Лаура Гурк - Тайные желания джентльмена

- Не понимаю, почему вы смеетесь. Я была права, дав ему решительный отпор. Он меня не любит. Он называет свои чувства безумием, от которого его излечит женитьба на мне! Скажите мне, может ли женщина в здравом уме принять такое смехотворное предложение?

- Ах-ха! - кивнула Пруденс и, посмотрев на нее пристальным взглядом, улыбнулась такой улыбкой, которая Марии отнюдь не понравилась. - Теперь мне понятно. Ты боишься.

- Боюсь? - Мария уставилась на нее, ушам своим не веря. - Чего это я боюсь, скажи на милость? Я не боюсь ничего, тем более Филиппа Хоторна!

Пруденс игнорировала ее слова:

- Леди, по-моему, наша Мария влюбилась!

- Что-о? - Мария вскочила на ноги. - Таких глупостей я еще никогда не слышала!

- И она боится, что, если выйдет за него замуж, то наскучит ему и останется с разбитым сердцем.

- Похоже, ты не слышала ни слова из того, что я сказала! - рассердилась Мария. - Я не люблю его. Он мне даже не нравится. Он сноб. Причем самонадеянный. Как он смеет считать, что мое согласие само собой разумеется? Как будто я должна быть благодарна за то, что он снизошел до предложения выйти за него замуж! Такой самонадеянности я еще никогда не встречала!

Пру по какой-то причине улыбнулась еще шире:

- Успокойся, дорогая. Мы все слышали твое мнение о его предложении. Зачем так взъерошивать перышки, словно возмущенная голубка?

- Не понимаю, почему ты всегда во всем находишь романтическую сторону? - пробормотала Мария. - Влюблена? Какой абсурд! Ни одна женщина, у которой имеется хоть немного здравого смысла, не может влюбиться в Филиппа.

- А мне кажется, что в него влюблены многие женщины, - добавила Эмма.

- Вздор!

Эмма игнорировала восклицание Марии, отхлебнула глоток чаю и продолжила:

- Я совершенно точно знаю, что в него уже давно по уши влюблена старшая дочь герцога Ричленда.

Мария замерла, вспомнив женщину в небесно-голубом шелковом платье на майском балу.

- У нее черные волосы? - спросила она, сразу же почувствовав себя полной кретинкой. - Впрочем, это не имеет значения, - добавила она. - Одного не могу понять: почему она хочет выйти замуж за Филиппа?

- Ну-у, во-первых, он маркиз, Мария, - напомнила миссис Инкберри, - и хотя совершенно ясно, что тебе это безразлично, он имеет немалый вес в обществе. Полагаю, что многие женщины с радостью вышли бы за него замуж.

- К тому же он красив, - напомнила Миранда. - В этом мы можем положиться на мнения Эммы и Пруденс. И он просил тебя выйти за него замуж!

- Я, по-вашему, сваляла дурака, отказав такому образцу мужского совершенства, но тут уж ничего не поделаешь. Я считаю его отвратительно высокомерным и ни капельки не люблю его.

- Думаю, она слишком много оправдывается, - рассмеялась Дейзи.

- Но это просто смешно! - крикнула Мария, возмущенная до глубины души. Она снова вскочила с места и потянулась за своими перчатками. - А теперь извините меня, я должна идти. У меня большой заказ на пирожные для благотворительного ленча, который маркиз устраивает завтра, так что работы невпроворот.

- Благотворительный ленч маркиза, леди, вещь серьезная, - сказала миссис Моррис, провожая ее к двери.

- Может быть, она еще передумает, - сказала Дейзи достаточно громко, чтобы Мария услышала ее слова в прихожей, - когда увидит, как дочь герцога флиртует с маркизом за сандвичами.

Вслед за этим замечанием раздалось хихиканье, но Мария, не обращая на это внимания, забрала свои шляпку и сумочку.

- Я влюблена в Филиппа? Ишь чего выдумали! - пробормотала она, возмущенно возведя очи к небу, и направилась к двери. Остановившись в дверях, она добавила достаточно громко, чтобы было слышно в гостиной: - Это самое глупое чаепитие из всех, на которых я присутствовала в своей жизни. - И чтобы дополнительно подтвердить свое отношение, она с грохотом захлопнула за собой дверь.

Мария не стала останавливать омнибус или подзывать такси, а решила пойти пешком. Она была так взбудоражена, что только пешая прогулка могла помочь ей прийти в себя. Пройдя по Шефтсбери-авеню, она вышла на Пиккадилли. Слова друзей продолжали звучать в ее ушах. Особенно ее задело замечание Пруденс.

- Боюсь? - возмущенно пробормотала она, заслужив удивленный взгляд какого-то джентльмена, стоявшего рядом с ней на переходе через Дин-стрит. - Я не боюсь ничего.

К тому времени, как она добралась до Мейфэра, было уже около шести часов, но, к ее удивлению, в магазине ее кто-то ждал.

- Лоренс! - воскликнула она. - Я слышала, что ты возвратился в Лондон.

Он стоял у кассы, разговаривал с мисс Симмс и, услышав ее голос, обернулся.

- Да, мы прибыли вчера. Филипп тоже приехал, - добавил он, как будто ей было до этого дело.

Мария взглянула на мисс Симмс, державшую в руке связку ключей.

- Вы можете идти, - сказала она. - Оставьте ключи, и я сама запру магазин.

- Хорошо, мадам. - Продавщица положила ключи на прилавок, присела перед каждым из них в книксене и ушла через служебный выход из магазина.

От Марии не укрылась озорная улыбка Лоренса. Она поняла, что он что-то затевает, но, игнорировав эту улыбочку, прошла мимо и встала по другую сторону прилавка.

- Я подумал, что тебе будет интересно узнать о его возвращении в Лондон, - пробормотал Лоренс и улыбнулся еще шире, услышав ее возмущенное фырканье.

- Мне совершенно безразлично, что делает этот человек, - сказала она в ответ, сердитая на него, на своих романтически настроенных подружек, а больше всего на себя. - С чего бы мне этим интересоваться?

Улыбка сразу же сползла с его физиономии.

- Нет никаких причин, - согласился он, но его сговорчивость разозлила ее еще больше.

Бросив на него испепеляющий взгляд, она наклонилась, чтобы положить сумочку на полку под кассовым аппаратом.

- Ты хотел выбрать пирожные, Лоренс, - спросила она, выпрямляясь, - или просто пришел, чтобы молоть всякий вздор?

- Я пришел, чтобы выбрать пирожные.

Она взглянула на витрину сквозь стекло со своей стороны.

- Боюсь, что выбор невелик. К концу дня почти все раскупают.

- Ничего. Мне нужна всего дюжина пирожных. К нам придут на ужин несколько друзей, и я хотел попотчевать их твоим десертом.

Она достала из-под прилавка картонную коробку кремового цвета и взяла в руку щипцы.

- Какие ты предпочитаешь?

- Ты еще спрашиваешь? Я тут вижу несколько песочных пирожных, так что, конечно, возьму их. Я вижу, у тебя и шоколадные есть. Положи мне парочку шоколадных. Филипп не простит меня, если узнает, что у тебя были шоколадные пирожные, а я их ему не принес.