Эйна Ли - Судьба обетованная

Рейчел и Элизабет обслуживали многочисленных посетителей, пришедших позавтракать, но при этом то и дело взволнованно поглядывали на часы. Рейчел боялась пропустить соревнования с участием Эндрю, а Элизабет – бега с заездом Брэндона Сазерленда.

В соревнованиях по метанию топора не участвовал ни один из лесорубов Эндрю. Они предоставили честь выступать ему и делали на него крупные ставки. На это состязание пришел кое-кто из приезжих горцев, но симпатии и деньги зрителей были отданы броску Эндрю Киркленда.

Соревнование началось с простых заданий, таких как попадание в круглую мишень. Для большинства участников это не составляло труда, и все же несколько человек отсеялись. Постепенно задания усложнялись. В финале надо было метнуть топор с расстояния двадцать пять футов и срезать с мишени конские поводья. На этом этапе осталось лишь два игрока: Эндрю Киркленд и горец по имени Бен Уиллок.

Бену Уиллоку удалось чисто срезать один повод, и, значит, чтобы победить, Эндрю должен был его превзойти. Он взял топор и несколько раз подбросил его. Рейчел догадалась, что таким образом он взвешивает метательный снаряд: она не раз видела, как он проделывал то же с ножом.

Несколько секунд Эндрю примеривался к кожаным ремням мишени, потом откинулся назад и метнул топор. Он пролетел по воздуху и вонзился в мишень, четко перерезав два прикрепленных к ней кожаных повода.

Работники Эндрю разразились победными криками. Рейчел и Элизабет запрыгали от радости и подбежали к Эндрю, которого уже поздравляли сиявшие от гордости Уилл и Эдвард.

– Уилл, а ты разве не участвуешь ни в каких соревнованиях? – с интересом спросила Рейчел.

– Я участвую во всех, – усмехнулся он. – Кто, по-твоему, морально поддерживает нашу команду?

– Ну и какое следующее состязание? Давно я так не веселилась! После всего этого жизнь в Эллиоте покажется смертной скукой.

– Следующим будет соревнование по стрельбе из лука. Энди может выиграть его с завязанными глазами. Он лучший стрелок во всей Виргинии.

– Почему бы тебе не потягаться с ним, Уилл? – спросила Элизабет. – Помню, когда мы были моложе, ты тоже неплохо стрелял из лука.

Рейчел вполуха слушала их болтовню. Слова Уилла о том, что Эндрю способен стрелять из лука с завязанными глазами, напомнили ей страшную ночь в хижине. Ей виделся слепой Эндрю, точно выпускавший стрелу в цель, которую только слышал.

Она погрузилась в свои воспоминания и не заметила, как все ушли. С ней остался только Эндрю. Он стоял, внимательно вглядываясь в отрешенное лицо жены.

– О чем это ты так глубоко задумалась, Рейчел?

Губы ее дрогнули в слабой улыбке.

– Я вспоминала ту ночь в хижине, когда на нас напал медведь.

– С чего это вдруг?

– Уилл сказал, что ты меткий стрелок, вот я и вспомнила.

Эндрю не успел ответить. К ним подошли Мисквотатан и два его воина-индейца.

– Хо, Эндрю Киркленд! – Индеец поднял руку в знак миролюбия.

Эндрю ответил тем же жестом, и индеец обратился к Рейчел:

– Я принес тебе подарок. – Он назвал ее каким-то непонятным длинным именем и повесил ей на шею цепочку со звериным зубом, вырезанным в виде гром-птицы.[7] – Это талисман моего племени. Всегда носи его, он будет тебя охранять. – И он повторил странное длинное имя.

– Очень красивый талисман, Мисквотатан. Я всегда буду его носить. Но, боюсь, ты перепутал мое имя. Меня зовут Рейчел, – вежливо поправила она.

– Мисквотатан дает тебе имя, Рейчел. Ты должна гордиться этим, – вмешался Эндрю.

Рейчел не знала, как подобает благодарить индейца за то, что он дал ей имя, поэтому просто кивнула.

– Большое спасибо, – любезно улыбнувшись, проговорила она. Не переставая улыбаться Мисквотатану, она украдкой шепнула на ухо мужу: – Что означает это имя, Эндрю?

Эндрю на мгновение задумался.

– В общих чертах перевод такой: «Маленький лук с нацеленной стрелой». Ты должна понимать, что он оказывает тебе большую честь, награждая индейским именем. А если учесть, что ты собиралась убить его ради моего спасения, то это очень великодушный жест.

– Я не хотела его убивать, – пробормотала она, стараясь не разжимать губ. – Только грозилась, что убью. Это не одно и то же.

– А на мой взгляд, одно и то же.

– Вовсе нет. Это все равно что сказать, будто «я не танцую» – то же самое что «я не хочу танцевать».

Эндрю озадаченно покачал головой:

– Рейчел, порой ты несешь полную околесицу.

– Ага! То-то и оно! Только это не я, а ты несешь полную околесицу. Ведь я всего лишь повторила твои слова.

Рейчел еще несколько раз поблагодарила Мисквотатана за талисман и имя, пообещав как-нибудь приехать в его лагерь поохотиться.

Когда трое индейцев наконец отошли, она облегченно вздохнула.

– Ты меня разочаровала, Рейчел, – сказал Эндрю, озорно сверкнув глазами.

– Что же я сделала не так?

– Я ждал, что ты пригласишь его на ужин, – расхохотался Эндрю.

Она шутливо толкнула мужа и тоже засмеялась.

Не прошли они и дюжины шагов, как дорогу им преградил Амос Клэйбурн. Пожав руку Эндрю, гигант горец обратился к Рейчел.

– Я принес вам вот это, – смущенно пробурчал он, протягивая ей большую выделанную шкуру.

Рейчел удивленно уставилась на подарок. Роскошный мех красиво смотрелся бы на стене или даже на полу в качестве небольшого коврика.

– Это шкура убитого мной медведя.

Глаза ее расширились.

– Того самого медведя, которого вы убили, спасая нас?

Клэйбурн кивнул:

– Мне пришлось сильно обрезать шкуру, потому что на ней было много подпалин, но остальное я сберег для вас.

– Большое спасибо, Амос. Вы так внимательны! – искренне воскликнула Рейчел. – Я буду хранить эту шкуру как память о вашем мужестве.

– Нет, мисси, память не о моем, а о вашем мужестве.

Великан исчез так же внезапно, как и появился.

– Что ж, Рейчел, похоже, ты приобрела двух очень влиятельных друзей, – заметил Эндрю.

Как и предсказывал Уильям Киркленд, соревнование по стрельбе из лука было для Эндрю сущим пустяком. Он закончил тем, что расщепил торчавшее из мишени древко стрелы противника, пронзив его своей стрелой.

Последним и самым главным событием праздника были скачки. Для них выбрали опасный и трудный маршрут, дабы испытать участников на скорость и смелость.

Брэндон Сазерленд не был знаком с местностью, но, родившись в горной Шотландии, он с молоком матери впитал искусство верховой езды, а потому не мог не принять участия в скачках. Эндрю отказался от заезда и отдал Брэндону своего крупного вороного мерина, быстрого и бесстрашного.

На протяжении всего пятимильного маршрута расставили судей, призванных следить, чтобы никто из участников не отклонился от курса. Правда, это было излишним, ибо зрители и так стояли вдоль всего маршрута в наиболее интересных, по их мнению, местах.