Селеста Брэдли - Повеса в моих объятиях

«О да, простая жизнь — сплошное выживание. Голод, холод и неописуемый страх… Прямо жду, не дождусь».

Когда они добрались до Бартлет-стрит, Колин решил действовать без промедления.

Он распахнул дверцу экипажа, Бейливик тотчас остановился. Балтазар захрапел от такой стремительности, но Колин слишком устал, чтобы тянуть время.

Он прыгнул на тротуар.

— Ну, наконец, мы здесь.

Пруденс моргнула.

— Но мы же не знаем точно, у какого она портного…

Колин скривил губы.

— Может, начнем с лучшего?

Пруденс бросила на него ироничный взгляд и пропустила его к двери заведения. Ее глаза округлились от удивления.

— Лементье? Он стоит настолько дорого, что Шанталь его не заболтать.

— Да, но он знает, кто есть кто и, что особенно ценно, кто кого из себя строит. Я встречался с ним, когда он одевал Мэдди и Мелоди к свадьбе. — Колин взял сонную Мелоди, которая прикорнула возле колен Пруденс. Пруденс отвела взгляд, когда он тыльной стороной руки провел по ее бедру.

Казалось, Колин ничего не заметил.

— Пойдем, Медли. Мы приехали. Здесь есть кое-кто, кому ты очень обрадуешься:

У Эвана было плохое настроение, но он все-таки спрыгнул наземь.

— Опять эти платья, — проворчал он с отвращением.

— Тогда займись Гектором, мистер. Он уже заждался тебя. — Пруденс быстро спустилась вниз до того, как Колин подал ей руку.

Она взяла у него Мелоди, поставила ее на ноги и поправила юбку.

— Кто бы мог подумать, что я когда-либо побываю у Лементье.

Когда они зашли в магазин, к ним подошел молодой человек, и Колин улыбнулся ему:

— Добрый день, Кэбот. Маэстро дома?

Пруденс с любопытством осматривалась кругом, женская натура ее получала удовольствие от царящих здесь роскоши и элегантности. Комната была со вкусом меблирована и задрапирована тканью, отчасти из функциональных соображений, отчасти для красоты. Шелк, атлас и бархат.

Шиньоны, ленточки, кружевные жабо. Пруденс прижала натруженные руки к груди, чтобы не испачкать красивые предметы.

Мелоди же подобных мучений не испытывала.

— Здорово!

И тут появился хозяин. Небольшого роста, хорошо и аккуратно одетый, лучший портной Лондона, словно видение возник из ниоткуда.

— Сэр Колин! Какой приятный сюрприз!

— Пуговка! — закричала Мелоди и бросилась к маленькому человеку. Лементье засмеялся, нисколько не смущаясь, посадил Мелоди на одно колено, и та крепко обняла его за шею.

— Леди Мелоди, я так рад увидеть вас снова. Как поживает мисс Горди Ева этим утром?

Мелоди ухмыльнулась и по-детски сделала реверанс.

— Горди Еве нужно новое платье, чтобы выйти замуж.

— О! — Лементье задумчиво поднес палец к губам. Потом он достал из кармана шелковый платок и обмотал его вокруг запястья так, словно демонстрировал дамасское полотно герцогине. — Превосходный китайский шелк, леди, для украшения дам из высшего общества.

Мелоди захихикала и взяла платок с королевским поклоном.

— Спасибо, Пуговка. — Она села на корточки и обмотала платок вокруг Горди Евы.

Пруденс мысленно поаплодировала маэстро. Он угодил Мелоди и дал себе возможность поговорить некоторое время в тишине.

— Искусно, — прошептала она.

Острый, оценивающий с головы до пят взгляд Лементье переместился на нее. Пруденс посетила странное чувство, что в первый раз мужчина осматривает ее с такой скрупулезностью.

И видит все не только снаружи, но и внутри.

Выходит, маэстро все знает насчет Шанталь.

— Ей нужно произвести впечатление. Не знаю, у кого она сейчас, но обычно она сопровождает доктора Беннета на лучших вечерах в городе. Не сомневаюсь, что она появится на балу у леди Беверли этим утром. Доктор Беннет — фаворит леди Беверли.

Колин мрачно кивнул:

— Если она поедет на этот бал, то и мы будем там.

Пруденс удивилась:

— Мы?

Колин скользнул по ней взглядом, в котором трудно было что-то прочитать.

— Мы, — повторил он тоном, не терпящим возражений. — Вы прекрасно подражаете речи высшего класса.

В глазах Лементье заиграли огоньки.

— Думаю, у нее получится.

Пруденс открыла было рот, чтобы воспротивиться, но Лементье поднял руку:

— Не волнуйтесь, милая. Я все устрою. Леди Карлтон явилась на последнюю примерку в интересненьком положении. Так что мне пришлось пересматривать весь ее летний гардероб. Одно из ее бальных платьев было почти закончено. Оно будет смотреться восхитительно с вашими великолепными волосами.

— Но…

Бесполезно. Колин и Лементье заняли дружную позицию, и пока она пыталась высказать свое несогласие, они уже все распланировали.

Возможно, она не отнекивалась так яростно, как могла бы. У нее так и не случилось первого выхода, ее первого сезона, а они с мамой продумали его так тщательно.

«Я собираюсь на бал, мама».

С сэром Колином Ламбертом.

Пруденс отлично знала, что нужно несколько дней, если не недель, чтобы подготовиться к такому балу. Она пыталась убедить мужчин в этом, но те лишь безучастно смотрели на нее.

Наконец Лементье покачал головой:

— Милая моя, вполне можно приготовиться к балу и за один день — если кое-кто очень богат. — Он одобрительно посмотрел на Колина. — Очень, очень богат.

Пруденс прищурилась, глядя на Колина.

— Очень-очень? Но у вас платье как у счетовода! А еще вы хотели надуть меня на пять фунтов!

Он ухмыльнулся:

— Вы вечно торгуетесь.

Свинья! Пруденс скрестила на груди руки.

Как скажете, мистер. Вы заплатите мне десять фунтов за то, чтобы я пошла с вами на эту вечеринку, и ни фартингом меньше.

В эту минуту на Колина забавно было смотреть, но Лементье только улыбнулся:

— Просите двадцать, дорогая. Я же сказал «очень-очень».

Глава 33

На этот раз они остановились вовсе не на деревенском постоялом дворе. Колин проводил их в апартаменты, по сравнению с которыми магазин Лементье казался просто монашеской кельей.

Пруденс, совершенно ошеломленная, шла за Колином по тихому золоченому вестибюлю. Одетый в ливрею мальчик взял из ее рук саквояж. Даже Бейливик был вынужден согласиться сдать свою седельную сумку.

Служащие гостиницы не позволили себе дважды взглянуть на помятые и поношенные костюмы гостей. Они отнеслись к ним с величайшим уважением и почтением.

Черт побери!

Пруденс показали комнату, которую она должна была делить с Мелоди, пока Эван, Колин и Бейливик располагались по соседству. Хорошенькая горничная предложила ей помочь раздеться и принять ванну. Когда Пруденс отказалась от ее услуг, та тут же вышла, оставив ее наедине с горячей ванной, куском ароматного мыла и стопкой таких шикарных полотенец, что Пруденс замерла в восхищении.