Дженна Питерсен - Уроки куртизанки

И все же эта исповедь, несмотря на всю рискованность, принесла ему… облегчение. Он почувствовал себя лучше. Даже тогда, когда Джастин обвинял ее в сговоре с отцом, он знал, что это неправда. Все, что она говорила, не подозревая о его незримом присутствии, доказывало, что она не партнер по махинациям Рида, а такая же жертва, как и он сам.

И Джастин сердцем чуял, что Виктория никогда не предаст его.

Она может только хранить свои собственные, такие горькие и болезненные, что ему трудно даже думать о них.

Он верил ей – и потерял веру. Он чувствовал к ней то, что никогда не считал возможным, – и желал никогда в жизни не видеть ее лица.

– Милорд… – Позади него из коридора раздался неуверенный голос дворецкого.

Джастин потер лицо ладонью. Он сейчас не готов разговаривать ни со слугами, ни с кем бы то ни было еще. С него будто содрали кожу и бросили голой плотью на раскаленные угли.

– Не сейчас, Креншо. Мне нужно побыть одному. – Джастин нагнулся, чтобы собрать с пола последние доказательства и, в конце-то концов, уничтожить их. Однако он не слышал, чтобы слуга ушел. Он выпрямился. – В чем дело?

– Прошу прощения, милорд. Я бы никогда не осмелился ослушаться вас, но сейчас к вам посетитель… – Дворецкий умолк и переступил с ноги на ногу.

Джастин огляделся. Гостиная напоминала поле боя: разбитые стекла рассеяны по полу, бумаги разбросаны, мебель перевернута. Как объяснить все это какому-то нежданному гостю?

Особенно если сам он едва дышит, не говоря уже о том, чтобы ясно мыслить.

– Меня нет дома, – глухо сказал он. – Пусть убирается, кто бы это ни был.

– Простите, сэр, – промямлил дворецкий, – я… мм… предполагал, что вы не пожелаете никого видеть, и сказал ему то же самое, но он отказывается уходить. Он говорит…

Но закончить слуга не успел – в комнату ворвался Александр Уиттинхем и оттер его в сторону, не удостоив даже взгляда.

– Мерзавец!

Джастин подавил невеселый смешок. День становится все лучше и лучше.

– Иди, Креншо. Я разберусь с моим дорогим другом виконтом.

Креншо с обеспокоенным лицом попятился из комнаты и закрыл за собой дверь.

– Что? – спросил Джастин, будучи не в настроении разводить вежливые беседы.

Уиттинхем подошел, не глядя на разрушение, царящее вокруг. Джастин нахмурил лоб. Когда виконт приблизился, он увидел, что тот бледен и в испарине.

Уиттинхем схватил Джастина за руку и тряхнул:

– Вы хоть понимаете, что натворили?!

Джастин отдернул руку. Он стремительно терял остатки самообладания.

– В последнее время я много чего натворил, – огрызнулся он. – Будьте поконкретнее, пожалуйста.

– Вы весь Лондон и окрестности подняли на уши в поисках Хлои Хиллсборо!

Джастин остолбенел. Его собственные несчастья вмиг поблекли. Откуда Уиттинхем узнал?

– Я… – забормотал он.

– Не трудитесь, я знаю, что это правда, – прошипел Уиттинхем. – И из-за вашего расследования Хлоя теперь в еще большей опасности, чем раньше. И ваша жена тоже поставила себя под угрозу.

Джастин долго смотрел на Уиттинхема во все глаза, потом выпрямился в полный рост.

– Моя жена? – переспросил он отрепетированно-равнодушным тоном.

Уиттинхем качнул головой:

– Мне понадобилось некоторое время, чтобы собрать воедино части головоломки, но я знаю, что куртизанка Рия и ваша долгое время прозябавшая в глуши жена Виктория Толбот – одно лицо.

Джастин скрестил руки на груди.

– Я возмущен, Уиттинхем. Вы называете мою жену куртизанкой?

Уиттинхем закатил глаза:

– У нас нет на это времени. Я знаю потому, что Хлоя с огромным теплом отзывалась о подругах из Бэйбери. И Виктория Толбот – одна из них. Так вы хотите мне помочь или нет? В этот самый момент Эвенвайс, может быть, подбирается к Виктории или Хлое… или к ним обеим.

У Джастина кровь застыла в жилах при мысли о зловещей репутации Эвенвайса. Гнев, который он чувствовал к Виктории, испарился в тот же миг, когда он представил ее жертвой этого маньяка. Если Уиттинхем говорит правду, бесполезно защищать репутацию Виктории. На кону, может быть, вся ее жизнь. Джастин шагнул вперед:

– Рассказывайте, что происходит, Уиттинхем. Рассказывайте прямо сейчас!

Глава 19

Урок девятнадцатый

Не путай слабость с уязвимостью. Это не одно и то же

– Хлоя была моей любовницей. – Уиттинхем мерил шагами комнату. Он говорил тихо и задумчиво. – Я был идиотом. Возможно, если бы я дал ей то, чего она хотела, если бы мог принять…

– Хватит бессвязной чепухи! Какое отношение это имеет к Виктории? – оборвал его Джастин.

Лицо Уиттинхема исказилось.

Он кивнул:

– Прошу прощения. Позвольте дать вам самые краткиe объяснения. Хлоя любила меня, но по разным причинам я посчитал, что не способен дать ей больше, чем покровительство. – Он вздрогнул, как от боли. – И потому мы разорвали нашу связь.

Джастин изучал его лицо. Хотя он говорил о молодой женщине, которую кто-то другой назвал бы просто известной шлюшкой, глубокие чувства Уиттинхема к той, кем он не мог обладать, читались в его взгляде. Джастин понимал его боль. С тех пор как Виктория вернулась в его жизнь, он часто чувствовал то же самое, хотя изо всех сил старался подавить эти эмоции. Разрушить их.

– Хлоя стала искать нового покровителя и привлекла внимание Дариуса Эвенвайса. Полагаю, Алисса предупредила ее о его склонностях, поэтому Хлоя отвергла его ухаживания. Он не пожелал смириться. Однажды ночью он явился к ней домой. Дело приняло, – Уиттинхем сглотнул, и во взгляде его вспыхнул гнев, – жесткий оборот. Но ей удалось бежать. Она пришла ко мне. Я не мог его остановить. Вы же знаете, какими деньгами и властью он располагает.

Джастин кивнул. Нет равенства даже среди благородных. Его собственный высокий титул и обширные владения давали ему большое влияние, но имя Уиттинхема и его накопления гораздо скромнее. У Эвенвайса, может, и нет титула, но деньги и связи делают его могущественным и опасным.

Уиттинхем покачал головой:

– Я поговорил с Алиссой, и она предложила спрятать Хлою до тех пор, пока Эвенвайс не перестанет ее искать. Но он не перестал. Он одержим идеей найти ее любой ценой. Когда в столицу прибыла Рия, я подумал, что он, возможно, переключится на нее.

Джастин сжал кулаки и шагнул вперед:

– Вы хотели пожертвовать другой женщиной?

– Ради жизни Хлои? Черт подери, да! Может, это и не очень благородно, но это правда. – Он запустил руку в волосы. – Но потом Виктория стала задавать вопросы. Это возбудило мои подозрения – и, я уверен, подозрения Эвенвайса тоже. Когда он стал преследовать ее, он, наверное, догадался, что она может оказаться Викторией Толбот, вашей женой и лучшей подругой Хлои.