Стать куртизанкой - Элизабет Бойл

же я повел себя как настоящий осел. Мои родители вместе с Берками загнали меня в угол. Я приехал сюда, потому что с тобой рядом всегда чувствовал себя таким живым, таким свободным. Клянусь, ты – единственная, кто меня понимает. Ведь все остальные видят во мне лишь титул. – Глубоко вздохнув, Себастьян посмотрел на девушку. Его лицо было серьезным, как никогда. – Выслушай меня, Лотти. Я должен кое о чем тебя спросить.

– Спросить меня? – Во рту у Шарлотты пересохло.

Себастьян протестующе поднял руку.

– Прошу, на этот раз не отвечай отказом до тех пор, пока не выслушаешь все причины, по которым нам необходимо пожениться.

Пожениться? Он собирался сделать ей предложение? Но Шарлотту ошеломило не это, а прозвучавшая из уст Себастьяна мольба.

«Прошу, на этот раз не отвечай отказом».

Значит он уже делал предложение? И Лотти ему отказала?

Шарлотта зашевелила губами, чтобы с готовностью сказать «да», пока Себастьян не передумал, пока она не сделала из себя посмешище и не позволила непредсказуемой Лотти, сидящей внутри нее, выкинуть что-нибудь немыслимое: например, наплевать на то, что подсказывало ей сердце, или вовсе отказаться от собственного желания.

Тем временем Себастьян отвернулся от Шарлотты, свесился с кровати и принялся перебирать валявшуюся возле кровати одежду. Отыскав свой жилет, он сунул руку в карман и что-то оттуда достал.

О господи. Он купил ей кольцо. Неудивительно, что он сорвался, увидев ее в бриллиантах Рокхерста.

Шарлотта глубоко вздохнула. Если они поженятся, ей не придется отказываться от своего желания. Ведь тогда они будут вместе навсегда. И все же в ее трепещущее от радости сердце закралось мучительное сомнение.

«Что дурного в этом замужестве?» – вопрошала себя Шарлотта.

И Себастьян, к ее ужасу, ответил на этот вопрос.

– Мы не станем жить с моей семьей. Мать ясно дала понять, что если эта свадьба состоится, она с сестрами переедет в аббатство.

– Они покинут Лондон? – прошептала Шарлотта. Та леди Уолбрук, которую она знала, любила Лондон и обожала все, что связано с жизнью в городе. И тот факт, что она готова была покинуть родной дом, лишь бы не жить под одной крышей с Шарлоттой, говорил о многом.

– О да, – кивнул Себастьян. – Она вчера так бушевала. Заявила, что я выгоняю ее из собственного дома.

Шарлотта пыталась успокоиться, пыталась убедить себя, что со временем все наладится. Леди Уолбрук смягчится, научится любить Шарлотту, как любила ее в другой жизни, и со временем простит влюбленных, поняв, как счастлив Себастьян, женившийся на женщине, которую любит.

– А она все продолжала обвинять меня в том, что ломаю девочкам жизнь и лишаю их возможности найти себе достойных мужей. – Испустив тяжелый вздох, Себастьян покачал головой. – Какая нелепость, – сказал он, перекатившись на спину и положив руки под голову.

Шарлотта закрыла глаза и попыталась прогнать образы Корделии, Гермионы и Виолы, состарившихся в аббатстве Уолбрук. У сестер Марлоу не было за душой ничего, что бы они могли предложить достойным женихам, кроме своей безупречной репутации и привлекательной внешности. Ни у одной из них не было приданого, которое привлекло бы достойных женихов, если только…

– Себастьян, – начала Шарлотта, не желая сдаваться, хотя образы трех его сестер, незамужних и никем не любимых в своем изгнании, все еще стояли у нее перед глазами. – Ты можешь взять мои деньги, чтобы обеспечить девушкам достойное приданое. Возможно, это также поможет растопить лед в отношениях с твоей матерью.

Себастьян фыркнул.

– Она уже сказала мне, что не возьмет от тебя ни фартинга. Именно поэтому она собирается уехать из города: потому что твои деньги запятнают репутацию всей семьи. – Себастьян повернулся на бок. – Но я ей ответил, что не собираюсь брать твои дурно заработанные деньги.

«Дурно заработанные деньги». Они снова вернулись к этому. Натура Лотти взбунтовалась, и Шарлотта прикладывала все силы к тому, чтобы ее успокоить. К тому же она думала, что после столь нежного примирения Себастьян, возможно, изменил свое мнение относительно ее денег.

Очевидно, нет.

И как бы ей ни хотелось выйти за него замуж, как бы ни хотелось провести рядом с ним каждую минуту своей жизни, она знала наверняка, что прошлое Лотти Таунсенд всегда будет стоять между ними, и от этого никуда не деться.

Бывшие любовники… дом, золото, драгоценности, полученные в подарок… репутация самой желанной куртизанки Лондона…

Все правы. Она не могла выйти замуж за Себастьяна. Ведь от прошлого не убежишь. Не только Финелла и леди Уолбрук оказались правы. Рокхерст тоже говорил ей о том, что этот брак невозможен.

Повернувшись к Шарлотте, Себастьян принялся играть с прядью ее волос.

– Мама не понимает, почему я не хочу жениться на мисс Берк и оставить между нами все как прежде. – Он вновь испустил тяжелый вздох и посмотрел на Шарлотту с удивившим ее простодушием.

И как мог этот распутный и очень умный мужчина не понимать того, что было так очевидно его матери?

И Шарлотте.

– Твоя мать права, – услышала Шарлотта собственный голос.

– О, и ты туда же, – простонал он. – Лотти, я больше не собираюсь слушать пустую женскую болтовню. Я сегодня же добуду специальное разрешение, и мы с тобой поженимся. – Он с решительным видом встал с кровати и начал одеваться.

– Нет! – Ее отчаянный возглас удивил даже саму Шарлотту. Но одно она знала наверняка: Себастьян поступил неправильно, сделав ей предложение. То, что он не понимал этого, свидетельствовало лишь о его глубокой любви к ней и неспособности взглянуть на ситуацию трезво. – Твоя мать права. Тебе стоит жениться на мисс Берк.

Себастьян уже надел белье и держал в руках бриджи.

– Ты согласна, чтобы я на ней женился?

Натянув на себя одеяло, Шарлотта кивнула:

– Да. – А потом выдавила: – А почему нет?

– Почему нет? – Себастьян отшвырнул бриджи в сторону. – Да как ты можешь такое предлагать?

– Не вижу в ней ничего плохого.

– Ничего плохого? Да в ней все плохо. С ней я никогда не чувствовал себя так… – Он развернулся к кровати, взял Шарлотту за руки и притянул к себе. Его губы накрыли губы девушки в жадном злом поцелуе, и в то же самое мгновение пылающая между ними страсть вновь пробудилась к жизни и превратилась в бушующий костер.

Рука Себастьяна нашла обнаженную грудь любимой и тугой, ожидающий ласк сосок. Потом его пальцы спустились ниже, к спрятанному в шелковистых завитках сокровищу, которое он гладил и дразнил до тех пор, пока Шарлотта не прильнула к нему, всем телом умоляя заняться с ней любовью.

И когда непрошеный стон удовольствия сорвался