Сюзан Таннер - Пожар над Техасом

Кэтрин успокаивалась только когда Слейд вонзался в нее своим твердым телом. Тогда она забывала все.

Тревожно было и на душе у Слейда. Он ласкал и любил ее с мучительной уверенностью, что через день-два потеряет навсегда. Он мало спал. Ему не хотелось тратить зря оставшиеся ему драгоценные минуты. Он держал ее в объятиях, наблюдая, как она спит, и с трудом подавляя желание взвыть от душевной муки.

Слейд намеренно ехал медленно, и Кэтрин понимала, почему.

В конце третьего дня пути от Остина они добрались до границы владений Беллами. Кэтрин остановила свою лошадь и посмотрела на Слейда.

– Вот я и дома, – просто сказала она. Что-то подсказывало ей, что им легче будет расстаться здесь, вдали от людских глаз. – Дальше я поеду одна.

– Ты хочешь именно этого? – грубо спросил Слейд. Он хотел, чтобы она сказала «нет»… и не представлял, что будет делать, если она так ответит.

– Так будет лучше, – Кэтрин боялась сказать еще хоть слово. Мука была слишком велика, слезы слишком близки.

Слейд поглядел на нее, впитывая в себя каждую черточку ее – от прямых пшеничных волос до серебристых глаз, которые смотрели сейчас на него с невыразимой печалью.

– Береги себя, – хрипло произнес он.

Кэтрин кивнула, потом, прищелкнув языком, тронула Сэди, радуясь, что та знала отсюда дорогу домой. Направлять ее Кэтрин не могла из-за слез, застилавших ей глаза.

Слейд смотрел, как она уезжает. Горло теснило и жгло, но он не позвал ее обратно.

Еще не доехав до дома, Кэтрин увидела, что навстречу движется телега. Она оглянулась, но Слейда уже не было. Это пронзило ей сердце: все, дело сделано. Придержав Сэди, она ждала.

Йейтс поровнялся с ней и остановил лошадей. Кэтрин выдержала его взгляд и, пока он не заговорил, думала, куда это он так поздно собрался. В глазах его светилось осуждение. Впервые она почувствовала себя неловко в его присутствии. Бен же подумал о том, сколько пережила Ди, тревожась о Кэтрин, волнуясь, не вернется ли она с этим убийцей-команчем забрать ребенка. Глаза Йейтса ничего не упустили и немного смягчились при виде ее усталости.

– Ты вернулась домой?

Она посмотрела на него долгим взглядом и пожала плечами.

– Не знаю. Я приехала за дочерью. Несмотря на его смягчившийся взгляд, она почувствовала в его вопросе вызов.

Он перевел глаза с нее на поля, ожидавшие весну.

– Тебя не было несколько месяцев. Кое-что изменилось.

Кэтрин почувствовала угрозу.

– Никто не может изменить того, что Шей моя дочь.

– Нет. И цвет твоих волос тоже… или цвет кожи, – он потер подбородок. – Твоя тетка теперь замужем за мистером Шанли. Он хороший человек и очень привязан с твоей малышке.

– Я понимаю, Бен, – и она действительно понимала. Что бы она ни решила сделать, легко не будет.

Бен тряхнул вожжами, а Кэтрин повернула Сэди к дому, размышляя о том, чего ей ждать. Оранжевый закат пылал на западе, лучи заходящего солнца уже смешивались с вечерней мглой в краски то резкие, то нежные. Тоска Кэтрин по Шей стала нестерпимой.

Несмотря ни на что, чем ближе она подъезжала к дому, тем больше охватывало ее теплое чувство возвращения. Из хлева повеяло таким родным запахом сена и трухи. Она подумала, не покажется ли Сэди тесно и душно в конюшне после долгих дней и ночей на просторах прерий. И не ощутит ли она сама то же самое в Нью-Браунфелсе?

Кэтрин расседлала Сэди, насыпала ей немного зерна и поставила в стойло ведро воды. Любовно похлопав кобылу по крупу, она подняла голову и расправила плечи.

У дома она привычно протянула было руку к двери, но остановилась и постучала. Она сказала Слейду, что приехала домой, но, стоя здесь на пороге, она почувствовала себя чужой.

Дверь открыл Форд. При виде ее в глазах его засветилась радость.

– Кэт. Господи, это же Кэт!

Глаза Кэтрин широко открылись от удивления, когда рядом с ним возникла Элизабет, в переднике, аккуратно прикрывавшем ее платье. Но времени на раздумье у нее не осталось, потому что Форд тут же схватил ее в крепкие объятия. Она так же отчаянно обвила его руками, и слезы набежали ей на глаза. Казалось, прошли не месяцы, а годы с тех пор, как она, боясь за Форда и оставив спокойную жизнь, последовала за незнакомцем, чтобы найти брата.

Когда он, наконец, отпустил ее, и Кэтрин отдышалась, она попыталась заглянуть за его спину, в дом.

– А где Шей?

Форд слегка нахмурился:

– Ну… – он поглядел на Элизабет. – Ну, она не совсем здесь.

– Где она? – вопрос резко вырвался у Кэтрин. – Где мой ребенок?

– Полегче, сестренка. С ней все хорошо. Она у тети Ди.

– А где тетя Ди? – Кэтрин устала, она была растеряна и хотела обнять свою дочь.

– Они с Дойлом вернулись к нему на ферму. Кэт, она по-настоящему счастлива.

Элизабет оттянула Форда от двери.

– Веди ее в дом, Форд. Ты что, не видишь, как она вымоталась.

Форд заволновался. Элизабет была права: Кэтрин плохо выглядела. Он поколебался, глядя на сестру, но спросил:

– Ты одна?

Кэтрин медленно кивнула. Она знала, что его интересует, не ждет ли где-то отец Шей ее возвращения с дочерью. Но она еще не была готова рассказать об Убивающем Волков.

Не прошло и нескольких минут, как Форд усадил Кэтрин за стол в комнате, которую она привыкла называть кухней тети Ди. Элизабет заваривала чай и резала толстыми ломтями хлеб и сыр.

Кэтрин хотелось сказать им, что ей не нужно ничего, кроме ее дочери, но ее одолевала невероятная усталость. Форд сел напротив. В его взгляде смешались участие к ней и гордость:

– Полагаю, ты догадалась, что мы с Элизабет поженились.

Улыбнувшись хорошенькой темноволосой девушке, с беспокойством глядевшей на нее, Кэтрин ответила:

– Да, потому что знаю, что тетя Ди никогда не разрешила бы тебе жить в грехе. Я рада за тебя.

– Нам очень хотелось, чтобы ты присутствовала при этом, но мы не были уверены… – голос его прервался, он слегка покраснел.

– Знаю, – ответ Кэтрин звучал мягко и ласково. – Вы не были уверены, что я вообще вернусь домой.

– Я рад, что ты вернулась. Элизабет поставила перед ней чашку чая.

– Я тоже очень рада. Я скучала по тебе так же, как Форд.

Это было правдой. Кэтрин была ее лучшей подругой еще до того, как Форд занял это место.

Увидев нерешительность Кэтрин, Форд слегка нахмурился:

– Ты ведь вернулась насовсем, да, Кэтрин?

Кэтрин вздохнула, зная, что должна их предупредить:

– Я не уверена, что останусь. Не думаю, будто что-то изменилось для нас с Шей, – Форд и Элизабет обменялись взглядами, но никто из них не откликнулся на ее слова. Тревога закралась ей в душу. – Я хочу видеть ее, Форд.

Он накрыл своей ладонью ее руку.