Лори Макбейн - Безумство любви

— Неужели?

— Ты не помнишь, как заболела? — удивилась Мэри.

— Нет. Я… помню пикник. Там были ты, я, Ричард и тетушка Маргарет. Мы ели жареного цыпленка и соленую лососину. Пожалуй, даже пересоленную… А потом провал в памяти… Как странно! Только ощущение ужасной слабости. Скажи, Мэри, а у нас не осталось после пикника пирогов с крыжовником? Я умираю от голода!

— Сейчас посмотрю на кухне. Не принести ли тебе бульон? А может, хочешь сладкого крема?

— С корицей!

— Хорошо, с корицей. — Мэри улыбнулась сестре. — Люсьен! — крикнула она с лестницы. — Скорее сюда!

Герцог, сидевший в гостиной, вскочил и бросился наверх.

— Что?! Она умерла? Да? Говорите же! — Он побелел как полотно и задыхался.

— Нет, Люсьен! Напротив, Сабрина очнулась!

— Благодарю тебя, Господи! — прошептал Люсьен, воздев руки, и опустился на ступеньку. Заметив, что Мэри прикусила губу, Люсьен быстро поднялся и схватил ее за плечи:

— Что еще? Я вижу, вы не все сказали.

— Помните, я говорила вам, что сестра страдает не только от воспаления легких и болотной лихорадки?

— Конечно!

Как ему было не помнить! Ведь долгими ночами он и Мэри сидели у постели больной, холодея при мысли о роковом исходе. А сколько ночей провел возле Сабрины и сам Люсьен, когда измученная Мэри спускалась вниз, чтобы немного отдохнуть на софе в гостиной!

— Уверена, у нее было еще нервное расстройство, — чуть слышно ответила Мэри.

— Почему вы так думаете?

— Потому что Сабрина потеряла память. Помнит только какой-то давнишний пикник, но напрочь забыла все, что было с ней до начала болезни. Кто она — понимает, меня узнает, но события, едва не погубившие сестру, стерлись из ее памяти. Боюсь, что она забыла вас, Люсьен, как и Красавчика Чарли! Кажется, будто для нее ушло в небытие все, что когда-то причиняло душевную боль. Она сейчас как дитя.

Люсьен неожиданно усмехнулся:

— А может, Сабрина все помнит и начала против меня какую-то новую игру? А что, если она хочет заручиться вашей поддержкой? Мэри, умоляю нас, скажите все, что думаете!

— Нет, это не так. Я уверена в ее искренности. К тому же притворяться столь искусно невозможно. Мы же вместе с вами просиживали возле нее ночи напролет и все видели своими глазами! Нет, я отвергаю подобные подозрения! Но что-то влияет на душевное состояние Сабрины. — Мэри робко взглянула на Люсьена и залилась румянцем. — По-моему, она ждет ребенка, хотя пока не догадывается об этом. Этот ребенок — ваш? Или здесь замешан какой-то другой мужчина?

В глазах Люсьена вспыхнула ревность.

— Мой! Это мой ребенок! Никакого другого мужчины не было и быть не могло! Только не говорите ей о ребенке!

— Почему? Она должна знать!

— Я жених Сабрины, отец ее ребенка и сам все скажу ей!

Герцог бросился в комнату Сабрины с чувством огромного облегчения.

— Куда вы? — воскликнула Мэри.

— К ней! Если Сабрина не помнит меня, значит, забыла и ненависть к Люсьену! Теперь я представлюсь ей как жених и постараюсь убедить, что она любит меня. Ведь без любви она никогда бы не согласилась на помолвку! — Мэри онемела от изумления, а Люсьен, сияя от восторга, продолжал: — Мы с Сабриной должны обвенчаться до конца недели, когда истекает срок, которым я располагаю. Если ваши подозрения подтвердятся, я просто обязан жениться на вашей сестре! Мэри кивнула:

— Вы правы, но мне не хотелось бы обманывать Сабрину. Иначе все может обернуться новой бедой. Вы должны дать ей время на размышление.

— Но у меня его нет! Сабрина успеет несколько оправиться физически, но кто знает, когда вернется к ней память: через неделю или через несколько месяцев…

На следующий день Люсьен в шелковой кружевной сорочке, кожаном жилете и таких же штанах вошел к Сабрине. Высокий и стройный, он смотрелся красавцем, и даже шрам на щеке не портил общего впечатления. Сабрина, смотревшая с кровати в окно, обернулась, увидела незнакомого мужчину и тут же закуталась и одеяло.

— Кто вы? И почему входите без стука в мою комнату?

— Я Люсьен. Неужели вы не помните меня, малышка?

Сабрина приложила ладони к вискам, нахмурилась и покачала головой.

— Простите, я долго болела и очень многое забыла. Иначе, наверное, вспомнила бы вас. А вы уверены, что мы знакомы?

— Еще бы, ведь я ваш жених.

— Мой жених?! Не может быть! Я ни с кем не помолвлена. Уж это-то я бы помнила! Нет, мы с вами чужие!

— Не совсем чужие, если были любовниками. А теперь у вас будет ребенок от меня.

Сабрина залилась румянцем, растерянно посмотрела на Люсьена и чуть слышно прошептала:

— Нет…

— Да, — решительно ответил Люсьен. — Вы скоро сами поймете…

— И поэтому вы решили на мне жениться?

— Нет, независимо от этого.

Люсьен обнял Сабрину и привлек к себе.

— Доверьтесь мне. Вы никогда бы не обручились со мной, если бы не любили меня. И не пошли бы на близость. Не правда ли?

Сабрина долго и пристально смотрела в глаза герцогу. «Зачем ему лгать? — думала она. — И если я ношу ребенка этого человека, мне остается только обвенчаться с ним. Я, вероятно, любила его, а теперь должна доверять ему…» Люсьен сидел на постели, и его поза казалась ей чем-то знакомой. Когда-то это уже было…

Девушка улыбнулась, обвила руками шею Люсьена и припала к его губам. Он закрыл глаза и с облегчением почувствовал, как с плеч сваливается страшная, невыносимая тяжесть. Все! Больше нет ни ненависти, ни недоверия! Дикая кошка превратилась в ласкового домашнего котенка.

Сабрина на мгновение отстранилась.

— Вы сказали правду. В глубине моей души постоянно хранилась память о таком поцелуе…

Глава 12

Было очень веселое время, когда люди

танцевали, пили, смеялись и смотрели в дно

бездонных кружек.

Прошла неделя с тех пор, как Сабрина и Люсьен обвенчались в скромной маленькой церкви. На церемонии присутствовали только самые близкие родственники и друзья. Из посторонних был лишь адвокат вдовствующей герцогини, отвечающий за соблюдение формальностей. После этого Люсьен официально вступал в права владельца имения Камарей.

В душе он злорадствовал, представляя себе удрученные, злобные лица Перси и Кэт и догадываясь, как сильно они теперь ненавидят его.

Потом потянулись дни неземного блаженства. Сабрина и Люсьен вставали рано и, наскоро позавтракав, отправлялись на прогулку. Обычно их сопровождали Ричард, Мэри и полковник Теренс Флетчер. Все вместе они возвращались в Веррик-Хаус, садились за большой стол в гостиной и с наслаждением пили чай, превосходно заваренный Мэри.