросил вождя дать ему возможность говорить с ним наедине. И после короткого разговора он вышел к озлобленному и горевшему от ненависти Блэру, ждавшему своей участи во дворе, и сообщил, что намерен стреляться с ним — за убийство своих друзей и нападение на его жену. Дуэль состоится завтра, на рассвете, а пока Блэра отвели в отдельный каземат, который когда-то служил загоном для скота и поставили к двери двух индейцев для охраны.

— Владимир, — в ужасе воскликнула Анна, услышав это решение, — что ты делаешь? Я не позволю тебе рисковать собой! Я не для того исколесила полсвета, чтобы, едва обретя тебя, потерять так просто и так нелепо.

— Это единственный способ придать мести смысл честного поединка, а значит — законности, — успокаивал ее Корф. — И потом, неужели ты всерьез полагаешь, что, став в свое время примерным семьянином, я разучился стрелять?

— Но я видела, как стреляет лейтенант! — возражала ему Анна. — И силу его меткости воины Северино узнали на себе!

Однако все уговоры оказались бесполезны — утром состоялась дуэль. Владимир стрелял первым, но Блэр даже не пошевелился и, дождавшись команды, произвел ответный выстрел в Корфа, после чего рухнул, как подкошенный — оказалось, его противник попал ему в грудь, в область сердца, но Блэр еще продолжал жить какое-то время и сумел ранить Владимира в плечо, по счастью — неопасно.

Удовлетворившись результатом дуэли, Северино спросил — что дальше?

И Корф, и Анна понимали: исчезновение корабля-разведчика только отодвинет на время исполнение захватнического замысла англичан, и тогда вождь предложил им свой план.

Плененные англичане были доставлены им в Сан-Франциско, где Северино убедил обитателей Президио, что заговор затевался против испанской короны, и всем арестованным немедленно был придан статус военнопленных, вследствие чего все они были заключены в местную тюрьму, а Северино был награжден за верность грамотой, дававшей индейскому союзу некоторые послабления против прежних ограничений территории и прав землепользования.

Владимир же с Анной и теми из его людей, кто решился идти с ним, перенесли на «Суверен» запасы пороха и вооружения и отправились на поиски британской эскадры, координаты которой были обнаружены ими на картах в каюте капитана Хатчема. Владимир затеял хитростью остановить англичан: «Суверен» должен был войти в гавань, где прятались их корабли, втянуть противника в ближний бой — Владимир был уверен, что, желая вернуть «Суверен», англичане пойдут на абордаж, а потом взорвать корабль-разведчик в самой гуще собравшихся вокруг него кораблей.