Сабрина Джеффрис - Коварный повеса

Стараясь держать себя в руках, он объяснил:

— Дело в том, что мы с мисс Прескотт когда–то несколько лет жили в одном городе. Так что я могу сказать, что наша дружба очень давняя. — Хамфри взглянул на него с удивлением, и он добавил: — Я был бы очень тебе признателен, если бы ты помог ей и ее отцу.

Химик нахмурился и, посмотрев на Мэдлин, проворчал:

— Почему же вы не написали мне, что лорд Норкорт — ваш друг?

— Я не осмелилась, — пробормотала Мэдлин. — Честно говоря, сэр, я думала, что вы в любом случае захотите… защитить свои открытия о свойствах закиси азота.

— Защитить?! — воскликнул сэр Хамфри. — Да вы с ума сошли! Сейчас закись азота стала любимым развлечением на вечеринках особого рода. А над обсуждениями ее медицинских свойств будут только смеяться.

— Сэр, люди в Телфорде этого не знают. Им незнакомы светские развлечения. Но если бы такой известный ученый, как сэр Хамфри Дейви, приехал в Телфорд и объяснил, что мой отец действовал на основании надежных научных данных, то люди, вероятно, прислушались бы.

Сэр Хамфри ненадолго задумался, потом решительно покачал головой:

— Не уверен, что провинциалы мне поверят. Скорее всего они останутся при своем мнении — заявят, что смерть той женщины вызвана газом, как вы мне и писали. И тогда пресса уже набросится на меня.

— Я не думаю, что такое случится, — возразила Мэдлин. Но сэр Хамфри снова покачал головой:

— Нет–нет, я не хочу испытывать судьбу. Не хочу рисковать своей репутацией. Ехать в какой–то провинциальный городок лишь для того, чтобы… — Он посмотрел на виконта и пробурчал: — Только без обид, Норкорт.

— Но я оплачу все твои расходы, — сказал Энтони. — И устрою тебя в самой лучшей гостинице. Поверь, твоя поездка займет всего несколько дней.

— Дело не в этом! — выкрикнул сэр Хамфри и опять забился в приступе кашля, сотрясавшем его тело. Минуту спустя, откашлявшись, он проворчал: — Вы что, действительно не понимаете?.. Я каждое утро с трудом выбираюсь из постели и редко могу протянуть хотя бы час без приступов кашля. Такая поездка наверняка убьет меня.

Мэдлин снова шагнула к столу.

— Но, сэр, в газете написано, что на этой неделе вы планируете поездку в Пензанс.

— Газеты лгут! Моя жена специально пустила этот слух, чтобы люди перестали надоедать мне. Моя мать больна, но я еще не видел ее, потому что меня постоянно мучают эти приступы…

— Хамфри, поверь, мисс Прескотт оказалась в ужасной ситуации, — сказал Энтони.

— Я тоже, — проворчал химик. — Прости, но я не могу тебе помочь.

— Но, может быть, ты мог бы написать письмо?..

— Не поговорив сначала с людьми, связанными с этим делом? — Сэр Хамфри криво усмехнулся. — Откуда мне знать, что эта женщина не одурачила тебя? Нет, я не желаю рисковать.

Энтони едва не выругался.

— Разве мужчина станет жениться на женщине, обманывающей его?

Сэр Хамфри в растерянности заморгал.

— Жениться?

— Мисс Прескотт будет моей женой, — пояснил Энтони. — Ведь ты бы помог жене друга, не так ли?

— Но если ты женишься на ней, то тогда и сам прекрасно справишься. Ты сможешь использовать свои собственные связи, чтобы помочь ее отцу, — заметил сэр Хамфри. — А я не желаю иметь к этому делу никакого отношения.

— Проклятие, — проворчал виконт, — как же ты упрям!

— Успокойтесь, Энтони. — Мэдлин положила руку ему на локоть. — Мы сделали все, что могли, а теперь пора оставить сэра Хамфри наедине с его совестью.

Лицо ученого потемнело.

— Моя совесть чиста, уверяю вас. Позвольте пожелать вам всего наилучшего.

Энтони в ярости взглянул на приятеля. Но он все же взял себя в руки и вместе с Мэдлин вышел из комнаты. К карете они шли молча. Когда же садились в экипаж, он пристально посмотрел на свою спутницу и пробормотал:

— Куда теперь, милая? Может, у вас есть какой–нибудь запасной план?

Мэдлин со вздохом покачала головой:

— Нет, к сожалению. Я даже не думала о том, как поступить, если сэр Хамфри мне откажет.

— В таком случае я сам что–нибудь придумаю, — заявил Энтони и тут же дал указания кучеру.

Карета тронулась с места, и какое–то время они ехали молча. Наконец, снова вздохнув, Мэдлин спросила:

— Куда мы едем?

— Здесь неподалеку находится моя старая холостяцкая квартира. Туда можно войти незаметно, так что вас никто не увидит и никто нас не побеспокоит, пока мы будем говорить. Нам следует все обсудить…

— Да, конечно… — кивнула Мэдлин.

Вскоре они остановились в узком переулке, и Энтони тотчас же выпрыгнул на тротуар и помог своей спутнице выбраться из экипажа. После этого он поспешно провел ее к двери, а затем подал кучеру знак, чтобы тот отогнал экипаж от дома — кучер прекрасно знал, где следовало ждать.

Тщательно закрыв дверь, Энтони подвел Мэдлин к сумрачной лестнице, освещенной только маленьким окошечком у них над головой. Мэдлин посмотрела на него с удивлением:

— Но зачем вы сохранили свою старую квартиру? Ведь у вас наверняка есть в городе особняк.

Энтони медлил с ответом. Несколько минут спустя, когда они поднялись по винтовой лестнице в комнаты второго этажа, Мэдлин увидела на стенах весьма фривольные картинки и бросила на своего спутника вопросительный взгляд.

Он вздохнул: «Нет смысла скрывать это от нее сейчас».

— Видите ли, первоначально я оставил за собой эту квартиру с намерением использовать ее, когда получу опекунство над Тессой. Но я не был здесь с тех пор, как начался этот ужасный судебный процесс. Мне не хотелось рисковать, потому что дядя мог отправить сюда соглядатаев.

В глазах Мэдлин промелькнула тревога.

— Что, если он так и поступил? Возможно, меня уже заметили…

— Сейчас это уже не имеет особого значения.

— Нет, имеет! Ведь из–за меня у вашей племянницы могут возникнуть неприятности. А вы и так уже сделали все, что могли. Представили своему другу…

— Но это не принесло вам ничего хорошего, — проворчал Энтони.

— Неправда! — воскликнула Мэдлин. — Главное, что вы поверили мне. И поверили еще до того, как сэр Хамфри подтвердил, что получал мои письма. Поверьте, ваше доверие очень меня тронуло, и мне ужасно жаль, что вы из–за меня вынуждены были сегодня дважды солгать. К тому же вы еще придумали эту помолвку и…

— Это была не ложь! — невольно вырвалось у Энтони, однако он не стал брать свои слова обратно. — Знаете, мне кажется, что сэр Хамфри прав. Если вы выйдете за меня замуж, мне будет гораздо проще вам помочь.

Мэдлин побледнела.

— Но, Энтони… Я не могу принять от вас такую жертву.

— Это не жертва, черт побери! — Он схватил ее за руки. — Если кто–нибудь и принесет жертву, то это вы, Мэдлин. Потому что вам придется терпеть меня.