Александра фон Лоренц - Клятва амазонки

Высокие киевские кручи молодые женщины увидели издалека и с волнением наблюдали за при-ближением варяжской флотилии в столицу княжества. Как только корабли пришвартовались у длинного причала, к борту подошли представители князя, и торговец сообщил им, что везет гостей воеводскому сыну Всеславу.

— Да он скоро будет у вас, — задорно ответил киевлянин, — вон идет Всеслав Глебович по причалу.

И действительно, через некоторое время к борту судна подошел сын воеводы. Молодой мужчина за эти годы почти не изменился, и подруги сразу уз-нали его.

— О, старые знакомые, — воскликнул он, ко-гда молодые женщины с детьми стали выходить с ко-рабля, — да вы совсем не изменились, красавицы, только вот обзавелись потомством. Видно, варяги зря времени не теряют.

И сопровождающие его дружинники похабно засмеялись. Подруги немного смутились.

— Ничего, ничего, — стал успокаивать их Всеслав, — мы вас с честью устроим, увидите киев-ское гостеприимство. Большое спасибо, купец, что доставил наших амазонок в целости и сохранности. В чести у меня будешь.

— Мы хотели просить вас, Всеслав Глебович — начала Милана, — помочь нам добраться до Тму-таракани, к родителям нашим. Вот и Данута хотела вернуть вам перстень.

Данута развернула ладонь, в ней был тот са-мый перстень, что был подарен Всеславом.

— Вот, и перстенек наш родовой, — удивился воеводский сын, — а я уже думал, пропал он. Но пра-ва была бабка! Когда она мне его давала, — мужчина с восхищением рассматривал драгоценное кольцо, — то говорила, что он всегда возвращается обратно в нашу семью. Так и есть, через два года вернулся.

Всеслав спрятал перстень и продолжил:

— Но уж в гости я вас уговорю. Некрасиво от-казывать, если приглашают от чистого сердца. Прошу, мои дорогие.

Ворота воеводского подворья были широко раскрыты. На заросшем травой покатом дворе снова-ли слуги, важно прохаживались воины из воеводской дружины. По крутой узкой лестнице поднялись в по-кои. Курносая служанка резанула острыми глазками по заморским гостьям, одетым в норвежскую одежду, и исчезла за дверью. Выбеленную сводчатую комнату освещали островерхие окошечки с цветными витра-жами, а центр занимал тяжелый резной стол с такими же стульями и скамьями. Стали появляться слуги с различными блюдами, подавалась все больше птица, но на большом блюде расположился также запечен-ный поросенок с веточкой укропа в зубах. Принесли еще тушеные овощи, различные соленья, пироги с ка-пустой, расстегаи с рыбой, медовые пряники.

— Соскучились, наверное, по родному, по русскому, — приветливо сказал Всеслав и сделал ши-рокий жест, приглашая к столу.

— Уж не знаем, как благодарить вас, Всеслав Глебович, — ответила Милана, усаживая на широкую скамью сына. Проголодавшийся малыш уже тянулся ручонкой к жареному гусю.

— Не трогай, Хенрик, — прикрикнула на него женщина.

— Отчего ж «не трогай», — возразил ей хозя-ин дома, — кушайте, не стесняйтесь, гости милые. А имя-то варяжское дала, не наше, красавица.

— Так кто отец, такое и имя, — ответила женщина.

— А второго как зовут?

— Ивар, — ответила Данута, — тоже норвеж-ское имя.

— Всеслав Глебович, Всеслав Глебович, — закричал кто-то, стуча тяжелыми сапогами по лестни-це, — срочное дело!

— Прошу извинить, — мужчина поднялся из-за стола, — но дела обязывают. Угощайтесь, детей кормите, а я отлучусь ненадолго.

Молодые женщины воспользовались отсутст-вием хозяина и плотно накормили сыновей. Да и сами поели с удовольствием, после нерегулярного питания во время перехода на стоянках. Уже знакомая слу-жанка помогала им и наводила порядок на столе. Де-вушка не проронила ни слова, видно челядь на вое-водском подворье была хорошо обучена.

— А не скажешь, милая, что за человек хозя-ин твой, — неожиданно обратилась к служанке Мила-на, когда та убирала со стола. Девушка даже вздрог-нула от неожиданности.

— Вы, право, странно спрашиваете, боярыня, каков может быть господин для служанки. Что я могу ответить? Конечно, хорош наш Всеслав Глебович.

— Я понимаю, — Милана ласково тронула де-вушку за рукав, — но просто мы почти не знаем его, а оказались в гостях и совсем не разумеем, как вести себя.

— Что ж, хозяин наш молодушек любит, — служанка как-то странно посмотрела на амазонок, — сами вы, наверное, почуяли уже. Вам, господам, вид-нее как вести себя.

— Да не такие уж мы господа, как ты гово-ришь, сами в плен попали к варягам, да вот еле вы-брались. Нужно нам, милая, домой добраться, к сво-им.

— А далеко?

— В Тмутаракань.

— Ой, как далеко, — девушка даже присела и прикрыла рукой рот.

— Да уже больше проехали, с самой Норве-гии.

— Я таких краев не знаю, — сочувственно сказала служанка, — а вот через печенегов ох как трудно пройти!

— Ну, мы такое прошли и видели, что уж по-стараемся и через них пробиться. Ты про амазонок слышала?

— Слышала, конечно.

— Так вот, мы и есть те самые амазонки.

— Да что вы! — с восхищением воскликнула служанка, — это те, которые за наше бабье племя сто-ят. Наши девки про вас так много говорят. Слышали, будто есть у вас община в степи…

— Да ты и сама много знаешь, все это правда, — подтвердила Милана, — а все же, расскажи о хо-зяине своем.

Девушка потупила глаза.

— Ничего хорошего поведать вам не могу. Охоч он сильно до баб. Держит наложниц, а сам не женится.

— Да ты что? — голос амазонки изменился, — а с виду хороший.

— Эх, «хороший», — махнула рукой служан-ка, — сами увидите, какой он хороший.

— Что он нам, уйдем мы отсюда скоро.

— Да уж не уйти вам, милые, — девица с жа-лостью поглядела на малышей, — да еще с мальчика-ми. Он не выпустит вас.

Подруги переглянулись. Данута быстро подо-шла к окну и увидела, что Всеслав уже подходит к крыльцу.

— Все, он уже идет, — только и успела она сказать, как дверь открылась.

Служанка уже успела вскочить и принять без-различный вид.

— Вижу, отведали наших скромных угоще-ний, — с порога заговорил он, — теперь прошу от-дохнуть с дороги.

— Пожалуй, мы пойдем, — неуверенно начала Милана.

— Куда, — протянул воеводский сын, — куда вы пойдете? Никуда я вас не отпущу, извольте в опо-чивальню, отдыхать, отдыхать. А детей нашей няньке поручим.

— Нет, — воскликнула Данута, прижимая ма-лыша.

Всеслав подошел к молодой женщине вплот-ную.

— Ну чего «нет», — тихо, но жестко сказал он, — сказано же, «няня присмотрит»

В это время няня, толстая женщина лет пяти-десяти с круглым лицом, вошла в покои.

— Недоля, забирай мальцов, — мужчина от-ступил назад, и няня протянула руки к малышу. Ивар заплакал и прижался к матери, но женщина подошла ближе и поманила мальчика.