Адель Эшворт - Мой нежный граф

Застенчиво улыбнувшись, Кэролайн опустилась, чтобы снять с него сапоги. Стянув их один за другим, она оттолкнула их в сторону и, когда кожа Брента уже горела огнем, а ожидание стало невыносимым, одним быстрым движением стащила рейтузы с его тела.

И не подумала потупить взгляд. Она стояла перед ним полностью одетая, а он сидел на деревянной скамье абсолютно голый, чувствуя себя как никогда возбужденным и очень уязвимым перед женщиной. Она всецело захватила контроль, и он был очарован.

Вдруг она оказалась на коленях, склонилась над ним и поцеловала его плоть.

Брент закрыл глаза и уперся затылком в стекло, запутываясь пальцами в волосах Кэролайн, сопротивляясь дикому желанию просто раствориться в этом мгновении. Ее губы двигались вверх и вниз по его члену, нежно целуя; ее язык медленно гулял вокруг его кончика, даря мучительное блаженство. Как будто почувствовав его нетерпение, Кэролайн приподняла голову и начала осыпать крошечными поцелуями его бедра, возвращаясь то к одному, то к другому, потом двинулась вверх, к его животу, обжигая голую кожу горячими, влажными губами.

Она легко обхватила ладонью и начала нежно массировать, поглаживать твердую плоть, заставляя Брента стонать. Кэролайн продолжала целовать его живот, блуждать пальцами в волосах, окружавших его ствол, и наконец села сверху, поставив широко разведенные колени на скамью и уложив между их телами подобранную юбку.

Брент потянулся к ней, но она схватила его за запястья.

— Коснись меня, и я прекращу, — прошептала она, заглядывая ему в глаза.

Не допуская никаких возражений, она обхватила член и подвела его конец к своему входу, мягко двигаясь взад-вперед, пока он не проскользнул внутрь.

Она была горячей, влажной, тугой внутри, окружая его с мягкостью бархата и сводя с ума мучительным желанием прекратить сопротивление и излиться в нее.

Она начала двигаться, услаждая его плоть, и он упивался этими ощущениями, любовался ею и еще раз попытался прикоснуться, протянув руки, чтобы обхватить ее груди поверх блузки. Кэролайн тут же остановилась.

— Я сказала «нет».

Это чуть не убило его.

Должно быть, Кэролайн заметила муку на его лице, ибо в следующий миг взяла его за руки и положила его ладони себе под юбку, на бедра.

И вновь она принялась подниматься и опускаться над ним, медленно и размеренно, блуждая пальцами в волосах на его груди.

У Брента бешено колотилось сердце, болело в горле; его изводила отчаянная необходимость дать себе выход, особенно теперь, когда он видел Кэролайн оседлавшей его, когда ее длинные, лоснящиеся волосы рассыпались по плечам и правой груди, тому самому месту, которого он жаждал коснуться, накрыть ртом. Она была прекрасной: розовые губы блестели влагой, потемневшие глаза горели, бархатная кожа словно светилась изнутри. Он уже давно целиком предал себя в ее власть, и, каким бы пугающим ни было это открытие, такое чувство было упоительным.

Внезапно Кэролайн замерла, положила ладони ему на щеки и подозрительно посмотрела в глаза.

— Как ты достал заметки сэра Альберта? — спросила она дерзко.

Брент изысканно подразнил ее, легко поводив кончиками пальцев по бедрам. Потом осторожно ответил:

— У меня есть знакомые.

Кэролайн покачала головой и приподнялась над ним, так что только его кончик остался внутри.

— Мало.

Брент собрался с мыслями, пытаясь сохранить самообладание.

— У меня есть знакомый, который знает его секретаря, Стивена Фельпса. Тот много лет систематизирует для сэра Альберта тексты его лекций. — Бросив мимолетный взгляд на пышные груди жены, он добавил: — За эту работу пришлось заплатить огромную сумму, но я думаю, что ты того стоишь.

Кэролайн усмехнулась и сузила глаза до щелочек, горящих скептицизмом.

— Годы заметок в одной этой коробке?

— Большая часть, — как можно непринужденнее ответил Брент. — Кое-что он утерял или выбросил, но я просил дать мне все, что было.

Он начал продвигаться вверх по ее бедрам, отвоевывая пальцами дюйм за дюймом в надежде, что она не заметит.

— Брент…

Она заметила. Он успел подняться по ногам достаточно высоко, чтобы она почувствовала, как его большие пальцы легко касаются волосков в том месте, где сходились бедра, но звук ее голоса заставил его замереть. Кэролайн хотела доминировать в этой любовной игре, и Брент был одновременно заинтригован и восхищен такими смелыми действиями со стороны женщины.

Он выжидающе замер и прошептал:

— Я в вашем распоряжении, миледи.

Заслышав это признание, Кэролайн улыбнулась еще шире и медленно соскользнула обратно на Брента, туго охватив его собой.

— Потребовались, наверное, недели, чтобы их переписать.

Брент посмотрел ей в глаза.

— Уверен, что потребовались.

— И все равно они отличаются от моих.

— Но они похожи, и ты никогда не сможешь найти чего-то более близкого по содержанию.

Она провела по его губам кончиками пальцев.

— Не могу поверить, что ты сделал это для меня.

Брент ответил ей тяжелым, лихорадочным взглядом, глубоко дыша, чтобы сдержать мощные, накатывающие волнами и сбивающие с толку эмоции.

И тогда она сдалась, закрыв глаза и прильнув к нему, чтобы забыться в поцелуе, заблудиться пальцами в его волосах.

— Коснись меня… — взмолилась она ему в губы.

Больше ему ничего не надо было говорить. Схватив Кэролайн за бедра, он крепко прижал ее к себе, лишая возможности двигаться и с упоением чувствуя ее на себе и вокруг себя. Он был близок к завершению уже только оттого, что смотрел на нее, чувствовал ее тепло, знал, что она контролирует действия, как только развела над ним бедра, прижимая его к скамье.

Кэролайн опять медленно заскользила по нему, задвигала ягодицами по его бедрам вверх и вниз, одной рукой упираясь ему в грудь, другой закрывая его щеку. Губами она легко касалась его губ, потом стала осыпать детскими поцелуями его лицо. Брент потянулся одной рукой, обхватив ее грудь поверх блузки; другую он положил туда, где встречались их тела и снова начал нежно ласкать ее горошину пальцами.

Кэролайн тихо застонала и запрокинула голову. Он мял ее восхитительные груди, ласково поглаживал сосок, пока тот не затвердел под его пальцами. Он гладил ее, дразнил, любовался ею, наслаждался потоками первобытного наслаждения, которое она с готовностью дарила ему каждый раз, когда приподнималась, чтобы потом устремиться вниз, все быстрее и жестче, заставляя его совершенно обессилеть от страстного желания.

— Ты нужна мне, — хрипло, почти неслышно признался Брент.

Кэролайн вцепилась ему в плечи и открыла глаза, глубоко тронутая его словами.