Элизабет Хойт - В объятиях графа

Дверь открыла красивая женщина.

Феликс моргнул и сделал шаг назад. Может, он перепутал дом?

– Да? – Женщина пригладила свои юбки и неуверенно улыбнулась ему.

– Э-э… Я… я искал миссис Рен, – запинаясь, произнес Феликс. – Младшую миссис Рен. Я пришел по адресу?

– О да, это правильный адрес, – сказала она. – Я хочу сказать, это дом Ренов, я просто здесь в гостях.

– А, понимаю. Мисс…

– Смит. Перл Смит. – Женщина почему-то зарделась. – Вы не войдете в дом?

– Благодарю вас, мисс Смит. – Феликс ступил в крошечную прихожую и остановился, неуклюже переминаясь.

Мисс Смит пристально смотрела, кажется, очарованная его нарядом.

– Здорово! – пробормотала она. – Это самый красивый камзол из всех, что я видела.

– Ну… э… Спасибо вам, мисс Смит. – Он коснулся пальцами пуговиц на своем камзоле цвета влажной листвы.

– Это шмели? – Мисс Смит наклонилась вниз, чтобы рассмотреть поближе пурпурную вышивку, предоставляя ему довольно неприличный обзор в вырезе ее платья.

Ни один настоящий джентльмен не воспользуется случайным обнажением леди. Феликс посмотрел на потолок, затем на ее макушку и наконец вниз в декольте. Он быстро заморгал.

– Разве это не восхитительно? – сказала она, снова выпрямляясь. – Я не думаю, что видела когда-либо ранее что-нибудь столь же красивое на джентльмене.

– Что? – с хрипом произнес он. – Э… да. Вполне. Спасибо вам еще раз, мисс Смит. Редко можно встретить человека с таким тонким чувством моды.

Мисс Смит казалась несколько смущенной, но она тепло улыбнулась ему.

Он не мог не заметить, как она очаровательна. Во всем.

– Вы сказали, что пришли к миссис Рен. Почему бы, вам не подождать здесь… – Она указала по направлению к маленькой гостиной. – А я пойду позову миссис Рен из сада.

Феликс вошел в маленькую комнату. Он услышал удаляющиеся шаги красивой женщины и звук закрывающейся дверь черного хода. Он сделал шаг к камину и посмотрел на маленькие фарфоровые часы. Он нахмурился и вытащил свои карманные часы. Каминные часы спешили.

Задняя дверь открылась, и вошла миссис Рен.

– Мистер Хоппл, чем могу вам помочь?

Она сосредоточенно оттирала с рук садовый грунт и не смотрела ему в глаза.

– Я пришел по… э-э… по поручению графа.

– В самом деле? – Миссис Рен все еще не поднимала глаз.

Он не знал, как начать.

– Может быть, вы присядете?

Миссис Рен посмотрела на него озадаченно и села. Феликс откашлялся:

– В жизни каждого мужчины наступает время, когда ветры путешествий стихают и он чувствует настоятельную потребность в отдыхе и уюте. Он решает отбросить в сторону беззаботные привычки юности – или, по крайней мере, ранней зрелости в данном случае – и осесть в домашнем спокойствии. – Он помедлил, чтобы лучше понять, верно ли восприняты его слова.

– Да, мистер Хоппл? – Она казалась еще больше сбитой с толку, чем ранее.

Он продолжил свою миссию:

– Да, миссис Рен. Каждый мужчина, даже граф, – здесь он помедлил со значением, чтобы подчеркнуть титул, – даже графу нужно место отдохновения и спокойствия. Прибежище, о котором заботится мягкая рука женского пола. Рука, ведомая и направляемая более сильной мужской рукой… э-э… защитника, так что оба могут пережить бури и страдания, которые приносит нам жизнь.

Миссис Рен ошеломленно уставилась на него.

Феликс начал отчаиваться.

– Каждый мужчина, даже граф, нуждается в месте брачного утешения.

Ее лоб наморщился.

– Брачного?

– Да. – Он вытер лоб. – Брачного или имеющего отношения к браку.

Она замигала:

– Мистер Хоппл, зачем граф послал вас?

Феликс порывисто выдохнул.

– О, пропади оно все пропадом, миссис Рен! Он хочет жениться на вас.

Она совершенно побледнела:

– Что?

Феликс застонал. Он знал, что способен только все испортить. В самом деле, лорд Свартингэм требовал от него слишком многого. Он ведь всего лишь управляющий землями, ради всего святого, а не купидон с золотым луком и стрелами! У него не оставалось другого выхода, кроме как действовать наобум.

– Эдвард де Рааф, граф Свартингэм, просит вашей руки в браке. Он хотел бы короткую помолвку и планирует…

– Нет.

– Первого июня. Ч-что вы сказали?

– Я сказала «нет». – Миссис Рен говорила отрывисто. – Скажите ему, что я сожалею. Очень сожалею. Но нет никакой возможности, чтобы я вышла за него замуж.

– Но-но-но… – Феликс сделал глубокий вдох, чтобы подавить свое заикание. – Но он граф. Я знаю, что характер у него довольно несносный, в самом деле, и он действительно проводит весьма много времени в грязи, на земле. Которую, – он содрогнулся, – он, похоже, действительно любит. Но его титул и его значительное – можно даже сказать, неприличное – богатство компенсирует это, вы так не думаете?

У Феликса закончился воздух в легких, и ему пришлось замолчать.

– Нет, я так не думаю. – Она направилась к двери. – Просто скажите ему «нет».

– Но миссис Рен! Как я посмотрю ему в лицо?

Она тихо закрыла за собой дверь, и его отчаянный крик отдался эхом в пустой комнате. Феликс повалился на кресло и пожалел, что у него нет полной бутылки мадеры. Лорду Свартингэму это точно не понравится.

Анна погрузила садовый совок в мягкую землю и злобно выкопала одуванчик. О чем думал Эдвард, посылая мистера Хоппла делать ей предложение сегодня утром? Она фыркнула и набросилась на другой одуванчик.

Задняя дверь дома со скрипом отворилась. Она повернулась и нахмурилась. Корэл волокла кухонный стул в сад.

– Что вы делаете на улице? – спросила Анна. – Мы с Перл едва дотащили вас наверх сегодня утром в мою комнату.

Корэл села на стул.

– Деревенский воздух, говорят, лечит, разве не так? Опухоль на ее лице немного спала, но синяки были еще заметны. Перл набила ее ноздри корпией в попытке устранить перелом. Теперь они гротескно расширились. Левое веко Корэл опускалось ниже, чем правое, и Анна задумалась, поднимется ли оно со временем или дефект останется навсегда. Маленький шрам в форме полумесяца покрылся коркой под опущенным глазом.

– Полагаю, я должна благодарить вас. – Корэл прислонила голову к стене дома и закрыла глаза, словно наслаждаясь лучами солнца на своем израненном лице.

– Это обычное дело, – сказала Анна.

– Не для меня. Я не люблю быть в долгу у других людей.

– Значит, не думайте об этом как о долге, – пробормотала Анна, вырывая с корнем сорняк. – Считайте это подарком.

– Подарок, – в задумчивости произнесла Корэл. – Судя по моему опыту, подарки обычно приходится оплачивать тем или иным способом. Но, возможно, в случае с вами это не так. Спасибо вам.

Она вздохнула и переменила положение. Хотя кости у нее остались целы, все тело было покрыто синяками. Она, должно быть, все еще испытывала сильную боль.