Селеста Брэдли - Когда она сказала «да»

Ознакомительный фрагмент

К ним приблизилась незнакомая пара, чтобы выразить соболе… то есть поздравления. Джентльмен, здоровенный загорелый тип в одежде мелкопоместного дворянина, но с руками фермера, стоял, почтительно дожидаясь, пока Рен их представит. Когда неловкое молчание излишне затянулось, гость поклонился Калли и протянул руку:

— Миссис Портер, мы очень рады познакомиться в этот чудесный день. Я Генри Нельсон, а это моя жена Беатрис.

Дама была хорошенькой, из тех, чьи глаза подмечают все и постоянно следят за окружающими. У нее были чудесные черные волосы и тонкие черты лица. Калли сразу понравился Нельсон, а Беатрис… пусть она кажется немного надменной, все же она была воплощением нормального человека по сравнению с мистером Портером.

— Спасибо за то, что пришли. Я…

Она смущенно осеклась.

— Это викарий просил вас быть свидетелями?

— Нет, кузина. За нами послал Лоренс, — рассмеялся Нельсон.

— Кузина?!

Вымученная улыбка Калли превратилась в приветливую.

— Так вы родственники! И, должно быть, живете рядом, если смогли приехать так быстро!

Беатрис кивнула и воззрилась на мистера Портера, который по-прежнему обнимал новоиспеченную жену за талию, но при этом совершенно не замечал родственников. Калли с удовольствием вонзила бы локоть ему в живот за неуместное проявление супружеской «любви», но нельзя же, чтобы у людей, знавших всех в деревне, сложилось о ней еще худшее, чем раньше, мнение.

Нельсон кивнул и улыбнулся.

— У нас по соседству ферма Спрингделл. Конечно, ничего столь величественного и богатого, как поместье Эмберделл-Мэнор.

Калли недоуменно моргнула:

— Эмберделл?

Рука мистера Портера сжалась.

— У Каллиопы еще не было времени осмотреть поместье. Но думаю, она по достоинству оценила дом.

«Поместье».

— Да, дом. Я просто… потрясена. Весьма впечатляюще.

«У него поместье. Салют из всех орудий — теперь у меня поместье!»

Ее улыбка стала еще шире.

— Мне не терпится по достоинству оценить угодья, — сказала она.

В этот момент с мистером Портером что-то произошло. Калли поняла это, потому что он прижал ее еще ближе к широкому теплому боку, и она буквально ощущала каждый его вдох… Поэтому когда его грудь стеснило и Калли услышала тихий приглушенный смех, она оказалась единственной в комнате, кто это заметил.

«Неужели это смех? Разве мизантропы смеются?»

Глава 3

Калли стояла у входа в Эмберделл-Мэнор, где старый песчаник нежился в последнем золотом свете дня, и прощалась со своей семьей.

Мама всхлипывала, папа сморкался в огромный носовой платок, а брат мрачно хмурился. Мистер Портер маячил у массивной входной двери, словно охраняя дом от незваных гостей. Что же, учитывая последние события, произошедшие за двадцать четыре часа, его потребность защищать территорию вполне оправданна.

Прощание все тянулось и никак не заканчивалось. Калли пришлось практически затолкать Дейда в экипаж, хотя тот продолжал злобно взирать на мистера Портера.

Едва экипаж с родителями и Дейдом успел свернуть за поворот и громко застучать колесами по дороге, как Калли осознала, насколько далека от них. Безусловно, дочь любила свою семью, но сладостная тишина деревенского поместья в глуши казалась освежающей, как холодный дождь летом. Стоило ей опустить руку, как она почувствовала облегчение.

Калли сделала это. Трудно поверить… После всех долгих лет подавления собственных желаний в угоду нуждам родителей и семьи она наконец заживет собственной жизнью. По крайней мере, хотя бы ненадолго, ведь она не представляла, как будет проходить ее жизнь с новоиспеченным мужем.

Вспомнив о сделке, которую была обязана выполнять, Калли мгновенно лишилась облегчения и покоя.

Мистер Портер женился на ней. И сделал это лишь затем, чтобы не получить пулю из пистолета ее брата. Но от этого ничего не меняется. Она — жена, он — муж. А мужья, насколько она знает, просто обязаны иметь некоторые ожидания…

Что же, получается, ей просто необходимо узнать его требования. Калли ожидала от мизантропа чего-то очень возмутительного.

Помедлив, она слегка пригладила крохотные завитки, выбившиеся из прически, и одернула спенсер. Глубоко вдохнула свежий деревенский воздух и повернула к дому.

Все это время Рен стоял на крыльце. В сознании девушки он как две капли воды был похож на саму смерть в своем черном капюшоне.

Калли напрочь отказалась поддаваться ползучей тревоге, грозившей ее задушить. Практичность — вот главное оружие в битве с дурацкими эмоциями. После общения с матерью и сестрами она твердо усвоила: атмосферу драмы и истерики хорошо развеивает умеренная порция здравого смысла.

Девушка наклонила голову и приятно улыбнулась своему новоиспеченному мужу.

— Вам только косы не хватает! Принести из конюшни?

Он долго смотрел на нее, прежде чем хмыкнуть.

…Хмыкнуть? В самом деле?..

Каллиопа глубоко вздохнула и преисполнилась решимости. Недаром она всю жизнь воспитывала четверых младших братьев!

Подняв повыше подбородок, она закрепила улыбку как только могла.

— Может, стоит обсудить нашу совместную жизнь, сэр?

Но муж ничего не ответил.

От волнения во рту у нее пересохло. Мистер Портер обладал даром хорошо прятаться и, как выяснилось, подкрадываться. Чертов капюшон скрывал его лицо, так что она не могла понять его мыслей.

— Скажите, муженек, вы намереваетесь носить эту штуку на протяжении всей нашей совместной жизни?

Рука Рена дернулась так, словно мужчина хотел потянуться к злосчастному капюшону. Интересно, он хотел откинуть его или затянуть потуже?

Она втянула в себя воздух.

— Мой брат Орион — третий сын в семье — в детстве был очень привязан к своему одеяльцу. Полагаю, именно потому, что одеяльце было вырезано из старой тигровой шкуры, появившейся в доме как напоминание о днях приключений моей тети Клемми. Орион укрывался им каждую ночь, а потом таскал за собой с утра до вечера. Шкура была пыльной и облысела, но вырвать ее у него было почти не возможно. Поэтому мы позволяли Ориону носить с собой грязную штуковину, пока ему не надоело. Как-то одеяльце просто исчезло. Мы представляли, какой скандал поднимет Рион, но тот больше о нем не упоминал. Я часто думала, что одеяло было словно частью Риона так долго, что он в конце концов избавился от него… как змея от шкурки.

Э… черт побери… вряд ли это достойная леди тема для беседы в день свадьбы. Но у нее, к сожалению, не было особой практики в подобных вопросах. Зато она, кажется, сумела привлечь его внимание.