Нора Хесс - Очарование нежности

– Джейсон, нарежьте, пожалуйста, ветчи­ну, – Лэйси решила обратиться именно к Крэйну лишь из желания насолить своему супругу.

– С радостью, Лэйси, – согласился тот, когда огромная тарелка оказалась перед ним.

Трэй изнемогал от бешенства. Он готов был схватить со стола нож и всадить его в сердце красавчика, так как по всем канонам как раз ему принадлежало право нарезать ветчину за столом. «Она специально поручила это ему, чтобы взбесить меня», – подумал Трэй. Мэтт наступил ему под столом на ногу, что немного умерило пыл ковбоя.

Когда с ветчиной было покончено, за столом только Джейсон сохранял чувство юмора и доброе настроение. Трэй сидел мрачнее тучи, уткнувшись в свою тарелку, не считая своим долгом даже скрывать этого. Мэтт сидел как на иголках и опасался, что Трэй вдруг утратит над собой контроль и устроит драку. Лэйси же хо­телось схватить Крэйна и мужа за волосы, и столкнуть их лбами, как расшалившихся, глу­пых мальчишек.

– Как вы думаете, когда ваша нога зажи­вет и вы сможете дальше отправляться по сво­им делам? – напрямик поинтересовался Трэй у Джейсона Крэйна. Это была, его первая фраза, с которой он обратился к нему за все это время.

Джейсон с безмятежным видом взял еще сухарь и, переломив его надвое, ответил:

– А я об этом и не думаю. Откровенно говоря, подольше бы она срасталась. – Он мельком глянул на Лэйси. – Мне и здесь очень даже хорошо.

Повисла гнетущая тишина. Юной леди вдруг очень захотелось ударить как следует носком туфли по здоровой ноге Крэйна. Ведь он спе­циально измывается над Трэем! А тот до сих пор не вышвырнул его за дверь лишь потому, что Джейсон – человек больной и, следовательно, беспомощный.

Полный укора взгляд Лэйси заставил по­никнуть и Мэтта. Он смог, только смущенно пожать плечами в ответ. «Какого черта я пота­щил его сюда за собой?»

– А из каких краев вы вынырнули, Крэйн? – Трэй решил не церемониться с этим пришлым типом.

Брови Джейсона удивленно взметнулись вверх, но он все же, чуть помедлив, ответил:

– Сразу из многих мест. Назовите мне любой город, и я на что угодно спорить могу, что и там я побывал.

– А как ваша жена и детишки смотрят на эти разъезды? – продолжал Трэй наскоки.

В глазах Джейсона появился холодный блеск.

– Ну, что касается детей, то ими я не успел обзавестись. А вот жена где-то есть.

– Выперла вас из дома, что ли? – хмык­нул Сондерс.

Крэйн зло глянул на него и угрюмо отве­тил:

– Нет. Она ушла от меня, – посмотрев на Лэйси, он добавил: – Женщина не может до бесконечности терпеть издевательства и равно­душие своего супруга.

Джейсон снова посмотрел на Трэя: – Не сомневаюсь, что вы поняли, что я имею в виду.

Молодой человек невольно вздрогнул. Хо­зяйка тут же вскочила, задев и опрокинув пустую кофейную чашку.

– Надеюсь, у всех еще осталось место в желудке для яблочного пирога, – попыталась она разрядить обстановку, но голос ее преда­тельски задрожал.

И Трэй, и Джейсон прекрасно понимали, что их плохо скрываемый конфликт испор­тил сегодня Лэйси все удовольствие от празд­ника. Трэй поднялся из-за стола. «Виноват я, – подумал он. – Нечего было приходить сюда, если тебя не звали. И Мэтт предуп­реждал меня».

– Боюсь, что я переел ветчины, так что пирог придется пропустить, – повернувшись, он прошел к вешалке, где висели его куртка и шляпа. – Отправлюсь-ка я домой.

И Трэй улыбнулся Лэйси, которая стояла и безмолвно смотрела на него.

– Спасибо за обед. Я и забыл, когда так вкусно ел в последний раз. – И ушел, беззвуч­но затворив за собой дверь.

Заметив в глазах Лэйси набежавшие слезы, Мэтт натянуто улыбнулся:

– Нет, нет, я ел ветчину с расчетом на то, чтобы осталось место для пирога, так что от десерта отказываться не собираюсь.

Пока Карлтон аккуратно нарезал деликатес, Джейсон взял молодую женщину за руку и настойчиво усадил ее.

– Прошу прощения, дорогая. Я испортил вам праздник. Ваш муж вошел сюда с таким самомнением, с такой дурацкой гордостью, что меня это взбесило. Я едва удержался от того, чтобы не ударить этого надутого индюка по физиономии.

– Я понимаю, – она утерла слезы. – Хотя, если честно, в нем было больше бравады. Дело в том, что сегодня утром в сарае мы крепко повздорили и Трэй знал, что никто его здесь не ждет и никто ему не обрадуется.

– Я понимаю, что это не мое дело, но какая черная кошка пробежала между вами? Ведь ясно как белый день, что вы без ума друг от друга.

– С ума вы сошли! – воскликнула Лэйси. – Никакой любви между нами нет.

– Лэйси, не лгите, прошу вас. Вы же сами понимаете, что это не так. А что касается вашего муженька, так любой, у кого глаза на месте, заметит это. Он действительно любит вас.

– Правда? Много вы об этом знаете! Если он, как вы говорите, без ума от меня, какого черта он таскается к этой певичке в салун «Виски Пита»?

– Вот что, Лэйси, – вмешался Мэтт. Сколько раз мне говорить тебе, что с тех пор, как он женился на тебе, его роман с Сэлли Джо закончился?

Они принялись ожесточенно спорить, и ни один из них не заметил, как вдруг странно притих Джейсон Крэйн.

Пирог был съеден при полном молчании. Молодая женщина «переваривала» утверждение Джейсона относительно того, что Трэй влюб­лен в нее без памяти.

А Джейсона насторожили слова Мэтта, вер­нее, одно упомянутое им имя – Сэлли Джо! Певица в салуне.

«Могла ли это быть моя Сэлли? Женщи­на, которую я ищу? Безусловно, это может быть простым совпадением – на Среднем Западе полно певиц, которых зовут Сэлли Джо. Жаль, что я, как бы ненароком, не догадался спросить у Карлтона, как она выглядит. Эх, дьявол! И когда же я снова смогу сесть на лошадь, поехать в город и сам во всем разо­браться?»

А Мэтт считал минуты, чтобы как можно скорее исчезнуть отсюда к чертям собачьим, подальше от этих двух людей, которые с похо­ронным видом сидели и ковыряли каждый свой кусок яблочного пирога.

Трэй неподвижно замер в седле. Взор его бессмысленно блуждал по белым и однообразным просторам пастбища. Он оказался у раз­вилки двух протоптанных конскими копытами тропинок. Путь направо вел к дому, путь пря­мо—в Маренго.

Молодой человек и мысли допустить не мог, чтобы приехать домой и весь вечер сидеть и слушать бредни и подковырки старого Сондерса, его сетования по поводу того, что, дескать, сынок лишил его права приглашать к себе женщин. С другой стороны, он совсем не горел желанием напиться в компании старых прияте­лей. Лучше всего для него было бы просто пустить жеребца наугад, а самому думать о том, как сводит его с ума эта маленькая гордячка.

Но Трэй знал, что никуда дальше окрест­ностей он не двинется. Он и дальше будет продолжать «битву» за то, чтобы в конце кон­цов их судьбы соединились. Не мог Трэй про­сто так от нее отказаться. И она просто так не отделается от него.